76 Знать, что вы не знаете, — это истинное знание

76

Знать, что вы не знаете, — это истинное знание

Махарадж: Есть тело. В теле есть наблюдатель, а вне его — наблюдаемый им мир. Наблюдатель и его наблюдение, как и наблюдаемый мир, появляются и исчезают вместе. Вне всего этого находится пустота. Эта пустота едина для всех.

Вопрос: Ваши слова кажутся простыми, но мало кто мог бы сказать то же самое. Вы и только вы говорите о трёх и о пустоте за их пределами. Я вижу только мир, включающий в себя всё.

М: Даже «я есть»?

В: Даже «я есть». «Я есть» существует, потому что существует мир.

М: А мир существует, потому что существует «я есть».

В: Да, это верно в обоих направлениях. Я не могу их разделить и не могу выйти за их пределы, я не могу утверждать, что что-то есть, пока не испытаю это сам, и не могу утверждать, что чего-то нет, потому что не испытываю этого. Что вы такое испытываете, что позволяет вам говорить с такой убеждённостью?

М: Я знаю себя таким, какой я есть, — вне времени, вне пространства, без причины. Так случилось, что вы этого не знаете, потому что поглощены другими вещами.

В: Почему я так поглощён ими?

М: Потому что вас это интересует.

В: Почему меня это интересует?

М: Из-за страха боли и желания удовольствия. Наслаждение — это конец боли, а боль — конец наслаждения. Они сменяют друг друга в бесконечной череде. Исследуйте этот порочный круг, пока не найдёте себя за его пределами.

В: Разве я не нуждаюсь в вашей милости, чтобы выйти за пределы?

М: Милость вашей внутренней Реальности всегда с вами. Сама ваша просьба о милости — её признак. Не беспокойтесь о моей милости, делайте, что я вам говорю. Действие — доказательство искренней устремлённости, а не ожидание милости.

В: По отношению к чему я должен быть искренне устремлённым?

М: Настойчиво исследуйте всё, что попадает в поле вашего восприятия. С практикой это поле расширится и исследование углубится, пока не станет спонтанным, а поле — безграничным.

В: Разве вы таким образом не делаете реализацию результатом практики? Практика происходит в пределах физического существования. Как она может дать рождение безграничному?

М: Конечно, между практикой и мудростью не может быть причинной связи. Но практика может глубоко повлиять на препятствия к мудрости.

В: Какие препятствия?

М: Неправильные представления, вызывающие слабость и распад тела и ума. Обнаружение и отбрасывание ложного избавляет от того, что мешает реальному войти в ум.

В: Я могу различить два состояния ума: «я есть» и «мир есть». Они появляются и исчезают вместе. Люди говорят: «Я есть, потому что мир есть». Вы, по-видимому, говорите: «Мир есть, потому что «я есть»». Какое из них истинно?

М: Ни то, ни другое. Они являются одним и тем же состоянием во времени и пространстве. За их пределами находится безвременное.

В: Какова связь между временем и безвременным?

М: Безвременное знает время, время не знает безвременного. Всё сознание существует во времени, и для него безвременное кажется бессознательным. Однако оно является тем, что делает сознание возможным. Свет светит в темноте. В свете темнота невидима. Или можно сказать по-другому: в бесконечном океане света появляется облако сознания — тёмное и ограниченное, воспринимаемое лишь по контрасту. Это просто попытки выразить словами нечто очень простое, однако совершенно невыразимое.

В: Слова должны служить мостом.

М: Слова относятся к состоянию ума, а не к реальности. Река, два берега, мост между ними — они все находятся в уме. Одни слова не могут помочь вам выйти за пределы. Должна быть ещё неутолимая жажда истины или абсолютная вера в Гуру. Поверьте мне, нет ни цели, ни пути, ведущего к ней. Вы сами и путь, и цель. Вам нечего достигать, кроме вас самих. Всё, что вам нужно, — это понимание, а понимание — это расцвет ума. Дерево постоянно, но цветы и плоды появляются только в сезон. Времена года сменяют друг друга, но дерево не меняется. Вы и есть дерево. Вы отрастили множество ветвей и листьев в прошлом и можете вырастить их также и в будущем, но вы всё равно останетесь собой. Не тем, что было, не тем, что будет, заметьте, а тем, что есть. Ваше желание создаёт вселенную. Познайте мир как своё собственное творение и будьте свободны.

