Кто мы?

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Кто мы?

Каковы критерии различения «наш – не наш»? Можно ли, например, различать народы по культуре? Наверное, можно. Но посмотри на конкурс песни «Евровидение». Ты кого-нибудь отличил бы, если б тебе не объявляли исполнителей? Однообразная американо-европейская скука. Все на одно лицо. И наши «косят» под европейцев. Несмотря на культурный «стандарт», европейцы всё-таки отличают своих от соседей: немец с французом принадлежат к разным народам и предпочитают свои обычаи. Потому что песни пресловутого шоу-бизнеса отнести к культуре можно только условно, как, впрочем, и большую часть продукции ТВ. Когда телеэкран заполняется сплошь полицейскими, культура в своём развитии достигает предела своего беспредела. В отличие от европейцев не потеряли самобытность индусы, китайцы, японцы и многие другие. Музыку южноамериканских индейцев ты всегда отличишь. Самобытная культура любого народа тебя будоражит какой-то мистической таинственной подлинностью. Гробить национальные культуры идеей пресловутого стандарта и глобализации может придти в голову только культурному плебею – гарвардскому технологу, обслуживающему интересы нескольких правящих миром «семей». Для тех, кроме денег, нет в этом мире ничего святого.

* * *

Эмигранты искренне уверены в том, что их родина (и народ) не там, где они родились, а там, где им комфортно живётся. При этом телом они присутствуют где-то в зарубежье, а душой сутками напролёт сидят в русскоязычном Интернете, публично отрицая свою ностальгию. Но раздвоение слишком очевидно без слов. А ведь всё просто: если ты душой здесь, следовательно, там вокруг тебя всё чужое, не твоё. И ты там пришлый чужак, как бы тебе не улыбались. Всего лишь нужно честно поговорить с собой и ответить себе на главные вопросы.

Похоже, что израильтяне друг друга боятся. Потому что на форумах пишут одно, а в личных письмах противоположное. Знакомые пожилые люди пишут откровенные письма с тоской по родине, о том, как им всё набрыдло и снится дом. Как-то не прижились, не вписался менталитет. И называют их там русскими, потому что они были и остались русскими. Они думают по-русски. Сейчас они это поняли острее и пронзительнее, чем многие из нас. Кто смог, разбежались по другим странам. Когда кто-либо из них на форуме пишет, что купил билет и возвращается домой, начинается эмоциональный гвалт, психологическую палитру которого трудно передать. Русские евреи давно поняли, что были обмануты сионистской пропагандой и использованы в качестве пушечного мяса геополитики. Да вот только этой душевной трагедии никак не понять нашим неуёмным узколобым антисемитам. В каждом еврее они видят паразита, жидомасона и автора Протоколов сионских мудрецов.

А кто такие евреи? В основной массе – это добрые, наивные, открытые, простодушные, приветливые люди, предпочитающие тихую жизнь. Умеют быть верными друзьями на всю жизнь. Слухи об их особой одарённости и каверзной хитрости слишком преувеличены. В политике они так же не разбираются, как и ты. Обострённая национальная ранимость в генах. Отругай еврея за плохую работу, он тут же закричит об антисемитизме. Отмороженных ксенофобов среди них меньше, чем у русских или украинцев. Если бы им когда-то не заморочили голову Торой и богоизбранностью, историческая судьба их была бы иной. Ведь это же элементарно просто: называя других (из)гоями, сам в гонимые и угодишь. Согласись, тебе – славянину – ведь тоже крепко запудрили мозги той же Торой. Вот обыватели и скалятся друг на друга. Все хотят быть богоизбранными богоносцами и никто не хочет быть (из)гоем. При этом бьют поклоны одному и тому же Яхве, который по-шумерски Явилу, по-русски Ярило или, проще, «явление» или «я Род». Бог один, попы разные. И в этом вся проблема. Когда-нибудь наступит парадоксальное прозрение: самый подлый враг семита – сионизм. И евреи сами разберутся со своим мировоззрением и своими пастухами. Ты им не мешай и не лезь в их дела со своим антисемитизмом. Ты себя-то не понял, а лезешь судить других. Умно ли это? Лучше научись грамотно говорить и писать по-русски, как это умеют евреи лучше тебя. Воинственно русофильствующих моих соплеменников, не владеющих родным языком, стыдно читать. Молчащий умнее выглядит. Только внутренне пустой барабан громко звучит.

