МАХАБХАРАТА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

МАХАБХАРАТА

СКАЗАНИЕ О ЦАРЕ ПАРИКШИТЕ

Случилось это, когда страною правил царь Парикшит. Был он человеком добрым и честным. Но иногда даже добрые и честные люди совершают злые дела. Так вышло и с Парикшитом.

Больше всего на свете царь любил охоту. Как-то, преследуя в лесу антилопу, он оказался у хижины старого отшельника.

— Эй, брахман, — обратился царь к старику, — не видел ли ты здесь антилопу?

Но старик соблюдал обет молчания и не мог ответить царю.

— Старик, ответь мне, твоему царю, не пробегала ли здесь антилопа? повторил царь свой вопрос.

Но ни слова не услышал Парикшит в ответ. Рассердился он.

Хотел поразить мудреца копьем. Но тут подул сильный ветер.

Закачалась хижина. Поднялась в воздух гнилая солома, устилавшая пол. На земляном полу увидел царь мертвую змею. Ярость затмила разум Парикшита. Все вокруг, казалось, завертелось в невероятной пляске, и… схватив мертвую змею, он бросил ее на плечо старика. Трудно найти более страшное оскорбление. Но старец и на этот раз не произнес ни слова. Царь же вышел из уединенной хижины и отправился домой. Дурные предчувствия одолевали его.

Не знал Парикшит о том, что у старого отшельника был сын, которого за доброту и кротость нрава боги одарили необычным даром. С некоторых пор все, что он говорил, сбывалось.

И вот вошел сын отшельника в хижину отца и увидел его сидящим с мертвой змеей на плече. Гневно вскричал он:

— Да умрет Парикшит через семь дней от укуса ядовитого змея Такшаки!

Расстроился старый отшельник. Нарушив обет молчания, стал он отговаривать сына:

— Не знал царь о том, что я дал обет. Он был огорчен неудачной охотой, и мое молчание рассердило его. Нельзя судить человека за минутную слабость.

Послал отшельник своего ученика к Парикшиту. Тот внял предупреждению мудреца и приказал срочно построить необыкновенный дворец на столбе. Ему казалось, что не сможет змей туда заползти. Вокруг дворца была поставлена бдительная стража, вооруженная до зубов. Шесть дней Парикшит и его советники, а также лекари и заклинатели змей прожили в чудесном белоснежном дворце, который, казалось, парил над землей. На седьмой же день к дворцу пришли знатные люди. Они принесли фрукты и воду для царского обеда. Вечером, когда царь отдыхал, он захотел отведать фруктов. Выбрал он желто-красный плод манго.

Чудесный фрукт словно светился изнутри. Но стоило Парикшиту надкусить его, как из золотой мякоти выглянул маленький коричневый червяк с хитрыми черными глазками. Засмеялся и даже обрадовался Парикшит:

— Вот он, тот «змей»! Пусть он укусит меня сейчас, в час заката. Так исполнится же проклятие отшельника!

Парикшит шутил. Но… Едва царь поднес крошечного червячка к своей шее, как малютка превратился в огромного волшебного змея.

Придворные, лекари и заклинатели змей с криком разбежались…

Змей задушил несчастного царя и унес его в подземное царство.

Когда перепуганные слуги опомнились от страха, они увидели лишь огненный след на небе — это промчался в царство Ямы Такшака со своей жертвой — и догорающий дворец.

ВЕЛИКОЕ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ ЗМЕЙ

После смерти Парикшита царство унаследовал его сын — Джанамеджая. Советники, видевшие гибель отца, часто рассказывали об этом. Возненавидел юный царь Такшаку и решил отомстить ему и всему змеиному роду. Он позвал к себе всех заклинателей змей и спросил:

— Как мне погубить злого змея Такшаку?

— В древних книгах, о царь, рассказывают о волшебном обряде, который называется "жертвоприношение змей". С давних пор над змеиным родом тяготеет проклятие. Когда-то прокляла змей их же мать Кадру за то, что они не послушались ее.

— Так совершим же этот обряд! — воскликнул царевич. — Пусть постигнет кара злосчастного Такшаку и весь его род!

Повинуясь воле царя, жрецы построили из особого камня белоснежный алтарь. Потом, собрав народ, торжественно разожгли на алтаре священный огонь. Долго не хотел он разгораться. И вот, когда пламя окрепло, жрецы стали произносить заклинания и лить в огонь ароматное масло.

Вдруг люди увидели, как множество змей несется со всех сторон к алтарю. Казалось, что они падают в священный огонь даже с неба!