В: Вы говорили, что мир — это дитя любви. Зная обо всех ужасах, наполняющих мир, о войнах, концентрационных лагерях, бесчеловечной эксплуатации, как я могу считать его своим собственным творением? Каким бы ограниченным я ни был, я не мог создать такой жестокий мир.

М: Выясните, кому является этот жестокий мир, и вы поймёте, почему он кажется таким жестоким. Ваши вопросы вполне оправданны, но на них нельзя ответить, пока вы не узнаете, чей это мир. Чтобы выяснить значение вещи, вы должны задать вопрос её создателю. Я говорю вам: «Вы сами создали мир, в котором живёте, и только вы можете изменить его или разрушить».

В: Как вы можете говорить, что я создал мир? Я едва знаю его.

М: В мире нет ничего, чего бы вы не могли знать, если вы знаете себя. Думая, что вы тело, вы считаете мир собранием материальных вещей. Если вы знаете себя как центр сознания, мир кажется вам океаном ума. Если вы знаете себя таким, какой вы есть в действительности, вы знаете мир как себя.

В: Всё это звучит очень красиво, но не отвечает на мой вопрос. Почему в мире столько страдания?

М: Если вы будете стоять в стороне как простой наблюдатель, вы не будете страдать. Вы будете видеть мир как спектакль, весьма интересный спектакль.

В: О нет! Не надо мне этой теории лилы. Страдание слишком остро и всепроникающе. Какое извращение — наблюдать с интересом за спектаклем страдания! Какого жестокого Бога вы мне предлагаете!

М: Причина страдания в отождествлении воспринимающего с воспринимаемым. Из этого рождаются желания, с желаниями — слепые действия, не видящие последствий. Оглянитесь вокруг и увидите — страдания созданы самими людьми.

В: Если бы человек создал только свою собственную печаль, я бы согласился с вами. Но в своём безумии он заставляет страдать других. Спящий видит свой собственный кошмар, в котором страдает он один. Но что это за сон, который опустошает жизни других?

М: Описаний много и они противоречивы. Реальность проста — всё есть одно, гармония представляет собой вечный закон, ничто не приводит к страданию. Только когда вы пытаетесь описывать и объяснять, слова подводят вас.

В: Я помню, как Гангаджи однажды сказала мне, что Я не связано законом ненасилия (ахимса). Я свободно заставлять страдать свои проявления, чтобы помочь им.

М: На уровне двойственности это может быть так, но в реальности есть только источник, сам тёмный, но заставляющий сиять всё. Сам невоспринимаемый, он является причиной восприятия. Его нельзя почувствовать, но благодаря ему возможны чувства. О нём нельзя думать, но благодаря ему возможны мысли. Представляющий собой небытие, он даёт рождение бытию. Это неподвижная основа движения. Попав в него, вы везде дома.

В: Если я есть то, что тогда заставляет меня рождаться?

М: Память о прошлых неисполненных желаниях захватывает энергию в ловушку, что проявляется как личность. Когда её запас истощается, личность умирает. Неисполненные желания переносятся в следующее рождение. Самоотождествление с телом создаёт всё новые и новые желания, которым нет конца, пока этот механизм не увидится со всей ясностью. Ясность освобождает, потому что вы не можете избавиться от желаний, если их причины и следствия не будут для вас очевидными. Я не говорю, что рождается одна и та же личность. Она умирает, и умирает навсегда. Но её воспоминания остаются, как и желания и страхи. Они составляют энергию для новой личности. Реальность не участвует в этом, но делает это возможным, даруя ей свет.

В: Разрешите мою трудность. Насколько я понимаю, любое переживание является своей собственной реальностью. Оно здесь, пережитое. В тот момент, когда я ставлю его под сомнение и спрашиваю, кто его испытывает, кто наблюдатель и так далее, переживание исчезает, и я могу только исследовать воспоминание о нём. Я просто не могу исследовать текущий момент — сейчас. Я осознаю прошлое, но не настоящее. Когда я осознаю, я не живу по-настоящему в сейчас, а только в прошлом. Можно ли по-настоящему осознавать настоящее?