И запомни, ненавистные тобой евреи-масоны, евреи-олигархи или продавшиеся евреи-пропагандисты, оккупировавшие СМИ, это далеко ещё не весь еврейский народ. Среди наших «своих» такого же подлого экскрементизма полным полно. Ты лучше посмотри на других русских евреев: учёных, режиссёров, композиторов, поэтов, художников, обогативших русскую культуру и спокойно поболтай с соседом за кружкой пива. «Живи сам и дай жить другим» – старая еврейская черновицкая пословица. И всё в тебе устаканится.

Я – русский. Русский по роду, вере и языку. И принадлежу к тем 20 миллионам русских, которые живут вне России. Живу там, где родился – в Прикарпатье. Здесь мой дом и моя родина, моя Русь. Меня насильно не заставить «думать по-украински». Тех же, кто не отказался от этой бредовой затеи, мой Род тихо «мочит в сортире»: ты не заметил, как оранжевые политики сильно подурнели, и всё у них «не так», всё криво? Поднявший руку на язык богов повреждается умом. И никакой мистики, всё объяснимо. Искусственное пропагандистское понятие «историческая родина» я не признаю. Русским я останусь везде и всегда. Те русины (русичи, русские), которым сегодня вбили в голову, что они какие-то другие особенные украинцы, со временем очнутся. Я отношусь к этому спокойно. Я хорошо понимаю евреев, которые остались в Руси, и тех, кто вернулись из эмиграции. Они-то уж точно «наши» и другой Родины для них на глобусе нет. Они думают по-русски. Поэтому им обидно выслушивать тявканье антисемитствующего быдла, отталкивающего их прочь. По какому, собственно, праву неумытая интеллектуальная чернь говорит от имени всего народа? Мне тут тоже «советовали» уматывать на «историческую» Родину. На что я спокойно отвечал: «Я тут родился и здесь моя родина. Это ты припёрся ко мне в дом из своего Тернополя, туда и мотай». Такой аргумент действует. Мне, русскому, легче, чем еврею. Потому что русские, в отличие от евреев, чувствуют себя уверенно и особо не нервничают по поводу русофобства. Нас не унизить. Нам наплевать. В нас достаточно внутреннего достоинства. Оно в генах, в полевом геноме. А когда в народе проснётся историческая память, нас вообще не одолеть. Этого очень боятся мировые «гипнотизёры».

Страсти 90-х улеглись и национальноозабоченные как-то поутихли. Жизнь их потрепала, и они скоропостижно поумнели. Упёртые политики с трибун продолжают сетовать и упрекать украинский народ в комплексе второсортности. Народу же это «по барабану», ибо те, кто поняли, что они такие же русские, мгновенно стряхнули с себя всякие комплексы. И все дела. Проблема в другом: люди между собой говорят о мечте сбросить с себя ненавистную им власть придурков. Всемирное позорище самостийщины народу надоело. Я это знаю, потому что живу среди людей, а не изучаю свой народ по статистическим бумажкам, изредка поглядывая сквозь него из окна бронированного «Мерседеса».

* * *

Американцы определяют себя (мы – американский народ, американская нация) по признаку гражданства. Это довольно искусственное пропагандистское умопостроение, следовательно, представляет собой мину. Такое мертворожденное понятие «новая историческая общность – советский народ» уже было. Кабинетный продукт марксистов, выдавших желаемое за действительное.

Украинский президент Ющенко, употребляя режущий слух термин «моя нация», тоже на американский манер полагает, что каждый гражданин Украины есть украинец. Видимо, его так научили, но эта мертворожденная «теория» не работает; мало того, грозит Украине расколом. Вам шах и мат. Матерным словом заканчивается власть короля, которым двигает слабый игрок. Ментальный раскол Украины давно является свершившимся фактом. Чем ближе к западу, тем нервнее самооценка. Государство пока не развалилось только потому, что народ оказался спокойнее и умнее своих политиков – исключение из набившего оскомину стереотипа «каждый народ имеет такое правительство, которого заслуживает». Умные люди смотрят на «самостийность» как на временное недоразумение, спланированное извне.

