Предисловие

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Предисловие

Как шуты мечтают сыграть Гамлета, так я мечтал написать трактат о Боге. Однако лежащая перед вами книга не трактат. Судя по размерам, ее можно принять за научный труд, но всякого, кто подойдет к ней с этой точки зрения, Ждет разочарование. Скорее всего, книга эта похожа на ожерелье: ряд небольших исследований на великие темы; большинство из этих исследований впервые появились в «Евангельском журнале» («Evaпgelical Magaziпe»). Они задумывались как самостоятельные этюды, но теперь собраны вместе, поскольку образуют единое повествование о Боге и о нашей жизни. Выбор тем определился их практической направленностью.

В «Предисловии к христианскому богословию» Джон Мэкей показал два подхода к христианским темам. Он изобразил людей, которые сидят на высоком балконе дома в испанском стиле и смотрят на путников, идущих по дороге. Сидящие на балконе слышат, о чем беседуют путешественники, иногда они могут вступить с ними в разговор, отпустить критические замечания в их адрес, обсудить дорогу, размышляя, куда она ведет, что можно увидеть, если пройти по ней подальше, и так далее. Но они - всего лишь наблюдатели, и их вопросы носят только теоретический характер. Путешественники же сталкиваются с проблемами, которые, хотя и имеют теоретический аспект, по сути являются сугубо практическими. Их проблемы требуют не просто осмысления, но и решения, и действия. Сидящие на балконе и путники думают об одном и том же, но их проблемы различны. Например, размышляя о зле, сидящий на балконе пытается теоретически объяснить, как зло может совмещаться с Божьим всемогуществом и благостью. Путнику же надо решить, как преодолеть зло и превратить его в благо. Если же речь заходит о проблеме греха, то сидящий на балконе раздумывает, существуют ли на самом деле расовая греховность и личная извращенность, а путешественник, зная грехи изнутри, спрашивает, есть ли надежда на избавление от него. Рассуждая о Боге, сидящий на балконе спрашивает, как один Бог может существовать в трех лицах, что означает это триединство и как эти три ипостаси, составляющие одно, могут быть личностями. Путник же хочет знать, как проявить любовь и веру, как воздать подлинную честь этим трем Личностям, Которые в своем триединстве ведут его из греха к славе. И так далее. Итак, эта книга - для путников и рассматриваются в ней именно их проблемы.

Книга написана с убеждением, что в корне многих слабостей современной церкви лежит незнание Бога, незнание Его путей и неумение пребывать в общении с Ним. По моему мнению, к такому положению привели две печальные тенденции.

Первая: христианское мышление приспособилось к духу современности, который расплодил грандиозные мысли о человеке, оставив место лишь для мыслишек о Боге. Современный человек привык держать Бога на расстоянии или вообще Его игнорировать. Ирония состоит в том, что современные христиане, занятые религиозной деятельностью в безбожном мире, сами отдалились от Него. И вот, люди, ясно понимающие ситуацию, с горечью подумывают о том, чтобы выйти из церкви и искать Бога самостоятельно. И нельзя винить за это только их самих. Ведь церковные деятели, взирающие на Бога, так сказать, перевернув телескоп, и уменьшившие Его до размеров пигмея, не могут быть не чем иным, как только христианами-пигмеями. Естественно, люди с ясным видением желают чего-то большего. Более того, мысли о смерти, вечности, о суде и наказании, о величии души и вечных последствиях земных решений не в моде в современном мире. И грустно видеть, что христианская церковь вместо того, чтобы возвысить свой голос и напомнить миру то наиважнейшее, что он забывает, приобрела привычку точно так же обходить эти темы. Но для христианской жизни, такая капитуляция перед миром равносильна самоубийству.

Вторая причина: христианское мышление не смогло противостать должным образом современному скептицизму. Более трех столетий натуралистические взгляды Ренессанса, как раковая опухоль, разъедали западную мысль. Арминиане и деисты семнадцатого века наперекор богословию Реформации отрицали, что Бог непосредственно и полновластно правит миром, - и с тех пор богословие, философия и наука единодушны в этом отрицании. В результате Библия подверглась тяжелому обстрелу, а вместе с ней – и многие исторические вехи христианства. Под сомнение ставятся основы веры. Действительно ли Бог говорил с Израилем на горе Синай? Не был ли Иисус просто очень духовным человеком? Произошли ли на самом деле чудеса, описанные в Евангелиях? Разве Иисус не вымышленный персонаж? - и так далее. И это еще не все. Скептицизм по отношению к Божьему откровению и основам христианства породил еще более широкий скептицизм, который отбрасывает всякую мысль о единой истине, а вместе с ней - всякую надежду на целостное человеческое знание. В результате предполагается, что мои религиозные представления не имеют ничего общего с моими научными знаниями о внешнем мире, поскольку Бог находится не «там», в мире, а «здесь», внутри, в душе. Нынешние неопределенность и замешательство по отношению к Богу хуже всего, что было со времен гностицизма, пытавшегося во втором веке подменить собою христианство.

Часто говорят, что богословие сейчас сильнее, чем когда-либо. И если говорить об академических изысканиях, о количестве и качестве пу6ликующихся книг, это, наверное, правда. Но богословие уже давно не было таким неуклюжим и слабым в выполнении своей основной задачи - следить за тем, чтобы церковь придерживалась Евангелия. Девяносто лет назад Ч. Сперджен, описывая замеченные им среди баптистов шатания в понимании Писания, искупления и человеческого предназначения, сказал, что они «катятся под уклон». Если бы ему пришлось описывать современное протестантское мышление о Боге, он, наверное, сказал бы, что мы «пикируем носом вниз»!

«Остановитесь на путях ваших и рассмотрите, и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите по нему, и найдете покой душам вашим» (Иер.6:16). Вот к чему приглашает вас эта книга. Это не критический анализ новых путей (разве только косвенно), а прямой призыв к путям древним, потому что «путь добрый» всегда остается таким, каким был изначально. Я не прошу читателей думать, что мне очень хорошо известно то, о чем я говорю. «Люди вроде меня, - писал Кл.С.Льюис, - у которых воображение намного превосходит послушание, подвергаются справедливому наказанию; мы легко принимаем желаемое за действительное. И описывая воображаемое, можем заставить других (да и самих себя) поверить, что мы испытали на опыте то, о чем говорим»[1] - И таким образом, одурачить и их, и себя.

Всем читателям и авторам христианских книг было бы полезно обдумать слова Льюиса. Но, «имея тот же дух веры, как написано: «я веровал и потому говорил», и мы веруем, потому и говорим» (2Кор.4:13). И если эта книга поможет хоть кому-нибудь так же, как размышления при работе над ней помогли мне самому, то все мои усилия будут более чем оправданы.

Тринити колледж, Бристоль Дж.И.П.

Июль 1972 года