Пребывание в Назарете Лк. 2, 40, 51–52

Пребывание в Назарете

Лк. 2, 40, 51–52

Евангелисты, имея целью изобразить в искупительном служении Иисуса Христа именно то, еже они слышали, еже видели очима своима, еже узрели и руками осязали (1 Ин. 1, 1), умалчивают о частной жизни Его в Назарете до времени явления миру. Один только евангелист Лука едва приподнимает завесу таинственности, скрывающую от нас тридцать лет земной жизни Господа, проведенных в доме Иосифа. Он повествует о посещении Отроком Иисусом Иерусалимского храма и, кроме этого события, о назаретской жизни Господа замечает в общих чертах: Отроча растяше и крепляшеся духом исполнялся премудрости, и благодать Божия бе на Нем; Иисус преспеваше мудростию и возрастом, и благодатию у Бога и человек.

Восхитительны виды, открывающиеся на далекое пространство с высоты горы, на склоне которой расположен Назарет. К северу виднеется библейский Ермон, поднимающий к небу покрытую снегом вершину; на востоке, в недальнем расстоянии, высится Фавор, выделяющийся своим уединенным положением и округлою формою; на западе, в воздушной синеве, тянется линия песков, окаймляющих Средиземное море, и за песками, сквозь прозрачный воздух, можно отличить гору Кармил; к югу, за горами Гелвуйскими, расстилается древняя долина Ездрелонская, замечательная своим плодородием. В этом обширном кругозоре то там, то здесь встречаются города и селения, которые расположены по горам и долинам Палестины. Местность, видимая с назаретской высоты, находилась в самом сердце Израильской земли, и по ней во времена давно минувшие стремительно проносились, подобно буре, полчища сирийцев, египтян, ассирийцев, македонян, споривших о всемирном владычестве; теперь, как бы в ожидании дальнейших событий, здесь все было тихо и спокойно. Местоположение среди Галилейских гор, на склоне одной из них, благорастворенный воздух, красота и величие южной природы – все сие делает Назарет, этот поистине «город цветов», приятным местопребыванием. Здесь-то, в простоте домашней жизни и в чисто сельской обстановке, протекло детство, отрочество и юношество Иисуса Христа, и тайна Божия так была сокрыта от пытливых очей мира, что Нафанаил, житель Каны Галилейской (Ин. 21, 2), в недальнем расстоянии от Назарета, не знал об Иисусе, когда Филипп известил его об обретении Мессии (1, 45). Это были годы невинного младенчества, безгрешного отрочества и непорочной юности, проведенные в неизвестности, смирении, повиновении и труде для того, чтобы они служили всегдашним примером человеческому роду. Сколь могущественны и поразительно величественны дела Иисуса Христа по вступлении в общественное служение, столь же поучительны Его назаретские молчание и уединение, вполне соответствующие мере нашей ограниченности и доступные нашему подражанию.

Восприняв в единство Лица Своего человеческое естество со всеми свойствами и немощами его, кроме греха, Сын Божий смирил Себя до свойственного человеческой душе и плоти преуспеяния и возрастания. Святитель Афанасий Александрийский, объясняя слова евангелиста, замечает: «Преуспевать свойственно людям; Сын же Божий, поелику Ему не в чем преуспевать, будучи совершенным в Отце, смирил Себя нас ради, чтобы Его смирением мы могли паче возрастать; преуспевало не Слово, поколику Оно – Слово, совершенное от совершенного Отца, ни в чем не имеющее нужды, но и других возводящее к преуспеянию, но именуется преуспевающим по человечеству, потому что преуспеяние свойственно людям; не Премудрость, поколику Она – Премудрость, сама в себе преуспевала, но человечество преуспевало премудростию, постепенно возвышаясь над естеством человеческим, обожаясь, соделоваясь и являясь для всех органом Премудрости для действенности Божества и Его воссияния. К преуспеянию, – продолжает святой Отец, – евангелист присоединил и возраст. Слово и Бог не измеряется возрастом, возрасты же принадлежат телам, следовательно, и преуспеяние принадлежит телу. С преуспеянием тела преуспевало в Нем для видящих и явление Божества. А в какой мере открывалось Божество, в такой более и более для всех людей возрастала благодать, как в человеке, т. е. когда с летами возрастало тело, соответствовало сему в Нем и явление Божества, и всем делалось явно, что Божий это храм и что Бог был в теле». Всяко исполнение Божестваобптэ-ло телеснев младенце, отроке и юноше Иисусе (Кол. 2, 9), но проявлялось соразмерно с возрастанием и развитием человеческой природы Его. Все Божественное, обнаружившееся в жизни, учении и делах Его, находилось в Нем и тогда, когда Он возрастал человечеством, но было сокрыто, выражаясь яснее и яснее только по мере приближения Его к совершеннейшему возрасту человека, подобно тому, как солнце, оставаясь всегда равным себе, неодинаково светит и греет утром, в полдень и вечером, а в иные дни и совсем скрывает блеск и теплоту за облаками.

