Третье обретение главы Иоанна Предтечи

Третье обретение главы Иоанна Предтечи

Христос воскресе!

Господь говорит: "Овцы Мои слушаются голоса Моего, и Я знаю их; и они идут за Мною. И Я даю им жизнь вечную, и не погибнут вовек; и никто не похитит их из руки Моей". Спаситель не удивлялся тому, что иудеи хотели побить Его камнями; обращаясь к ним, Он сказал: "Много добрых дел показал Я вам (как Он Иоанну через учеников ответил: "Слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются... мертвые воскресают", или накормил пятью хлебами пять тысяч человек), за которое из них хотите побить Меня камнями?" То есть Господь взывал к их разуму, но иудеи Его аргументы отметали.

Так в мире всегда происходит. Спросишь иного русского человека, который Церковь ненавидит: откуда у тебя такая ненависть? Кто тебе письменность дал? Церковь. Кто твою архитектуру создал? Церковь. А музыку, а живопись? А кто из диких племен возрастил восточную христианскую цивилизацию? Тоже Церковь. Все более или менее прекрасное, созданное на нашей земле,– это плоды деятельности Церкви. Но человек на это отвечает: нет, вот Джордано Бруно... Хотя этот Джордано Бруно ни к нашей Церкви, ни к какой вообще отношения не имеет, потому что был еретиком и по закону того государства, где он жил, должен был быть сожжен на костре – как любой человек, выступивший против власти, в любом государстве получит то же самое: где электрический стул, где расстрел, где еще что-то.

Человек почти никогда не подчиняется голосу разума, а подчиняется голосу своего сердца. Есть в русском народе очень хорошая поговорка, которая отражает самую суть дела: "Любовь зла, полюбишь и козла". Дурак? Дурак. Урод? Урод. Пьяница? Пьяница. Но люблю, не могу без него жить. Спрашивается: "Неужели получше-то нет?" – "Есть, но вот этого люблю, у меня сердце к нему лежит, ничего не могу с собой сделать". Сердце довлеет; ум говорит, что этот человек никуда не годится, а сердце все равно влечет.

Если сравнивать по законам логики, по уму разные системные построения, то, конечно, рядом с христианской философией ни одна философия мира не устоит. Именно поэтому в открытый спор с Церковью никто не вступает – знает, что будет разбит беспощадно; от буддиста, мусульманина, сектанта, любого материалиста или агностика пух и перья полетят, потому что Церкви принадлежит самое совершенное и включающее в себя (как частный случай) все философии мира учение. Однако христианство – это не просто учение, и оно никого логикой не побеждает, в этом нет никакой нужды, потому что Богу не нужен только ум человека. Господь говорит: "Даждь Ми, сыне, твое сердце". Многие, когда их спрашиваешь, веруют ли они в Бога, говорят: ну, признаю. Но Богу это не нужно, потому что не признавать Бога может только безумец, как в Псалтири сказано: "Рече безумен в сердце своем: несть Бог", то есть нет Бога. Так может сказать только человек, полностью лишенный ума, у которого нарушен аппарат восприятия полноты действительности.

Каждый человек в здравом уме не может не видеть целесообразности в мире, не может не прийти к мысли о Творце, но этого недостаточно. Богу, как Личности, нужна только любовь человека. По этому принципу Он и призывает людей в жизнь вечную: возлюбит ли человек Бога или нет? Овцы Христовы Отцом Небесным выбираются по тому, к чему их сердце склоняется. Господь пришел спасти Свой народ, Он творит для иудеев множество добрых дел, а они хотят побить Его камнями и ненавиствуют на Него. Он взывает к их совести, к их разуму, спрашивает: за что? Они отвечают: Ты богохульствуешь; будучи человеком, говоришь, что Ты Бог. Господь объясняет им: в Писании же сказано: "Вы боги", то есть каждый человек по благодати является богом, потому что создан по образу и подобию Божию, значит, Мои слова не противоречат Священному Писанию, которое вы чтите. Вы говорите, что знаете Отца Небесного, а Я творю дела Отца Моего, Я передаю вам слова, которые слышу от Него, вы же их отвергаете – значит, вы не знаете Отца, иначе приняли бы то, что Я говорю.

