29. Вы настолько глупы, что влюбляетесь в самого себя

29. Вы настолько глупы, что влюбляетесь в самого себя

В: Вы говорите, что только тому, чем вы не являетесь, нужна надежда…

К: Только тому, чем вы не являетесь, нужна надежда. Оставайтесь здесь. Поверьте в это [смех]. Вы можете сказать, что сознанию фантома всегда нужна надежда и надежда ведет его. Это подобно морковке перед ним, надежда на просветление, на счастье, на что угодно, она нужна, что бы мир продолжал движение. Все эти переживания могут быть только потому, что перед вами находится морковка. Это естественно и создано вами самими.

Но вы не можете обвинять кого-то другого, вы настолько глупы, что влюбляетесь в самого себя. Вы не можете не влюбиться в самого себя, нравится ли вам это или нет. Это любовь с первого взгляда [смех]. Как только вы просыпаетесь, появляется любовь с первого взгляда. Как только вы воспринимаете себя, вы влюбляетесь в собственный образ. Потом вы становитесь этим маленьким нарциссическим я, влюблённым в себя, и с этого момента вы хотите для себя самое лучшее, потому что, без сомнения, такова природа любви, благое намерение, вы всегда хотите иметь самое лучшее, и самым лучшим было бы познать самого себя.

Поэтому вы пытаетесь познать самого себя, потому что познание самого себя было бы наилучшим из того, что вы можете получить, но вы никогда не получаете это, хотя и пытаетесь. Так что ваш маленький Майк Джаггер внутри пытается, "Я не могу получить это, нет, но я пытаюсь" [смех]. Это Джек Хаммер, всегда пытающийся идти глубже. Всё, что я говорю, это то, что я не говорю.

В: Так кто бы ни появился, как это прицепляется [к нему]?

К: Я просто сказал это, влюбляться в себя, ненавидит начала. Это странно, это очень странно.

В: Это оттуда приходит романтическая любовь?

К: Всё это. Романтическая любовь и вы хотите идти домой и всё это, что бы ни вышло из этой бедной любви. Как только вы начинаете существовать, вы уже ненавидите то, что вам приходится существовать, как будто бы в основе всего лежит грусть о том, что вам приходится существовать. Отвергаете вы это или нет, не существует ни мгновения счастья. В каждый момент вашего существования существует естественная грусть, и из этой естественной грусти происходит жажда счастья и стремление к избавлению от этого.

Это природа, способ каким вы реализуете себя, нравится ли вам это или нет. Это сомнительное я уже находится в сомнительном положении своего сомнительного существования. Из этого сомнительного существования происходит стремление не быть сомнительным, и грусть одинокого существования является одиночеством Бога, и чувство одиночества, являющееся грустью, оно хочет закончить.

Всё, что делается во всей вселенной, происходит из одиночества Бога, всё это, вся реализация происходит из этого одинокого в своём существовании Бога. То, что нет второго, и всё это воображаемое второе существует потому, что есть единственный, кто одинок, и вы не можете прекратить это, и это способ, которым вы реализуете себя. И нет выхода из этого. Никогда не будет никакого конца этого одиночества, нет никакого другого Бога. Нравится ли вам это или нет, нет второго. Никогда не было и никогда не будет никакого второго Бога. Вы есть то, что есть Бог, и через познание самого себя, вы есть то, и то одиночество переживается момент за моментом. Грусть всегда здесь.

В: Потому что нет другого?

К: Да, потому что вы одиноки и как только вы начинаете существовать, вы интуитивно знаете, что нет другого. Но вы воображаете какое-то время, затем воображение уже не работает, и вы на какое-то время оказываетесь в депрессии, в одиночестве. Это как тёмная сторона. Но конец одиночества является неизвестным, это как ворота к тому.

Вам, чтобы быть в одиночестве и не-одиночестве, чтобы быть тем, что никогда-никогда, что никогда не одиноко или не не одиноко. Пребывание в том, что вы есть, это пребывание в том, чему никогда не нужно пребывать в самом себе, которое всегда есть то, что оно есть. Момент, когда вы знаете себя уже фикция. Это делает вас фантомом и видение, что это никогда не остановится, прикончит вас, потому что вы только обращаете внимание на это, потому что вы ожидаете, что что-то выйдет из этого, что одиночество закончится. Ради этого вы делаете всё это, вы медитируете, вы пытаетесь понять, всё, что вы пытаетесь делать должно прекратить одиночество. Но вы не можете!

Естественно, каждую ночь одиночество заканчивается, когда вы оказываетесь в глубоком-глубоком сне. Естественно этот одинокий парень отпадает, и вы оказываетесь в вашей славе отсутствия, и каждое утро естественным образом он опять появляется. Поэтому вы даже не можете обвинить себя в том, что вы не можете остановить это. Простите себя за свою глупость, потому что вы не можете избежать глупости. Вы будете всегда просыпаться в этом глупом теле, но вы не можете избежать этого. Это беспомощность вашей природы, которая не может помочь сама себе прекратить просыпаться снова и снова.

Вам лучше быть тем, что вы есть, в присутствии этого и в отсутствии этого — тем, чем вы не можете не быть — потому что это одиночество никогда не прекратится. Это способ, каким вы реализуете себя в качестве одинокого творца и одинокого творения и для меня это нормально [смех].

Я просто сижу здесь и говорю вам, это не так плохо. Но это не так плохо только потому, что это никогда не прекратится. Но если вы воображаете, что это закончится, вы будете страдать из-за этого, потому что тогда вы зависите от чего-то, что должно прекратиться, что бы быть тем, что вы есть, и это делает вас страдающим. Но это никогда не прекратится, дискомфорт или одиночество никогда не прекратятся! Ну и что? Кого это волнует? Но это не потом, это всегда.

Вы просто обращаете внимание на тени, танец теней. Теневой Бог одинок, это переживание одинокого Бога. Но то, что переживает одинокого Бога, не является одиноким Богом. Вы никогда не одиноки и не не одиноки. Вы находитесь за пределами любых воображаемых переживаний. Вы не можете избежать первого переживания одинокого Бога, и из этого одинокого Бога произошло всё остальное.

В: Но разве это не потому, что вы воображаете себя отдельной личностью?

К: Но одинокий бог всегда будет воображать себя самого как кого-то и других, или одинокого, или ещё как-то, из этого нет выхода. Он беспокоится только о себе, поэтому он создает свои собственные морковки надежды и чего угодно. В целом, эта никогда не заканчивающаяся история это история о белке в колесе, пытающейся выбраться из этого колеса. Даже Далай Лама хочет закончить перевоплощения. Даже Папа буддистов не может сделать это, немецкий папа тоже пытается — но это не работает. Так что ежедневная драма, Далай Лама [смех].

Это красота, что никто никогда не совершал это, кто бы ни был тут, он одинок. Есть только одиночество. Нет второго. Вы никогда не будете исцелены от этого одиночества, потому что оно всегда здесь.