При единении с Богом Отцом (Ин. 10, 30) Иисус Христос не нуждался ни в каком внешнем научении и вседовлеющее знание воли Отца Своего почерпал в Себе Самом (6, 38; 8, 26, 28; 12, 49). Простое, домашнее наставление в чтении и письме Он мог получить от Своей Пречистой Матери, – так, известно, что Он знал буквы еврейской азбуки (Мф. 5, 18) и писал (Ин. 8,6): знаниеже ветхозаветных писаний мог заимствовать из постоянных посещений синагоги в субботние дни, как можно думать на основании слов евангелиста о первой проповеди Его в Назарете: прииде в Назарет, идеже бе воспитан, и вниде по обычаю Своему в день субботний в сонмище и воста чести (Лк. 4, 16). Весь Ветхий Завет, заключавший в себе закон Моисеев, пророков и псалмы (24, 44), был Ему вполне известен, и Он неоднократно говорил Своим ученикам о том, что написано там о Нем. В Своих речах Он делает ссылки на многие Книги Ветхого Завета, а именно: Бытия, Исход, Левит, Второзакония, Исайи, Иеремии, Осии, Иоиля, Малахии и Псалмы. Он упоминал также и о многих событиях и лицах Ветхого Завета, как то: обрезании, медном змие, манне, Авеле, Ное, Аврааме, Лоте, Моисее, Давиде, Соломоне, Илии, Елисее, Ионе. Язык, на котором говорил Иисус Христос, без сомнения, был общеупотребительный в Палестине после времени вавилонского плена – арамейский или сиро-халдейский. Впрочем, приводя места из ветхозаветных книг по подлиннику, Он пользовался также и еврейским языком, а при объяснениях с сотником (Мф. 8, 5-13), греками, желавшими видеть Его (Ин. 12, 21), и Пилатом (Мф. 27, 11; Ин. 18, 33), по всей вероятности, употреблял язык греческий, распространенный в то время по всем странам, окружавшим Средиземное море.

Перед взорами юного Иисуса отверста была и та великая книга, из которой люди черпают уроки мудрости, – книга природы. Как часто Он заимствовал из этой книги, близкой и понятной каждому, даже не образованному, сравнения и образы для того, чтобы сделать доступными пониманию Своих слушателей возвышенные истины Евангелия! Цвет неба, движение облаков, молния, звери, птицы, деревья, смоковница, виноградная лоза, горчичное зерно, семя, полевые цветы, жемчуг, – всё это было направлено в устах Иисуса Христа к единственной цели Его поучений – нравственному назиданию людей. Кроме природы, окружавшей Господа, перед Ним была домашняя и общественная жизнь современников Его, – и Божественный Учитель впоследствии с неподражаемым искусством пользовался этими житейскими знаниями для объяснения Евангельского учения.

Домашние обычаи, закваска, потерянная драхма, сокровище, невод, нива и житницы, вечеря, брак, купля, играющие дети, пастырь, строитель, виноградарь, домоправитель, судия, человек, израненный разбойниками, блудный сын, мытарь и фарисей, – какие верные картины действительности и как много они говорят уму и чувству! Эти явления природы и жизни Иисус Христос мог наблюдать в те годы преуспеяния, возрастания и укрепления духом, которые Он провел в Назарете, приготовляясь к Своему великому служению.