Отец Небесный – Творец вселенной и Создатель всех нас – обращается ко всему человечеству через Сына Божия. Бог послал в мир Своего Единородного Сына, Который взывает к каждому человеку, и каждый по-своему на Его слова реагирует: один их принимает, другой отвергает, а третий вроде бы сразу принимает с радостью, а потом дела, заботы – и охладевает: ну, конечно, это правда, да вот все некогда... И только тот, кто эти слова принял сердцем, именно как руководство для своей жизни, тот спасается. Господь вводит такого человека в вечную жизнь, которая есть вечное общение с Богом. Бог подает жизнь через Сына Божия, через Церковь, потому что Церковь – это Тело Христово, Тело Сына Божия. И каждый, кто принял слова Христовы, уверовал в то, что Христос есть воистину Сын Божий, через Христа может получить спасение. Как бы человек грешен ни был, какие бы дела страшные ни сотворил, через Церковь он может очиститься, может из злого сделаться добрым, из завистливого – совершенно невозмутимым духом, из жадного – щедрым, из блудника – целомудренным, из расточителя – бережливым. И это совершается благодатию Божией.

Любой самый последний хам, если его позовут на дипломатический прием, можно быть полностью уверенным, будет себя держать в руках; он только дома, с женой, с детьми, с мамой, с папой, распустится, а там – нет. То есть любой хам способен одеть на себя маску воспитанного человека. Но как из него сделать человека, уважающего другого человека, то есть "перетворить" его хамскую природу, чтобы вдруг это хамство от него отпало? Это делает только Бог. Бог – создатель человека, и Он избавляет человека от греха. По своей принадлежности к Церкви, по действию в нем благодати Святого Духа человек может быть спасен не только от хамства, а от любого другого греха. Человек в Церкви может преобразиться, может просиять, из грешного стать святым – если захочет, если будет принимать слова Христовы, если будет идти евангельским путем и постоянно бороться с грехом в себе с помощью благодати Божией, потому что сам не может изменить собственную падшую природу.

Можно изменить свое поведение (даже наука такая возникла, этикет: как держать себя за столом, как обращаться с дамой, как вообще в обществе себя вести,– но это все внешнее). Человек может быть и злодеем, и разбойником, и прелюбодеем, и нахалом, но иметь очень хорошие манеры, так что внешне будет выглядеть благопристойно: причесочка, одежда, походочка, ножки, ручки, ноготочки – все подпилено, все подкрашено, все в порядке, все благопристойно, все как у людей: под забором пьяный не валяется, марихуану не курит, матом не ругается. А внутри что? Убийство, блуд, зависть, ссоры, осуждение, клевета, ненависть, злоба, раздражительность. Как гроб стоит цветами украшенный, материей обитый, а внутри – гнилое мясо.

Как же себя изменить? Я родился злым – как стать добрым, возможно ли это? Нет, невозможно. Человек сам не может сделать себя добрым, хоть до потолка прыгай. К примеру, подчиненный не любит своего начальника: "Он меня раздражает, у него и нос не такой, у него и голос противный, визгливый, и он постоянно ко мне придирается не по существу – я больше всех работаю, а он мне меньше всех премию выписывает..." Как его полюбить? Это выше человеческих сил, но с помощью Божией возможно. Для этого нужно стать овцой Христовой, надо послушать голос Христа Спасителя, и тогда Господь проведет человека по всей жизни таким образом, что вся греховная короста, которую он с детства, от рождения унаследовал от своих родителей, дедов, прадедов, прапрадедов начиная от Адама, может отшелушиться, и засияет эта жемчужина, которую представляет собой наша душа.

Когда любой человекозверь, пьяница, грубиян возьмет на руки грудного младенца – посмотрите на лицо этого злодея! Оно преображается, он не может не улыбнуться, потому что младенец – это чистота, непорочность, душа в нем ангельская, она сияет. В нем, конечно, есть уже зачаток греха, но грех еще не развит, он еще не заслонил эту чистую душу. Потом папа с мамой научат его и врать, и раздражаться, и обманывать, и ненавидеть, и злиться, и ругаться, и лицемерить, потому что все на его глазах происходит. А дети очень разумны, гениальны просто, дети прозорливы, они все видят, все чувствуют и в людях разбираются прекрасно. Учитель впервые входит в класс, ребеночек, первоклассник, смотрит – и через две секунды он уже знает, можно при этом учителе безобразничать или нельзя. Он этого учителя раскалывает надвое и видит его насквозь – он, маленький, семилетний,– потому что душа его еще имеет следы Адамовой чистоты и способность проникать в суть вещей. Потом с грехом это все утратится, утратится душа ангельская.

