НИКОЛА, юродивый (Салос) Псковский

НИКОЛА, юродивый (Салос) Псковский

Житие сего блаженного в подробности неизвестно; на гробнице его в Троицком Псковском кафедральном соборе написано: "преставился святый, праведный Николай, Псковский чудотворец в лето 7084 (1576) февраля 28 числа". — Когда царь Иоанн Грозный готовил Псковитянам участь Новгорода, думая, что они хотели изменить России: Псков обязан был своим спасением начальствовавшему там доброму князю Юрию Токмакову и благочестивому отшельнику Николе, по прозванию Салосу. Они спасли город от гнева царского, один — счастливым советом, другой — счастливою смелостию. — 1570 года, в субботу второй недели великого поста, царь ночевал в монастыре на Любатове близ Пскова, где в ожидании приближающейся грозы, никто не смыкал глаз. В полночь услышал Иоанн благовест и звон церквей Псковских; он вообразил живо, с какими чувствами идут граждане к заутрени, в последний раз молить Всевышнего о спасении их от гнева царского. Сердце его смягчилось; он сказал Воеводам своим: иступите мечи свои о камень, да престанут убийства! — На другой день, вступив в город, Иоанн с изумлением увидел на всех улицах пред домами столы с яствами (так было сделано по совету князя Юрия Токмакова); граждане, жены их, дети преклоняли колена, встречая царя с хлебом и солью. Предание говорит, что в это время Никола, под защитою своего юродства сев, по примеру детей, на палочку, подъехал к Иоанну, говоря беспрестанно: "Иванушко! Иванушко! покушай хлеба-соли, а не христианския крови?" Государь приказал его схватить, но блаженный стал невидим. Сим пораженный Иоанн забыл гнев, слушал молебен в храме Троицы, поклонился гробу св. Всеволода-Гавриила, и зашел потом в келью к старцу Салосу Николе, который не убоялся обличать властителя в кровопийстве и святотатстве. Пишут, что он предложил Иоанну в дар кусок сырого мяса, и когда Царь сказал: "Я христианин, и не ем мяса в великий пост", — пустынник ответствовал: — "ты делаешь хуже: питаешься плотию и кровию человеческою, забывая не только пост, но и Бога!" грозил ему, предсказывал несчастия, и так устрашил Иоанна, что царь немедленно выехал из города; жил несколько времени в предместии, дозволил воинам грабить имение богатых людей, но не велел трогать иноков и священников, взял только казны монастырские и некоторые иконы, сосуды и книги. В архивской Псковской летописи сказано, что Иоанн, не внимая глаголам Николы, повелел у св. Троицы снять колокол, и что того же часу паде конь его лучший по пророчеству святого. Иоанн вскоре после того возвратился в Москву. На гробнице Николы Салоса написан ему тропарь и кондак. Память его местно чтится, во Пскове, 28 февраля 239) Ист. Княж. Псков. III, 79-81. Повесть о начале Псков. монаст. стр. 106. М. 1807 г. Ист. Кар. IX, прим. 297 и 298.).