Много лет полыхало алое пламя на белоснежном алтаре. Много лет читали жрецы заклинания, призывая на погибель новые и новые полчища змей. Но Такшаки среди них не было… Он укрылся в небесном дворце своего друга, бога Индры.

Тем временем на земле оставалось все меньше и меньше змей.

Их царь змей Васуки страдал, видя гибель подданных. Но вдруг вспомнил он о древнем пророчестве. Говорили, что лишь человек может спасти змей, прекратив великое жертвоприношение. И тогда Васуки попросил о помощи своего дальнего родственника Астику. Юноша поспешил к жертвенному алтарю. Придя туда, он поклонился вельможам и царю и обратился к Джанамеджае с учтивой речью:

— О великий царь, я, твой преданный слуга, приветствую тебя! Да даруют боги свет и процветание твоему роду. Да не будет у тебя нужды ни в чем. Как прекрасны твои дела и помыслы!

— Позволь мне исполнить любое твое желание, — ответил растроганный царь прекрасному незнакомцу.

Но не успел юноша вымолвить и слова, как разверзлись небеса и сам могучий Индра опустился на землю в сверкающей золотом колеснице. Вышел Индра из колесницы, и все увидели, что в складках его одежды прячется Такшака. Как жалок он был! Шкура его теперь не излучала зловещего сияния. Яд его больше не поджигал все вокруг. От магических гимнов жрецов стал он похож на дождевого червя. Еще мгновение — и полетел змей к алтарю, не удержавшись за одежду Индры. Извиваясь из последних сил, повис Такшака над жертвенным огнем.

Тут и сказал Астика:

— О мудрый и великий царь! Если ты обещал исполнить любое мое желание, то выслушай! Не вели прогонять скромного просителя, лежащего у твоих ног. Юноша действительно опустился на колени перед царем. — Пощади змеиный народ! Прекрати жертвоприношение змей!

— Милый юноша! Я выполню любое твое желание. Но не проси у меня невозможного. Змей Такшака убил моего отца и унес его душу в подземное царство Ямы.

— Останови истребление змеиного народа, о царь! Этот змей выполнял чужую волю. Он был лишь орудием судьбы. А уж остальные-то и подавно не виноваты…

Задумался царь. Долго молчал он. И все это время Такшака извивался над алтарем. Наконец сказал мудрый Джанамеджая:

— Хватит. Больше не надо читать заклинания. Я прощаю змеиный народ.

Так избежал смерти змей Такшака. Правда, говорят, что это Индра остановил бессмысленное побоище… Кто знает?

И все двенадцать лет жертвоприношения пандиты рассказывали о подвигах и величии потомков Бхараты.

РОЖДЕНИЕ ГЕРОЕВ

У Бхараты были дети, внуки, правнуки… Они основали славный город Хастинапур, который стал столицей Индии. Правил там добрый царь Шантана. Однажды охотился он в окрестных лесах и встретил там девушку неземной красоты. Полюбил он ее с первого взгляда. Сказал ей о своей любви. Но только замолчал, как услышал ответ:

— А знаешь ли ты, кто я? Я — богиня реки Ганг, принявшая человеческий облик. Что ж, ты тоже приглянулся мне. Но прежде, чем жениться на мне, выслушай мое условие.

— Я выполню любую твою просьбу, — прошептал влюбленный царь.

— Я покину тебя когда захочу.

— И это твое условие я приму с радостью…

Прошло время. Родился у них чудесный сын. Но не успел он издать первый крик, как исчезла Ганга, выполнив свое условие.

Ребенка назвали Бхишма. Вырос он добрым и хорошим человеком и достиг совершенства во всех науках. Особенно показал он себя в воинской подготовке. В метании копья, стрельбе из лука, дрессировке боевых слонов не было ему равных. Настал срок — отец созвал всех своих придворных и жрецов и объявил сына наследником престола. Спустя четыре года Шантана вновь отправился на охоту. И опять, встретив красивую девушку, влюбился в нее. Красавица, приглянувшаяся ему, была дочерью рыбака и звали ее Сатьявати. Отправился царь просить у рыбака руки его дочери. Но отказал Шантане старик:

— Я знаю, царь, что у тебя уже есть сын и наследник престола. Я не хочу, чтобы мои внуки остались не у дел. Поэтому не отдам я тебе в жены свою единственную дочь.

Огорчился Шантана и отправился домой ни с чем. Сын же, увидев отца грустным и узнав о причине его печали, сказал ему:

— Не горюй, отец! Все решится так, как ты даже мечтать не можешь.