Но если человек отшелушит постепенно весь свой грех, по благодати Божией в нем снова засияет первозданная красота. Во всех святых, которых мы чтим, сияла красота и чистота небесной жизни, образ Божий. И цель нашей жизни в Церкви – воссоздание этого образа, победа над злом в себе; нам д%oлжно не только научиться хорошим манерам, а полностью изменить свою падшую природу. Вот какое чудо делает Господь, и каждый, кто захочет, каждый, кто потрудится, может этого достичь.

Взамен он получит ненависть от мира, его будет окружать зависть. Представим себе: непьющий человек в пьющей компании. Сколько ему придется выдержать, чтобы не выпить с ними! Или двенадцатилетнему мальчику, который поиграл с ребятами в футбол, а потом друзья пошли за дом курить – сколько ему стоит труда, чтобы удержаться от сигареты, когда все курят! Когда все вокруг ругаются, как трудно удержаться, как трудно идти против всеобщего зла, как трудно оставаться человеком, я уж не говорю святым! Святым быть вообще очень трудно, потому что все зло мира против тебя: ты что, умнее всех? что ты выделяешься? да, мы плохие, а ты что, святой? И это будет постоянно, но с помощью Божией можно все преодолеть. Поэтому Господь говорит: "В мире скорбны будете, но мужайтесь, Я победил мир". Потому что только так, только светом, добром, правдой, красотой можно этот мир греховный победить, преодолев в себе зло.

Раз мы пришли в храм, значит, сердце наше склоняется ко Христу, значит, у нас есть к Нему хоть малая любовь. Мы читаем Священное Писание, и что-то в нашем сердце пробуждается – значит, у нас сердце еще живо, оно откликается на слова Господни. Но в то же время мы видим, как действует в нас грех: мы любим и злобу срывать, и принимаем нечистые помыслы; мы с удовольствием кого-то осуждаем или ругаем; мы видим, как трудно нам прощать, как трудно не завидовать. В нас живет два человека: один стремится к добру, к свету, а другой нас тянет назад; внутри нас постоянно происходит выбор. И Господь ждет, когда мы возлюбим Его и возненавидим грех. И если мы склонимся к добру, если мы возненавидим зло, если мы возненавидим себя, свою греховность, то в нас произойдет чудо, мы изменимся.

Но эта работа не в уме совершается. Ни один на свете пьяница не скажет, что пить – это хорошо; ни один на свете матерщинник не скажет, что ругаться – это хорошо; ни один на свете вор не скажет, что воровать – это хорошо. Он будет говорить, что вынужден, что другие тоже воруют и прочее, но, если человек не повредился в уме, он никогда не скажет, что зло – это есть добро. Каждый грешник умом понимает, что совершает грех: грех и детей убивать, грех мужьям и женам изменять, грех и зло желать,– но все равно человек это делает, потому что сердце его, погрязшее в грехе, имеет склонность, вкус ко злу. Человеку нравится делать зло, он порочен по своей теперешней сути. И пока сердце его не отвернется от зла, не произойдет чуда преображения. А чтобы отвернуться от зла, сердце должно повернуться к Богу, как цветок к солнцу, потому что Бог есть источник добра.

Господь говорит: надо возненавидеть всю свою жизнь, надо погубить свою душу ради Меня и Евангелия. И если сердце отойдет от греха, тогда ум будет уже работать на сердце. А если человек склонен ко греху, ум будет грех оправдывать, потому что способен оправдать любое зло. Вот иудеи возненавидели Христа и поэтому очень долго искали, к чему бы придраться, но ничего не нашли и оклеветали Его. Они ведь знали, что клевещут, знали, что лжесвидетелей нашли, но все равно Его убили, потому что в сердце их была ненависть. А любой грех: ненависть, пьянство, жадность, зависть – мучает человека, и человек хочет избавиться от этого мучения. Как же можно из сердца вырвать эту боль, эту муку, это зло? Двумя путями: либо зло сорвать, либо зло победить. Вот он тебя злит, дай ему как следует – и на душе полегчает; или, наоборот, прости его – и тоже на душе полегчает. Ударить, конечно, легче, простить гораздо тяжелей. Чтобы простить, нужно благородство души, а чтобы ударить – всего лишь хамство и мстительность. Почему праведных так мало, а грешников много? Потому что грешить гораздо проще: тебе дали – ты дал, тебя обозвали – ты обозвал, у тебя украли – ты у другого еще больше украл... Гораздо трудней, если тебя обокрали, а ты взял и простил. Это же нужно подвиг совершить, а на это способен только человек, который повернут к Богу, для которого заповеди Божии – большая драгоценность, чем тряпки, деньги и прочее.