Ах, как был популярен ленинский лозунг – «Каждая кухарка должна уметь управлять государством». И вот, дорвавшись до власти, кухаркины дети инстинктивно принимают Отечество за пирог, который надо разделить и съесть.

* * *

Кто мы? Каждый человек (и народ) идентифицирует себя по-разному. Но всё сводится к трём критериям.

1. По роду.

Порода – генетический признак рода (народа). Сегодня по этому признаку никого не идентифицировать, ибо в мире нет чистых народов. Всё намешано. Может быть, где-то в джунглях Амазонки и остались чистые роды. Но и это сомнительно. ДНК-генеалогия же подбросила интересный сюрприз. Оказалось, что наша родовая арийская гаплогруппа присутствует у других народов. Мы, например, оказались родственниками потомков ариев, живущих в Индии. Там их 100 миллионов. И этой арийской крови в нас оказалось больше, чем у породистых эсэсовцев Гитлера. Предки, видимо, что-то знали (или интуитивно чувствовали) про передающуюся через мужскую хромосому гаплогруппу (метку) рода, потому что издревле почти у всех (кроме евреев) сложилась традиция определения принадлежности к народу (нации) по отцовской линии.

2. По языку.

В древности у славян понятия «язык» и «народ» означали одно и то же. Историки сходятся во мнении, что нас поэтому и называли язычниками, т.е. – чужими, говорящими не на их языке. И ещё нас называли славянами (словянами), потому что мы владели Словом.

«Ни прозвание, ни вероисповедание, ни самая кровь предков не делают человека принадлежностью той или иной народности. Дух, душа человека – вот где надо искать принадлежность его к тому или другому народу. Чем же можно определить принадлежность духа? Конечно, проявлением духа – мыслью. Кто на каком языке думает, тот к тому народу и принадлежит. Я думаю по-русски», – писал датчанин по крови Владимир Даль. И сделал для сохранения русского языка то, что не сделал ни один породистый академик. Полукровка Александр Пушкин больше русский, чем самый породистый голубоглазый патриот.

3. По вере.

Евреи, например, идентифицируют себя по признаку веры. Евреем может быть только иудей, в крайнем случае – атеист (не совсем полноценный еврей). Но никак не представитель другого вероисповедания. Поэтому в Израиле полно евреев разных рас и есть своя иерархия с привилегиями. Арабы тоже придерживаются такого же принципа. «ХАМАС — для арабов это не религиозное явление, ХАМАС — это и религиозное, и национальное движение, ибо для нас, арабов, нет различия между исламом и национальной принадлежностью. Палестинцы и мы, сирийцы, не разделяем веру и нацию, для нас это единое понятие» (из интервью советника посольства Сирии доктора Аниса Аль-Макни).

Казалось бы, идентифицировать принадлежность к тому или иному народу по идеологическому принципу (по вере) – совершенно недемократическая затея. Ведь каждый человек волен думать по-своему, каждый имеет право на философские убеждения. И ни один народ не вправе навязывать отдельному человеку религиозные воззрения (в противном случае – вон в изгои или в гои). Национальная идентификация по религии не везде уместна. Я не думаю, что татары, казахи и другие мусульмане на просторах СНГ считают себя арабами. Тем не менее, у семитов (евреев и арабов) принято именно так. Мало того, многие народы ухитряются вести между собой и внутри себя религиозные войны. Индусы и пакистанцы жили в одной стране, теперь же (английской хитростью) разделены на два враждебных государства по религиозному признаку. Ведь больше им делить нечего.

Сербов-мусульман, принявших ислам в период османского ига, называют не сербами, а боснийцами. В их речи много заимствований из арабского, тюркских и персидского языков. Сербы и хорваты говорят на одном языке (сербо-хорватском), но пишут разными буквами и принадлежат разным конфессиям: православные сербы пишут кириллицей, католики хорваты – латиницей. Один в сущности народ (язык) разделён надвое соперничеством христианских церквей. Отсутствие единой веры оказалось удобной почвой для разделения единого югославянского народа, несмотря на то, что балканские славяне жили не бедно. Следовательно, уповать на экономику в качестве скрепы народа не имеет особого смысла. В истории полно примеров, когда рушились роскошные империи и сплачивались нищие народы.

В наше время религиозных фанатиков немного. Несмотря на это, критерий идентификации «свой-чужой» по признаку веры жив. Почему так? Откуда же он возник?