Дом Иосифа, служивший жилищем для Того, Кому не довлеют небо и небо небесе (3 Цар. 8, 27), был, по свидетельству путешественников, скорее вертеп, устроенный подобно многим существующим еще и теперь на востоке домам бедных людей. Он не отличался богатством, не представлял даже простых удобств, но украшался тем, что дороже всех сокровищ на свете, – высокими нравственными качествами своих обитателей, и навеки прославлен пребыванием Богочеловека. Это был дом истинного благочестия, непорочной чистоты, глубокого мира и спокойствия. Все дышало в нем довольством, которое поддерживалось постоянным честным трудом. Трудился праведный Иосиф, занимаясь ремеслом древоделания, по ясному свидетельству соотечественников его (Мф. 13, 55); трудилась и Пресвятая Матерь Господа, потому что Ее рукам приписывается устройство хитона, бывшего постоянною одеждою Сына Ее: бе же хитон нешвен, свыше исткан (Ин. 19, 23), сделанный так искусно, что воины-распинатели не решились раздирать его, а бросали жребий, кому будет (ст. 24). Иисус Христос был в повиновении у Своего мнимого отца и у Своей Пресвятой Матери и, как говорит древнее предание, помогал Иосифу в его занятиях, так что в Своем отечественном городе Он слыл не только сыном Плотниковым (Мф. 13, 55), но и прямо плотником (Мк. 6, 3). Вот та великая школа послушания, смирения, терпения и труда, которую проходил наш Спаситель в невозмутимой тишине малоизвестного городка, окруженного зеленеющими полями и утесистыми горами! Это не была школа книжников и фарисеев, превратно толковавших Моисеев закон, не была школа раввинов, где истина затемнялась множеством каббалистических вымыслов, и если впоследствии от народа, учеников и даже фарисеев и книжников усвояется Иисусу Христу звание Равви, т. е. Учителя, то оно усвояется Ему как главе основанного Им духовного общества, а не потому, будто Он вышел с этой степенью из какой-либо школы. Свое учение Он предлагал впоследствии со властью, а не как книжники и фарисеи (Мф. 7, 29; Мк. 1, 22), и у самых врагов Своих вынуждал такое признание: николиже тако есть глаголал человек, яко Сей Человек (Ин. 7, 46). Он строго обличал людей, возседавших тогда на Моисеевом седалище (Мф. 23, 2), – законников, взявших ключ разумения (Лк. 11, 52), укоряя их в лицемерии и других пороках, – ясный знак, что, пришедши исполнити закон (Мф. 5, 17) и научить людей высшему, духовному разумению заповедей (Мф. 20–41), Он ничего не заимствовал у современных учителей и ничего не имел общего с нарушителями закона – книжниками и фарисеями, пренебрегавшими важнейшим в законе (Мф. 23, 23) и устранявшими слово Божие своим преданием (Мк. 7, 13). Слушая Небесного Учителя и зная, что Он не посещал их школ, иудеи дивились, говоря: како Сей книги весть не учився (Ин. 7, 15), – откуду Сему сия и что премудрость, данная Ему (Мк. 6, 2)? И Сам Иисус Христос свидетельствовал о Себе: Пославый Мя истинен есть, и Аз, яже слышах от Него, сия глаголю в мире (Ин. 8, 26); о Себе ничесоже творю, ноякоже научи Мя Отец Мой, сия глаголю (Ин. 8, 28). Источник откровения Иисуса Христа в тайне Триипостасного Божества, но чтобы передать людям это откровение и сделать его удобоприемлемым, т. е. по возможности приблизить к ограниченной мере человеческого понимания, Он обращается к Священному Писанию Ветхого Завета, природе и жизни, все направляя к единому на потребу (Лк. 10, 42), к тому, для чего и пришел на землю, т. е. спасению людей.