Дополнительные поддерживающие доказательства

Дополнительные поддерживающие доказательства

В своём исследовании Браун делает много выводов, которые согласуются с моим тезисом. В самом деле, в брауновском описании любимого ученика всё сочетается с тем, что известно о Марии Магдалине, — то есть исключая её пол.

Браун отмечает, что «Иоанново отношение к женщинам совершенно отличалось от тех, что засвидетельствованы в других христианских церквях первого века». Он добавляет: «Уникальное место, отведённое женщинам (как провозвестницам) в Четвёртом Евангелие, отражает историю, теологию и ценности Иоанновой общины» (Brown 1979: 183). При всём моём уважении, всё же, позвольте мне предложить дополнительное объяснение. Уникальная роль, отведённая женщинам в Четвёртом Евангелии, возможно, является результатом того, что настоящим автором его была женщина.

Бран предполагает, что описание Иоанна становится более понятным, если допустить, что любимый ученик был учеником Иоанна Предтечи и, если этот ученик стал последователем Иисуса, когда тот был связан с Предтечей (1979: 32–34). Это, конечно же, правдоподобный сценарий, который не противоречит моему тезису.

Браун также отмечает, что Четвёртое Евангелие содержит много точных ссылок на места и обычаи Святой Земли. Эти упоминания наводят на мысль об авторстве очевидца, который жил в Святой Земле до разрушения Храма в 70 г. н. э. Все эти наблюдения согласуются с парадигмой, в состав которой Мария Магдалина входит как автор Четвёртого Евангелия.

Другим фактором, склоняющим в поддержку моего тезиса, является «превосходство» любимого ученика в Четвёртом Евангелии над Петром (Brown 1979: 31). Непосредственные отношения между Петром и любимым учеником очень похожи на отношения между Петром и Марией Магдалиной описание которых найдено в собрании Наг-Хаммади. Это наводит на мысль о том, что редактор Четвёртого Евангелия превратил Марию Магдалину в безымянного ученика мужского пола, но сохранил лейтмотив спора между этим учеником и Петром.

Браун обратил внимание на то, что довольно часто в Четвёртом Евангелии любимый ученик недвусмысленно противопоставляется Петру. Некоторыми из примеров, на которые он обращает внимание (Brown 1979: 82–83), являются:

— в 13:23–26 любимый ученик возлежит у груди Иисуса, тогда как Пётр вынужден просить этого ученика задать его вопрос Иисусу;

— в 18:15–16 любимый ученик был вхож во дворец первосвященника, тогда как Пётр — нет;

— в 20:1-10 любимый ученик сразу же уверовал в Воскресение, тогда как Пётр и другие ученики этого не осознают;

— в 21:7 любимый ученик — единственный, кто узнаёт Воскресшего Христа, когда Тот говорил с берега, обращаясь к находившимся в рыбачьей лодке ученикам;

— в 21:20–23 Пётр ревниво спрашивает о судьбе любимого ученика.

Произведения из Библиотеки Наг-Хаммади содержат это же «превосходство» между Петром и Марией Магдалиной:

— Евангелие от Марии изображает Петра ревнующим к тем откровениям, которые Магдалина получила от Воскресшего Христа (NHC BG 8502.1.17.7ff) (Robinson 1988: 526–527);

— в Евангелии от Фомы имеется следующее высказывание Петра о Марии Магдалине: «Пусть Мария уйдет от нас, ибо женщины недостойны жизни» (NHC II.3.63.32ff) (Robinson 1977: 138);

— в Евангелии от Филиппа отношения между Иисусом и Марией Магдалиной контрастируют с Его отношениями к остальным ученикам (NHC II.3.63.32ff) (Robinson 1977: 138; 1988: 148);

— подобные примеры смещения Петра на задний план Марией Магдалиной встречаются в Евангелии от Египтян и Pistis Sophia (гностических сочинениях, найденных до открытия Библиотеки Наг-Хаммади).