Введение

Введение

Христиане заключают между собой тайные союзы, противные законам. В самом деле, есть общества открытые, возникающие в согласии с законом, и есть скрытые (сообщества)[1], действующие вне закона. Христианская община (agape) держится на общности опасности, и сила (налагаемых ею обязательств) выше долга присяги… [I, 1].

Учение христиан варварского происхождения. (Правда), варвары способны создавать учения, (но) судить о. созданных варварами (учениях), совершенствовать их и развивать в сторону добродетели лучше других способны (лишь) эллины [I, 2]… (Если христиане тайно выполняют и распространяют свое учение, то) они недаром так поступают: они стараются отвратить от себя угрожающую им смертную казнь; (но эта) опасность (не грознее) тех опасностей, которым люди подвергались ради философии, как, например, Сократ[2] [I, 3]… (Что касается) этических положений, то они (у них) общие с другими философами и не представляют чего-либо достойного уважения и не являются новым учением [I, 4]… Они потому не верят в богов, созданных руками людей, что нелепо допустить, чтобы творения самых презренных и злонравных ремесленников, изготовленные иной раз и людьми нечестивыми, были богами. (Но уже) Гераклит[3] говорил: «Обращающиеся к безжизненным богам поступают так, как если б кто разговаривал со стенами». Такого же мнения были и персы, по сообщениям Геродота[4] [I, 5]…

Сила христиан заключается, по-видимому, в знании имен[5] неких демонов и (в применении) заклинаний. Чудеса, которые якобы проявил (Иисус), он сумел совершить при помощи колдовства. Предвидя, что и другие, приобретя те же знания, захотят совершать то же самое и хвалиться, что творят это силой божьей, Иисус всех таких изгнал из общины. (Но одно из двух): если он справедливо изгнал их, то поскольку он сам повинен в таких же делах, то (и сам) дурной человек; если же он совершал подобные деяния, не будучи дурным, то и поступающие подобно ему не (должны на этом основании считаться дурными) [I, 6].

Я отнюдь не думаю утверждать, что человек, придерживающийся хорошего учения, должен, когда ему из-за этого грозит опасность со стороны людей, отказаться от своего учения или притвориться отказавшимся, или стать ренегатом; ведь у кого (родственная богу) душа здравая, она всегда стремится к родному (богу), и (такие люди) всегда жаждут услышать что-нибудь и вспомнить о нем [I, 8]. Но воспринимать какое-нибудь учение (надо), следуя разуму и разумному руководителю; кто примыкает к каким-либо (учителям) не на таких основаниях, тот поддается обману. (Такие люди подобны) неразумным почитателям метрагиртов[6] и гадателей, жрецов Митры и Сабазия[7] и кого попало, верящим в явления Гекаты[8] и других женских и мужских демонов… (А именно) так обстоит дело и с христианами. Некоторые из них не хотят ни давать, ни получать объяснения насчет того, во что веруют. Они отделываются (фразами вроде): «не испытывай, а веруй», «вера твоя спасет тебя»[9]; они говорят: «мудрость в мире – зло, а глупость – благо»[10] [I, 9]… Если они пожелают ответить мне не как (человеку), осведомляющемуся, – ведь я все (про христиан) знаю, – а как (человеку), всем одинаково интересующемуся, то хорошо; если же они не пожелают, но скажут, как обычно, «не испытывай» и т. п., то необходимо, чтобы они (по крайней мере) разъяснили, каково то, что они утверждают, и из какого источника оно проистекло [I, 12].

У многих народов наблюдаются родственные учения. Существует исконное древнее учение, которым занимались мудрейшие народы и государства и мудрые люди – египтяне, ассирийцы, индусы, персы, одризы, самофракийцы[11] [I, 14]; элевсинцы и гиперборейцы, мудрейшие древние народы – гомеровские галактофаги, кельтские друиды и геты, рассуждали (о тех же вещах, что и библия). Лин Музей, Орфей, Ферекид, перс Зороастр, Пифагор[12] рассуждали об этом, изложили свои положения в книгах и сохранили их до нашего времени [I, 16]. (В этих произведениях в иносказательной форме изложена) тайная мудрость… [I, 18]. (Моисей в своей космогонии считает, что мир не насчитывает и 10 000 лет; между тем) мир не сотворен. От века произошло много мировых пожаров и потопов, причем потоп при Девкалионе[13] – позднее, недавнее явление, так же как и мировой пожар при Фаэтоне[14] [I, 19]. Эллины считают их древними потому, что более древних пожаров и потопов не видели и не помнят [I, 20]. Восприняв это учение от мудрых народов и разумных людей, Моисей прослыл боговдохновенным [I, 21]… Обрезание заимствовано у египтян [I, 22]… Последовавшие за Моисеем как вождем пастухи коз и овец, увлеченные грубым обманом, признали, что есть единый бог [I, 23], называя этот мировой порядок именем Всевышний, Адонай, небо, Саваоф или как кому больше нравится. (В сущности) совершенно безразлично, именовать ли стоящего над всем бога обычным у эллинов именем Зевса, или таким-то у индусов, или таким-то у египтян [I, 24]… (Иудеи) почитают ангелов и привержены колдовству, в котором Моисей явился для них учителем. Я (дальше) покажу, как евреи в силу своего невежества поддались обману и впали в заблуждение… Об иудеях я поговорю потом, (сначала же – об Иисусе), ставшем основоположником (христианства). Совсем недавно проповедовал он это учение, и христиане: признали его сыном божьим… они были обмануты и восприняли учение, портящее жизнь человека [I, 26]. Оно было усвоено только простолюдинами, (хотя) среди христиан были кое-какие и приличные, дельные, понятливые люди, успешно применявшие аллегорические толкования.