Преподобный Пимен Великий (О неосуждении)

Преподобный Пимен Великий

^{(О неосуждении)}

I. Преподобный Пимен, родом египтянин, память коего совершается ныне, родился около 340 года по Р. Х. В молодых еще годах он дал обет безмолвия и отречения от мира и стал подвизаться в пустынном скиту, близ Диокла. С ним вместе подвизались и братья его: старший – Анувий и меньшой, неизвестный по имени.

И так строго содержал преп. Пимен обет свой отречения от мира, что даже от свидания с материю своей он отказался, когда она пришла однажды навестить своих детей в скиту, и только уже по настоятельному убеждению братии Пимен, подойдя к двери, за которой стояла мать его, сказал ей: – «Если ты великодушно перенесешь временную разлуку с нами, то в будущей жизни будешь видеть нас; так мы надеемся на человеколюбие Божие!» И утешенная этим обещанием мать оставила скит, не домогаясь более видеть детей своих и не отвлекая их от подвига избранной ими жизни.

Между тем преп. Пимен, тяготясь возрастающей славою, избегая почитания людей, скитался в продолжение нескольких лет по разным местам; потом, возвратясь в египетскую пустыню, оставался в ней до самой своей кончины около 450 г., продолжая свое суровое подвижничество, но вместе с тем не оставляя людей своими наставлениями, из которых многие сохранились в писаниях и до настоящего времени.

Однажды братия спросили преп. Пимена: «следует ли, видя согрешение брата, умолчать и покрыть грех его?»

– Следует, – отвечал преп. Пимен, – если покроешь грех брата, то и Бог покроет твой грех…

– Я слышу неприличное об одном нерадивом брате, – сказал однажды преп. Пимену один из иноков, – и так соблазняет меня его жизнь, что я даже хотел бы отойти отсюда…

– А правда ли то, что ты слышал о брате? – спросил преп. Пимен.

– Правда, потому что мне передал о нем один верный человек…

– Нет, он не верный человек, – возразил подвижник, – если бы он был верный, то никогда не сказал бы тебе худого о брате. А ты, чего не видел сам, о том не верь и другому, да если и своими глазами увидишь, то не тотчас верь…

– Но какой же ответ ты дашь Богу, что, увидев согрешающего, не обличил его?

– Я скажу: Господи! Ты повелел прежде вынуть бревно из своего глаза, а потом извлекать сучек из глаза брата… я исполнил повеление Твое…

II. Обратим, братия, внимание на это наставление преп. Пимена и будем воздерживаться от осуждения наших ближних, если мы к тому не призваны церковною и гражданскою властью.

а) Мы в своей частной жизни не имеем никакого права осуждать ближних, – потому что один Бог есть Законоположник и Судия, могий спасти и погубити (Иак. 5, 12); Он только имеет власть судить неблагодарного грешника. Ты же кто еси судяй чуждему рабу (Рим. 14, 4)? Стоит он или падает, судить о том не тебе, а Господу его, – говорит апостол Павел. Силен бо есть Бог поставити его. Позволяя себе судить о действиях человеческих, мы чрез это как бы предвосхищаем право Божие. А это не есть ли величайший грех пред Богом?

б) Мы не должны осуждать нравственное поведение ближних и потому, что не в силах произнесть о человеке правильное суждение. Кто бо весть от человека, говорит апостол Павел, яже в человеце, точию дух человека, живущий в нем! (1 Кор. 2, 11). Судя о поступках человека, не трудно нам ошибиться в своих суждениях; суд наш будет основываться только на внешних признаках, которые часто не соответствуют внутренним качествам. Предоставим это дело лицам, поставленным от Бога вязать и решить совесть людей по их чистосердечному признанию пред лицом Божиим.

Быть может в то время, когда мы осуждаем нашего согрешившего ближнего, он давно в слезах и сокрушении сердца раскаялся пред Богом и испросил у Него прощение. Быть может, осуждая ближнего, мы делаемся орудием клеветником, которых диавол научил говорить ложь на ближнего, чтобы поселить смуту и нестроение между христианами. Быть может, что мы глубоко ошибаемся, решаясь осуждать других за то, за что их нужно нам одобрять и уважать.

в) Еще более должно удерживать нас от осуждения полное сознание того, что чрез осуждение других мы и от людей и от Бога навлекаем на себя заслуженное нами осуждение. Не судите, – говорит Господь, – да не судими будете (Мф. 7, 1). Часто мы осуждаем ближнего за то, в чем сами виновны и что в себе самих не только извиняем, но и выхваляем. Осуждая таким образом других, не осуждаем ли мы вместе с тем и себя? Неизвинителен ты, всякий человек, говорит апостол Павел, судящий другого, ибо тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя, потому что, судя другого, делаешь то же (Рим. 2, 1) и сам.

