Год освобождения (15:1-18)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Год освобождения (15:1-18)

Одной из частых и тяжелых проблем народа были долги. Божье повеление относительно субботнего года или «года прощения» было высказано в Исх. 23:10-11 и в Лев. 25:1-7. Там заявлялось, что в седьмой год земле следовало давать отдых и не засевать ее, но ничего не говорилось о прощении долгов. Здесь Моисей выдвинул и это требование.

Закон о прощении долгов провозглашен в стихе 15:1 Второзакония, а ниже объясняется.

Слова «простить долг» могли означать, что долг следовало простить полностью, однако сказанное могло означать и другое: что долг не подлежал уплате лишь на протяжении седьмого года, по прошествии его долг должен был быть выплачен. В пользу второго предположения говорит тот факт, что на протяжении седьмого года, когда землю надо было оставлять под паром, должник-израильтянин не в состоянии был бы уплатить своего долга, но в последующие шесть лет у него такая возможность появлялась. Долги иноземца (подразумевался иноземец, имевший в земле израильской доход от того или иного дела или промысла, а не «пришелец»), прощению в седьмой год не подлежали. Объяснение простое: его земля не лежала под паром и он в этот год не лишался своего обычного источника дохода, как это было с любым из евреев.

И все-таки более вероятным представляется, что речь в законе шла о полном и регулярном (раз в семилетие) прощении долгов. В пользу этого говорит несколько соображений: полное прощение более согласуется со щедростью, явленной Господом по отношению к Израилю; оно более соответствует сказанному в 15:9-11; регулярное (в каждый седьмой год) и полное прощение долгов, очевидно, служило подготовке израильтян к абсолютно необычным делам Юбилейного, 50-го года, в который каждому предстояло получать назад свое семейное владение, утраченное по той или иной причине; регулярное прощение долгов не давало отдельным членам израильского общества впадать в нищету. Предполагавшееся изобилие израильской земли тоже говорит в пользу регулярного прощения долгов. Израилю предоставлялась возможность стать богатейшим народом мира; богатство и процветание явились бы не следствием технических достижений еврейского народа, а наградой за его сердечную преданность Богу: если только будешь слушать гласа Господа, Бога твоего, и стараться исполнять все заповеди сии. Заявление Моисея, что ты будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь брать взаймы, было, в сущности, обещанием Израилю относительно его будущей выдающейся роли в мире (и господствовать будешь над многими народами).

Моисей взывает к сердцу своих соплеменников-израильтян. Закон о прощении долгов был направлен на то, чтобы вселить в них дух щедрости. Расчетливый еврей согрешит, если откажет в займе бедному брату своему из страха, что тот может не возвратить ему долга, потому что приближается седьмой год.

Ожесточать сердце и сжимать руку означало бы не доверять Господу и Его благословениям. Именно над этими словами Моисея размышлял царь Соломон, когда писал: «Иной сыплет щедро, и ему еще прибавляется; а другой сверх меры бережлив, и, однако же, беднее" (Прит. 11:24).

Как должен Израиль относиться к нуждающемуся, Моисей говорит коротко и точно: открой ему руку твою (Втор. 15:8, 11). Здесь же говорится, что нищие всегда будут среди земли твоей. В этом печальном признании звучит трагическое предчувствие того, что полностью повиноваться Господу Израиль не захочет.

Закон предполагал освобождение слуг (15:12-18)

Случалось, что человек, не будучи в состоянии уплатить своего долга, вынужден был продавать себя в услужение своему кредитору. Если по размерам его долга ему приходилось работать шесть лет, то в седьмой год его следовало отпустить на свободу. Это не должно было совпадать с годом прощения долгов: речь шла о седьмом годе пребывания такого человека в рабстве.

Господь и прежде дал ясно понять, что шесть лет рабского труда достаточно для возмещения человеком неуплаченного долга. Однако во Второзаконии Моисей дополняет повеление хозяину, отпускающему своего раба. Тот должен был добровольно снабдить раба от стад, от гумна и от точила своего, в зависимости от того, насколько его самого благословил Господь. Ведь после шести лет работы не на себя отпустить «брата» с пустыми руками значило бы вновь подвергнуть его риску потерять свободу.

Соблюдение этой заповеди служило благой цели, потому что она напоминала хозяевам о милости Божией, явленной Израилю в освобождении его из Египта. Она не давала бы им забыть, что их собственное благополучие по-прежнему зависит от этой милости.

Учитывал Моисей и такую ситуацию, когда раб настолько привязывался к своему господину и его семье, что не хотел уходить от него. В таком случае хозяину следовало проколоть ему ухо шилом в знак того, что он навеки остается его рабом.

Два довода приводит Моисей для того, кто, возможно, по жадности не захочет отпустить своего раба. Да подскажет ему чувство справедливости, что если бы он нанял свободного, то шесть лет его работы обошлись бы ему, по крайней мере, в два раза дороже. И затем, если он по вере будет послушен упомянутому повелению и отпустит своего раба на свободу, то Господь благословит его во всем, что он станет делать. Это обещание благословений в награду за послушание неоднократно дается во Второзаконии.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.