Приготовление к исповеди

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Приготовление к исповеди

1. Каким был общий эмоциональный «тон» (или «фон») прошедшего времени (скажем, полугода)? Был ли он светлым, темным, переменчивым, что преобладало? Есть ли новые причины, с которыми можно было бы этот «фон» связать? Или их не удается найти: почему? Не было ли чувства безотчетной тревоги, неясного беспокойства, постоянной неудовлетворенности, чувства слабости и истощения сил, соотносимо все это хотя бы как–то с верой и молитвой?

2. Что преобладало: чувство, что произошли какие–то потери, или чувство приобретения? Было ли ощущение серьезной неудачи в жизни или удачи? Если что–либо подобное имело место, поставим себе вопрос, что именно мы считаем (в глубине души) удачей или неудачей, можем ли из того и другого извлечь личный урок и связать со своей верой? Находит ли здесь личная вера подтверждение?

3. Приходило ли вам в голову оценивать свою жизнь вот в каком отношении: есть ли в ней радость, счастье, глубокое удовлетворение? Должны ли они быть, стоит ли затрачивать силы ради них? Почему? Не ограничивается ли жизнь раздвоением между «мне хотелось бы» и «но я не должен» или «мне придется»? Если да, почему мы легко уступаем окружающей жизни в своем праве на радость и счастье, в праве на некоторое «наслаждение» жизнью?

4. В каких обстоятельствах казалось для вас наиболее трудным быть честным и открытым в своих мыслях и эмоциях, и чувствах? Имело ли это отношение к какому–то внешнему идеологическому принуждению или к проповеданию веры или к чему–то еще? Трудно ли вам быть самим собой в «обычных» ситуациях, когда не требуется отчета в фундаментальном жизненном выборе? Где вам труднее — среди «верных» или «внешних»? Куда вас сейчас больше «тянет» и куда больше «тянуло» раньше? Почему?

5. Возросло ли ощущение внутренней свободы по отношению к обстоятельствам жизни? Удалось ли добиться уменьшения их гнета, или такой задачи не ставилось? Почему? Помогли ли здесь вера и молитва? Или же другие средства?

6. Если жизненная ситуация, проблема, лицо, группа или организация вмешиваются в вашу жизнь — теснят, принижают, бросают вам вызов, как вы склонны реагировать — принимать, вступать в борьбу, озлобляться, впадать в тоску, ненавидеть или уклоняться? Почему? Имеет ли такая реакция отношение к вере и надежде на Бога, к чувству собственного достоинства? Есть ли в вашей жизни желание борьбы и мужества?

7. Когда вы предоставлены самому себе, к чему вы склоняетесь:

а) продлить уединение или избавиться от него?

б) к тому, чтобы уходить мыслями в заботы настоящего, к сосредоточению на душевных болях, к уходу мыслями в прошлое или мечтами в будущее? Почему? Испытываете ли вы при этом успокоение, возбуждение, уныние, вдохновение? Почему? Склоняетесь ли вы при этом к размышлениям о событиях и итогах своей жизни в свете веры? Обращаетесь ли к молитве? Или к тому и другому приходится себя принуждать?

8. Есть ли у вас в жизни близкий друг? Почему это стало возможно или почему это не осуществилось? Если нет, может ли община (к примеру, наша) его заменить? Или ее назначение иное?

9. Опишите себе портрет себя, каким вы хотели бы себя видеть, и друзей — какими бы их хотелось видеть? Почему? Затем сделайте второй портрет — какими вы видите себя, жизнь, друзей, как они есть. В чем расхождение? Почему? Должно ли это расхождение быть устранено? Зачем? Каким путем?

10. Часто ли бывают в вашей жизни дела, которые хотелось бы начать (и доводилось начинать) с молитвы? Как вы думаете, почему?

11. Ясно ли вам основное жизненное призвание? Как бы вы это сформулировали и высказали, если бы кто–то об этом спросил? Удается ли вам его реализовать и почему? Что мешает? Если бы Иисус сейчас прямо спросил вас, что вы считаете основным результатом своей жизни, нашли бы вы что сказать?

12. Удавалось ли вам совершать в жизни поступки из соображений любви, не обусловленной ничем? Если да или нет, почему? Какой духовный урок принесла вам удача (или неудача) в деле любви? Какое этому придавалось значение?

13. Приходилось ли вам кого–то в чем–то по–настоящему простить? Есть ли кто–то (или что–то), кого (или что) вы простить не можете? Почему?

14. Когда по всем вопросам удастся сформулировать искренний и серьезный ответ, можно попросить ответить на следующие вопросы: есть ли в вашей жизни ясное ощущение личного присутствия Бога. Его личного вмешательства в ваши дела и судьбу? Ожидаете ли вы Его внимания и любви к себе или «по скромности» не очень ожидаете? Был ли в вашей жизни призыв Господа, обращенный лично к вам? Распознавался ли он в чем–нибудь? Было ли «касание» Св. Духа за это время? Была ли готовность и желание дать ответ? Какой шаг вам удалось сделать за это время? Прислушиваясь к Иисусу и Духу, можете ли вы сказать, что вы каждый день несколько раз или хотя бы раз за все это время в чем–то преодолели собственное сопротивление и сопротивление окружения ради любви, ради призвания, ради святости, ради Господа?