г) Зная невнимательность нашу к самим себе, тот же апостол увещевает нас: испытывайте самих себя, самих себя исследывайте! (2 Кор. 13, 5). Вот урок для христианина, который должен быть всегда и везде пред его глазами! Вот предмет для его занятий, стараний и попечений! А обращаем ли мы на это должное внимание? Взойти в храмину своей души, рассматривать и исследовать собственные помыслы, пожелания, чувствования и наклонности, это как бы не наше дело. Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, – говорит Спаситель, – а бревна в своем глазе не чувствуешь? (Мф. 7, 3). Лицемер! Вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучек из глаза брата твоего (5). Спаситель этими словами научает нас быть внимательнее к самим себе, замечать собственные слабости, недостатки и погрешности, чтобы тем самым истребить в себе худую наклонность осуждения.

д) Приведем здесь несколько примеров, показывающих, как грешно осуждать ближних и как святые избегали этого греха.

Авва Пафнутий рассказывал о себе: «Однажды, путешествуя, сбился я с дороги, ибо был туман, и очутился близ одного селения. Там увидел я некоторых, бесстыдно разговаривавших между собою. Остановившись, начал я молиться о грехах своих. И вот явился мне ангел с мечом и говорит: Пафнутий! Все осуждающие братий своих погибнут от меча сего! Но ты не осудил, а смирился пред Богом, как бы виновный в грехе. Посему имя твое вписано в книгу живых». (Достопамятные сказания о подвиге, св. отец, с. 235, 1).

Итак, да внимаем себе самим и о своих грехах будем более заботиться, чтобы от них освободиться. Один благочестивый старец, видя, что брат его согрешил, со вздохом сказал: «горе мне! Как он согрешил сегодня, так согрешу и я завтра». Подобным образом и всякому из нас надлежит памятью о собственном недостоинстве и бессилии отражать от ума своего горделивые помыслы осуждения ближнего. (Достопамятные сказания о подвигах св. отец).

Один инок был довольно нерадив на пути спасения, в постничестве и молитвах. Наконец пришло время расстаться ему с жизнью, и собравшиеся вокруг одра его братия чрезвычайно удивились, видя, что этот, по мнению их, беспечный инок оставляет мир не только без трепета, но благодаря Бога и даже улыбаясь. – «Отчего ты в грозный час суда Божия так беспечален? – спросили они, – мы знаем твою жизнь и не понимаем твоего равнодушия; укрепись силою Христа, Бога нашего, и скажи нам, да прославим Его милосердие». – Тогда умирающий инок, несколько поднявшись с одра, сказал им: – «так, отцы и братия! Я жил нерадиво, и ныне все мои дела представлены мне и прочтены ангелами Божиими; я с сокрушением признался в них, и ожидал всей строгости суда Господня… Но вдруг ангелы сказали мни: «при всем небрежении, ты не осуждал и был незлобив», и с этими словами раздрали рукописание грехов моих. Вот источник моей радости!» Сказав это, инок предал с миром душу свою Господу. Не осуждайте, да не осуждены будете; оставьте, и оставится вам, – сказал Господь (Лк. 6, 37). («Училище благочестия»).

«Вот один из самых кратких путей, ведущих к получению прощения грехов, – говорит св. Иоанн Лествичник, – а именно – не осуждать! Если вы не судите, то и вас не будут судить» (Лк. 6, 37). («Лестница»), е) Но есть, братия, иные случаи, в которых позволительно говорить о ком-нибудь дурно.

«Думаю, – говорит св. Василий Великий, – что два есть случая, в которых позволительно говорить о ком-нибудь дурное, именно: когда необходимо кому посоветоваться с другими испытанными в этом, как исправить согрешившего, и еще, когда бывает нужда предостеречь других, которые, по неведению, могут быть нередко в сообществе с худым человеком, почитая его добрым, тогда как апостол повелевает не примешиваться таковым (2 Сол. 3, 14), чтобы не наложить как бы силков на свою душу. Так поступал и сам апостол, как видим из того, что пишет к Тимофею: «Александр ковач многа ми зла сотвори: от него же и ты себе блюди, зело бо противится словесем нашим» (2 Тим. 4, 14–15). А кто без таковой необходимости говорит что-нибудь о другом, с намерением разгласить или очернить, тот клеветник, хотя бы говорил и правду».(«Творения св. Василия Великого, т. V, с. 226–227).

III. Будем молиться Господу, чтобы Он открыл нам духовные очи зреть нашу греховность, и силою вседействующей Своей благодати уничтожил в нас злонамеренную и душевредную страсть осуждать братий наших. (Прот. Г. Дьяченко).