М: То, что вы описываете, это совсем не осознание, а только думание о пережитом. Настоящее осознание (самдив) — это состояние чистого свидетельствования без малейшей попытки сделать что-либо с наблюдаемым событием. Ваши мысли и чувства, слова и действия могут также быть частью события, вы наблюдаете всё это, не заботясь ни о чём, в безграничном свете ясности и понимания. Вы точно понимаете всё, что происходит, потому что это не затрагивает вас. Это может показаться состоянием холодной отчуждённости, но на самом деле это не так. Находясь в нём, вы обнаруживаете, что любите всё, что видите, какова бы ни была природа этого. Эта неизбирательная любовь — истинный критерий осознания. Если её нет, значит вы просто заинтересованы — по каким-то личным соображениям.

В: Пока есть боль и удовольствия, не остаётся ничего другого, как быть заинтересованным.

М: А пока вы сознательны, будут и боль, и удовольствия. Вы не можете бороться с болью и удовольствием на уровне сознания. Чтобы выйти за их пределы, вам надо выйти за пределы сознания, что возможно только когда вы видите сознание как нечто, происходящее с вами, но не в вас, как нечто внешнее, чуждое, навязанное извне. Затем, неожиданно, вы вдруг освобождаетесь от сознания и остаетесь один, ничто больше не мешает вам. Это ваше истинное состояние. Сознание — это зудящая сыпь, заставляющая вас чесаться. Конечно, вы не можете выйти из сознания, поскольку сама идея выхода из сознания находится в сознании. Но если вы научитесь смотреть на своё сознание как на разновидность лихорадки, личную и частную, в которую вы заключены как цыпленок в скорлупу, то из самого этого отношения придёт кризис, который разрушит скорлупу.

В: Будда говорил, что жизнь есть страдание.

М: Он, должно быть, имел в виду, что всё сознание приносит боль, что и так очевидно.

В: А смерть предлагает облегчение?

М: Тот, кто считает себя рождённым, очень сильно боится смерти. И наоборот, для того, кто знает себя, смерть — счастливое событие.

В: Индуистская традиция утверждает, что страдание — следствие судьбы, а судьба заслужена. Взгляните на ужасные бедствия, природные или вызванные людьми, наводнения и землетрясения, войны и революции. Смеем ли мы думать, что каждый страдает за свои собственные грехи, о которых он не имеет ни малейшего понятия? Разве все миллиарды страдающих — это преступники, несущие справедливое наказание?

М: Неужели страдать можно только за свои собственные грехи? Разве мы действительно разделены? В этом безбрежном океане жизни мы страдаем за грехи других и заставляем других страдать за наши собственные грехи. Конечно, закон равновесия правит всем, и в конце все получат то, что им причитается. Но пока жизнь продолжается, мы воздействуем друг на друга очень глубоко.

В: Да, как сказал поэт: «Человек — не остров».

М: На заднем плане любого переживания находится Я и его интерес в данном переживании. Называйте это желанием, называйте это любовью — слова не имеют значения.

В: Как я могу желать страдания? Как я могу намеренно просить боли? Разве я не похож на человека, который постелил себе пуховую постель в надежде на хороший сон, но вместо этого увидел кошмар и теперь мечется и кричит во сне? Очевидно, не любовь вызывает кошмары.

М: Все страдания вызываются эгоистичным обособлением, ограниченностью и жадностью. Когда причина страдания найдена и удалена, страдание прекращается.

В: Я могу убрать причины своей печали, но другие будут продолжать страдать.

М: Чтобы понять страдание, вы должны выйти за пределы боли и удовольствия. Ваши собственные желания и страхи мешают вашему пониманию и, соответственно, помощи другим. В действительности никаких других нет, и, помогая себе, вы помогаете всем. Если вы серьёзно относитесь к страданиям человечества, вы должны усовершенствовать единственное средство помощи, которое у вас есть, — себя самого.