Но больше ничего не услышал Шантана от своего любимого Бхишмы. Между тем царевич отправился к рыбаку и сказал ему, что никогда не захочет занять царский трон. Он мечтает лишь о счастье отца, а потому дает слово никогда не жениться и не помышлять о царской короне. Так и порешили они.

Вскоре Шантана женился на прекрасной Сатьявати. Родилось у них два сына. Правда, Шантана умер, когда они были еще маленькими.

Бхишма же помогал управлять страной юным царевичам, был первым их советчиком. Но старший царевич, Читрангада, был задирист и горд. Он победил всех своих соседей и бросил вызов одному из небесных богов, которого звали так же, как и его — Читрангадой. И вот на поле Куру, на равнине, окруженной пятью голубыми озерами, произошла битва между ними. Три дня сражались богатыри. На четвертый погиб отважный сын Шантаны.

Снова стал править страною Бхишма, дожидаясь, пока не подрастет младший брат. Бхишма даже привез ему трех жен, красавиц дочерей царя страны Каши. Нелегко было доставить их в Хастинапур, пришлось сразиться с лучшими воинами Каши. Но в честном бою захватил Бхишма эту добычу, и они отпустили его.

Правда, когда царевны оказались в Хастинапуре, старшая призналась, что сердце ее давно уже принадлежит славному герою Шальве. Отпустил ее Бхишма с миром, а двух других сестер выдал замуж за своего младшего брата. Но и его царствование было недолгим. Только семь лет пробыл младший брат царем. Тяжкий недуг унес его душу в мрачное царство Ямы. Самым грустным было то, что у него не осталось детей. А Бхишма, однажды давший слово не жениться, не мог нарушить его. Тогда вспомнила Сатьявати о старшем своем сыне, который родился у нее еще до того, как стала она царицей в Хастинапуре. История появления его на свет загадочна, отцом его был один великий мудрец. Младенец, который родился на уединенном островке, был страшен.

Лицо его было черным, волосы — рыжими. Сначала его назвали Двайпаяной, что означает «островитянин», но потом стали называть Кришной, что означает «черный». Когда мальчик вырос, он стал великим мудрецом и постиг священное знание — Веду. Он разделил Веду на четыре книги. Вот почему его стали называть еще и Вьяса, что означает «составитель».

Об этом своем сыне рассказала Сатьявати Бхишме. И провозгласил он:

— Пусть возьмет этот твой сын себе в жены вдов моего младшего брата!. И тогда род наш не погибнет.

Не успел он произнести эти слова, как появился Кришна. Все придворные вздрогнули, увидев его, — так страшен он был. Жены испугались. Одна из них зажмурилась, чтобы не видеть его лица.

На что сразу сказал Кришна (он умел предвидеть будущее):

— Родится у нее слепой сын.

— Горе всем нам! — только и смогла вскрикнуть Сатьявати.

— Не печалься, матушка, — ответил ей Кришна. — Зато у слепого будет сто прекрасных сыновей-воинов. Они не дадут угаснуть царскому роду.

— Сын мой, — спохватилась Сатьявати. — Но у тебя есть еще одна жена. Кто же родится у нее?

— Ты заметила, матушка, что увидев меня, она побелела от страха?

— Да, сынок.

— Так вот — у нее родится очень бледный ребенок.

Со временем все предсказанное сбылось. Появились в царской семье два сына, один из них был слепым. Его назвали Дхритараштра. Другой отличался белизною кожи. Его нарекли Панду.

Родился и третий младенец. Его матерью была рабыня, которую Кришна сделал свободной за то, что она родила ему сына.

Дети подрастали. Страною по-прежнему правил мудрый Бхишма.

И вот когда мальчики превратились в прекрасных юношей, задумал Бхишма женить их. Отправился он в далекое царство и привез оттуда невесту для Панду. Мадри была красавицей.

Но вот беда: за то время, что ездил Бхишма за невестой, полюбил Панду другую — красавицу Кунти. Так у него стало две жены, которых он очень любил.

Вскоре родила ему Кунти троих красавцев сыновей. Их назвали Юдхиштхира, Бхимасена и Арджуна. У Мадри же родились близнецы — Сахадева и Накула.

Все пятеро сыновей Панду были так красивы, что больше походили на богов, чем на людей. Все они были добрыми и мудрыми, такими же, как их отец и Бхишма. Говорили, правда, что не Панда их отец. Их породили боги. Отцом Юдхиштхиры был Дхарма, бог справедливости. Отцом Бхимасены — бог ветра Ваю, отцом Арджуны — Индра. А близнецов породили боги сумерек Ашвины.

