Для загнанного человека не все потеряно

Для загнанного человека не все потеряно

Может ли загнанный человек измениться? Вне всяких сомнений. Это начинается, когда такой человек поворачивается лицом к факту и понимает, что он действует согласно принуждению, а не призыву. Обычно это открытие делается в ослепительном, пронизывающем свете неожиданной встречи с Христом. Как обнаружили двенадцать учеников, общение с Христом через какое-то время выявляет все истоки загнанности и все формы ее проявления.

Чтобы справиться с загнанностью, надо начать безжалостно оценивать свои мотивы и ценности, так, как вынужден был делать Петр, время от времени сравнивая себя с Иисусом. Человек, ищущий освобождения от загнанности, должен прислушиваться к тому, что говорят ему наставники и критики, а главное, те, кто сегодня передает нам слова Христа.

Может быть, ему придется смиренно совершить какие-то акты самоотречения, произвести какие-то дисциплинирующие действия, отказавшись от каких-то вещей, которые не обязательно плохи сами по себе, но важность которых определялась исключительно ошибочными мотивами.

Возможно, загнанному человеку придется даровать прощение кому-то из тех, кто в прошлом никогда не давал ему должной любви и признания. И все это может быть лишь только началом.

Апостол Павел в свои дохристианские времена был загнанным человеком. Как человек принужденный, он изучал, вступал в контакты, добивался, покорял и получал громкое одобрение. Скорость, с которой он действовал незадолго до своего обращения, была почти бешеной. Он гнался за иллюзорной целью, и позднее, когда он смог оглянуться назад и увидеть свой образ жизни со всеми его принуждениями, он сказал: «Все это ничего не стоило».

Павел был загнанным до тех пор, пока Христос не позвал его. Такое ощущение, что, когда Павел упал на колени перед Господом на дороге в Дамаск, в его внутреннем мире произошел взрыв и это принесло ему облегчение. Какая мгновенная перемена произошла в нем! От загнанности, которая толкала его в Дамаск в стремлении искоренить христианство, не осталось и следа в тот драматический момент, когда в совершенном смирении он спросил Иисуса Христа:

«Что мне делать, Господи?» Загнанный человек превратился в призванного.

Именно такую перемену я надеялся увидеть в человеке, который пришел поговорить со мной в надежде сохранить свой брак, так как его жена требовала, чтобы он оставил их дом. Раз за разом мы говорили о его ненасытной погоне за тем, чтобы побеждать, зарабатывать, производить впечатление. Несколько раз мне казалось, что он схватывает мысль, и я позволял убедить себя, что мы движемся вперед. Я действительно верил, что он собирается перенести центр тяжести своей жизни с общественной стороны к личной, внутренней.

Я почти видел его на коленях перед Христом, отдающим свою загнанность, очищающимся от всех старых, страшно болезненных воспоминаний об отце, который бросил ему в душу, в его внутренний мир, обвинение в лености. Как я желал, чтобы мой друг, преуспевший «лентяй», увидел себя призванным учеником Христа, а не человеком, вынужденным стремиться к достижениям, чтобы доказать что-то.

Но этого не произошло. И в конце концов мы потеряли контакт друг с другом. Впоследствии я услышал, что его загнанность стоила ему всего: семьи, брака, бизнеса. Потому что она привела его прямо к могиле.