В: Вы всё время говорите, что я творец, хранитель и разрушитель мира, вездесущий, всеведущий, всемогущий. Когда я размышляю над вашими словами, я спрашиваю себя: «Как случилось, что в моём мире так много зла?»

М: Нет никакого зла, нет никакого страдания, радость жизни первостепенна. Посмотрите, как все держатся за жизнь, как всем дорого существование.

В: На экране моего ума образы сменяют друг друга бесконечной чередой. Во мне нет ничего постоянного.

М: Посмотрите на себя повнимательнее. Экран остаётся — он никогда не меняется. Свет светит неизменно. Только плёнка с кадрами движется, вызывая к жизни картины. Вы можете называть эту плёнку судьбой (прарабдха).

В: Что создаёт судьбу?

М: Незнание — причина неизбежности.

В: Незнание чего?

М: В первую очередь незнание себя. А также незнание истинной природы вещей, их причин и следствий. Вы смотрите вокруг не понимая и принимаете видимость за реальность. Вы верите, что знаете себя и мир, но только ваше незнание заставляет вас говорить: «Я знаю». Начните с признания, что вы не знаете, и двигайтесь от этой точки.

Ничто не может помочь миру больше, чем окончание вашего незнания. После этого вам не нужно делать ничего конкретного, чтобы помогать миру. Само ваше бытие будет помощью, независимо от того, делаете вы что-нибудь или не делаете.

В: Как можно знать незнание? Чтобы знать незнание, нужно знание.

М: Правильно. Само признание «я не знаю» является расцветом знания. Незнающий человек не знает о своём незнании. Вы можете сказать, что незнание не существует, поскольку исчезает в тот момент, когда его видят. Поэтому вы можете называть это бессознательностью или слепотой. Всё, что вы видите вокруг и внутри вас, — это то, что вы не знаете и не понимаете, даже не подозревая о том, что вы не знаете и не понимаете. Знать, что вы не знаете и не понимаете, — это истинное знание, знание смиренного сердца.

В: Да, Иисус говорил: «Блаженны нищие духом...»

М: Выражайте это как хотите, факт таков, что может быть только знание незнания. Вы знаете, что вы не знаете.

В: Незнание когда-нибудь закончится?

М: А что плохого в незнании? Вы не обязаны знать всё. Достаточно знать то, что вам необходимо знать. Остальное само присмотрит за собой без вашего знания о том, как это происходит. Важно, чтобы ваше бессознательное не мешало вашему сознательному, чтобы на всех уровнях было единство. Знать не так уж важно.

В: То, что вы говорите, психологически правильно. Но когда надо знать других, знать мир, моё знание того, что я не знаю, не очень-то мне поможет.

М: Если вы внутренне целостны, внешнее знание приходит к вам спонтанно. В каждый миг вашей жизни вы знаете то, что вам нужно знать. В океане универсального ума содержится всё знание, оно ваше, стоит только попросить. Большая его часть может вам никогда не понадобиться — но всё равно оно всё ваше.

С энергией дело обстоит так же, как и со знанием.

Всё, что, по-вашему, должно быть сделано, обязательно происходит. Несомненно, Бог присматривает за управлением вселенной, но он всегда рад получить помощь. Если помощник неэгоистичен и мудр, все силы вселенной послушны его команде.

В: Даже слепые силы природы?

М: Слепых сил не существует. Сознание — это сила. Осознавайте то, что должно быть сделано, и оно будет сделано. Только будьте бдительны — и спокойны. Когда вы достигнете своей цели и познаете свою истинную природу, ваше существование станет благословением для всех. Вы можете этого не знать, этого может не узнать и мир, но помощь лучится повсюду. В мире есть люди, которые делают больше добра, чем все государственные деятели и филантропы вместе взятые. Они излучают свет и покой без малейшего намерения или знания. Когда другие говорят им о производимых ими чудесах, они бывают крайне удивлены. Тем не менее, не принимая ничто за своё собственное, они не гордятся и не стремятся сделать себе репутацию. Они просто не способны желать чего-либо для самих себя, даже радости от помощи другим. Зная, что Бог хороший, они пребывают в покое.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.