Вскоре после рождения сыновей Панду умер. А вместе с ним в подземное царство Ямы отправилась Мадри. Кунти стала матерью для всех пятерых братьев. Этих детей стали называть Пандавами — по имени их отца Панду.

Страной же управлял слепой Дхритараштра. У него тоже были сыновья. Их называли Кауравами, по имени их предка.

Подрастая, Пандавы и Кауравы часто ссорились. Всему виной была необузданная сила Бхимасены, из всех шуточных поединков выходил он победителем. Главным его врагом из Кауравов стал Дурьодхана, который не мог похвастаться такой силой и ловкостью.

ЮНОСТЬ ЦАРЕВИЧЕЙ

Однажды играли царевичи деревянным мячом и уронили его в глубокий колодец. Расстроились они, понимая, что не достать игрушку. И тут вдруг неведомо откуда появился человек:

— И эти неумейки считают себя потомками Бхараты? Что же вы за воины, если даже мяча из колодца достать не можете?

— Но ведь это невозможно. Колодец так глубок.

— Смотрите, что может сделать умелый воин с помощью оружия!

Незнакомец взял короткое копье — дротик — и наклонился над водой. Раздался свист и… треск: копье вонзилось в круглый бок деревянного мяча. За первым последовало и второе, и третье копье. И вот они образовали длинный шест, взявшись за который, хитрец вытащил и мяч, и свое оружие.

Дома царевичи рассказали Бхишме о странной встрече у колодца. Бхишма сразу же понял, что детям повстречался сам великий Дрона, лучший в стране знаток оружия. Призвал Бхишма Дрону и попросил остаться при дворе, чтобы обучить царевичей воинскому искусству.

Много лет обучал их искусный Дрона. Ведь столькому должны были научиться царевичи! Особенно усердно занимались юноши стрельбой из лука это главное искусство воина. Даже ночью, когда черная тьма скрывает все вокруг, тренировались они. Лучшим учеником Дроны стал царевич Арджуна. И во многих других науках был он первым. Только во владении палицей уступал он Дурьодхане и Бхимасене. Скоро представился случай проверить, чему научились юноши.

Однажды учитель купался в реке и потревожил крокодила. Трудно бы пришлось Дроне в этом поединке, но на помощь подоспел Арджуна. Выпустил он одну за другой пять стрел и поразил чудовище, прежде чем остальные братья поняли, что случилось. В благодарность за чудесное спасение подарил Дрона своему любимцу волшебное копье, которое всегда возвращалось к своему владельцу.

И вот, наконец, сказал Дрона Бхишме:

— Назначь же нам день и час испытания, я уверен, что мои воспитанники с честью пройдут его.

Для испытания было выбрано ровное поле, где построили причудливый дворец для царя. Его купола сверкали золотом и драгоценными каменьями, а занавеси были сделаны из речного жемчуга. Толпы зрителей пришли посмотреть на поединки царевичей.

Первым на середину поля вышел Дрона. Белые одежды его сияли, как ледники в горах. Он подал знак.

Могучие воины в доспехах предстали перед зрителями. Первым шел Юдхиштхира. Зрители залюбовались его красотой и силой. Все принцы показали свое умение управлять колесницей, стрелять из лука и биться на мечах и палицах. Вывели на поле и боевых слонов, которых юноши сами приручили. Дрона был так горд успехами своих учеников, что не мог скрыть слез радости.

Но главный бой был впереди. Как разъяренные львы сражались на палицах Дурьодхана и Бхимасена. Поединок был так страшен, что, почуяв вражду братьев, Дрона остановил их.

И, наконец, перед взволнованными зрителями появилась колесница Арджуны, лучшего ученика Дроны. Во всем Арджуна превосходил своих братьев-царевичей и особенно Кауравов. Те же стояли в стороне, снедаемые злобой и завистью.

С этого дня их ненависть стала воплощаться в делах. Захотели Кауравы погубить братьев Пандавов. Особенно ненавистен им был Бхимасена. Однажды Дурьодхана подкрался к нему, когда тот спал, и, связав крепкими лианами, столкнул в воду. Но силач легко разорвал путы и спасся. Не остановился на этом коварный враг. Он напустил на Бхимасену ядовитых змей. Но и змеиные укусы не причинили Бхимасене вреда.

СОЖЖЕНИЕ СМОЛЯНОГО ДОМА

После испытания, которое Дрона устроил своим воспитанникам, весть о воинах-царевичах разнеслась по всей стране Бхараты. Люди вспоминали, каким хорошим правителем был Панду.