Поэтому всегда истинно верующих людей было очень мало. И Господь говорит: "Не бойся, малое стадо", потому что духовная жизнь очень трудна, она требует от человека свойств Христовых. Христианином может быть только человек благородный, возвышенный, духовный. Каждый из нас грешен, но один стремится этот грех победить, а другой – жить как все. Если мы хотим быть овцами Христовыми, то не должны жить как все, а должны видеть в себе зло и побеждать его. Но это можно сделать, только любя Христа. Поэтому нам нужно постоянно читать Евангелие, чтобы мы возлюбили правду, красоту, чистоту, чтоб образ Христа вошел в нашу душу, чтобы Он нас покорил, чтобы мы всю жизнь свою отдали Ему и служили бы Ему во всем. Вот тогда мы узнаем, что иго – заповеди Христовы – благо и на самом деле их совсем не тяжело исполнять.

Конечно, когда человек только вступает на этот путь, все кажется ему трудно, все дико, ничего не понятно, а потом, постепенно, когда он войдет во вкус добра, он уже не сможет делать зло. И тогда, если ему скажут: укради, иначе мы тебя убьем,– он ответит: простите, но я не могу, потому что жизнь для меня не так дорога, как моя чистая душа; я столько лет потратил на то, чтобы избавиться от греха, а теперь за одну секунду все это пропадет и опять начинать сначала? Нет, вы уж лучше меня убейте, а я буду хранить в сердце благодать Божию.

Вот к Серафиму Саровскому пришли два мужика – думали, что у него, монаха, есть деньги,– взяли топор и стали его бить обухом, пока он не упал без сознания. Какие-то рабы Божии его нашли, принесли в монастырь, он как-то отошел, но на всю жизнь остался горбатым. Потом мужиков этих поймали, а он говорит: я их прощаю, отпустите их, иначе я из этих мест уйду навсегда. По закону-то на каторгу надо, в Сибирь сослать – а он нет, он простил. Бог с ним, с горбом, с болезнью, это ничего, это не страшно, горбатым на всю жизнь, зато благодать-то Божия во мне, она никуда от меня не ушла. Он все бытие свое на волю Божию положил: если надо – Бог накажет. И Бог Сам их наказал: у них сгорели дома, они разорились полностью. Вот так святой поступал, потому что знал: если он нарушит заповедь Божию, тогда все напрасно – напрасно он питался одной травой; напрасно на камне три года молился; спал только сидя, по два часа в сутки; выучил наизусть Священное Евангелие; не топил даже в лютый мороз печку – напрасны все труды, все подвиги, если он не простит этих двух людей. Он знал это, поэтому и простил, потому что благодать Божия дороже.

Вот так и нам надо настолько прилепиться к Богу и Церкви, настолько возлюбить Бога и Церковь, чтобы нельзя уже было оторвать. Как Господь говорит в Евангелии через Иоанна Богослова: "Никто не похитит их из руки Моей". Нам надо так отдать себя в руку Божию, чтобы уже никакой грех, никакой соблазн, никакое искушение не могло нас вырвать. А это достигается только путем борьбы с искушениями. Вот искушает враг: сделай то-то, а совесть говорит: это грех. Если устоишь, то, значит, остался в руке Божией, если согрешишь – вырвут тебя из нее. И тогда надо каяться: Господи, прости, примири и соедини меня со святой Твоей Церковью. И опять сначала, и каждый день, каждый месяц, каждый год – до тех пор, пока мы не прирастем к благодати, к Богу, к святости, к Церкви, до тех пор, пока в нас это чудо не произойдет. Путь этот очень трудный, очень долгий, но зато мы получим вечную жизнь и навсегда останемся с Богом, к Которому наше сердце прилепится. Аминь.

Крестовоздвиженский храм, 7 июня 1986 года