Говорили о том, что царский трон надо передать старшему из братьев Пандавов Юдхиштхире.

И только дошли эти разговоры до Дурьодхана, как задумал он погубить братьев Пандавов. Сначала просил он своего отца выгнать ненавистных братьев из страны. Но Дхритараштра был человеком добрым и благородным и не пошел на это. Тогда Дурьодхана предложил отцу выслать братьев из Хастинапура.

А здесь и повод представился — в одном городе начинались торжества в честь бога Шивы. Советники, подкупленные щедрыми дарами Кауравов, стали убеждать Пандавов, что тем необходимо быть на празднике. Братья согласились и стали собираться в дальний путь.

Дурьодхана же, скрыв ото всех свои черные замыслы, доверился лишь одному своему слуге:

— Слушай же, Пурочана! Пока я царевич, ты живешь хорошо и сытно. Но если царем в Хастинапуре станет ненавистный Юдхиштхира, ты окажешься беднее самого последнего бедняка. Помоги же мне. Поезжай немедленно в город Варанавату. Ты должен обогнать Пандавов и успеть построить для них дом из смолистого дерева, бамбука и соломы. Когда Пандавы поселятся в нем, подожги дом. Тогда все подумают, что Пандавы погибли от случайного пожара.

— Я выполню все, что ты пожелаешь, о повелитель! — слуга склонился перед господином в низком поклоне. — Мне отправляться в Варанавату прямо сейчас?

— Конечно, — улыбнулся Дурьодхана. — Возьми мою лучшую колесницу.

Ничего не подозревая, братья Пандавы отправились на праздник в честь Шивы. Все жители города и родные провожали царевичей, жалея, что они уезжают. Когда царевичи уже подошли к воротам, старый мудрец Видура, дядя царевичей, подозвал к себе Юдхиштхиру:

— От несчастья может спасти только знание истины. Человек спасется от огня, если вспомнит, как в таких случаях поступает дикобраз. Не забудь о моем напутствии, дорогой племянник, и останешься цел.

Спустя несколько дней путники вошли в город Варанавату. С превеликим почтением встретили их горожане. Всех одарили Пандавы, всем сказали добрые слова. И почтив всех мудрецов этого города, отправились они в дом, приготовленный Пурочаной. Здесь их ждало все, чего можно только пожелать. И мягкие ковры и подушки, и лучшие фрукты и сладости. Но сразу заметил Юдхиштхира, что стены дома пропитаны смолой и маслом. Стоит попасть на стену крошечной искре, как дом превратится в факел.

Предупредил Юдхиштхира своих братьев о грозящей беде. И, вспомнив о том, что дикобразы во время лесного пожара зарываются в землю, братья начали рыть подземный ход. Целый год жили Пандавы в гостеприимном городе, но никто не знал, что легкомысленные и изнеженные царевичи каждую ночь тайно роют подземный ход, чтобы спастись от мести Кауравов.

Наконец ход был готов. Братья стали внимательно следить за Пурочаной. И вот однажды проницательный Юдхиштхира заметил, что изменился Пурочана. Он не так услужлив, как прежде, погружен в раздумья, а глаза его бегают.

— Братья, — обратился к царевичам старший брат, — пора собираться. Мне кажется, что сегодня Пурочана попытается сжечь наш дом. Давайте же опередим его. Пусть злодей погибнет в костре, который сам же сложил.

— Но ведь именно сегодня я пригласила в наш дом мудрых старцев, возразила сыновьям Кунти.

— Ничего, матушка, мы сначала проводим гостей, а потом, когда злодей Пурочана уснет, подожжем дом и навсегда покинем эти края.

Все случилось так, как решили братья: проводив гостей и убедившись в том, что Пурочана спит, они подожгли дом. Сами же покинули город, воспользовавшись своим подземным ходом. Одного не знали Пандавы. В доме, кроме злодея слуги, остались еще одна старая отшельница и пятеро ее сыновей. Они так захмелели, что не ушли, а заснули в самом дальнем углу дома. Наутро жители Варанаваты обнаружили их останки на пепелище, и плачем огласился город, потому что погибших приняли за Пандавов. Печальную весть понесли гонцы в Хастинапур. Плакальщицы шли за ними, облаченные в алые одежды. Рыдая, женщины посыпали головы пеплом, рвали на себе волосы. Все, кроме Дурьодханы и его братьев, скорбели о смерти царевичей Пандавов и их матери.