Морена и Чернобог — Властители Нави

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Морена и Чернобог — Властители Нави

1. Мара-Морена — Владычица Нави

1. Имя Славянской Богини зимней стужи и смерти Морены (Мары) восходит к общему индоевропейскому корню mar/mor, связанному со смертью (мором). Существует много исследований на тему трактовки общеиндоевропейского корня *mr, связанного с санскритским mrtis (r с точкой внизу — читается как ри), латинским mors, русским съ-мърть и т.д.

2. В переводе с санскрита mara — значит «убивающий», «уничтожающий». Не случайно в буддийской мифологии Мара — Божество, персонифицирующее зло и всё то, что приводит к смерти живые существа. Он (Мара) искушал Будду под деревом Бодхи и создавал препятствия на Духовном пути всех Бодхисаттв, стремившихся к Просветлению. Согласно буддийским мифам, Божеству Маре подчинено огромное количество духов ненависти и вожделения (рассматриваемых буддийскими философами, прежде всего, как олицетворения различных аспектов человеческой души); также Он (буддийский Мара) имеет дочерей, воплощающих собой сексуальные страсти.

3. Древне-кельтские мифы повествуют о Богине войны Морриган (ирл. Морригу), появляющейся на полях битв и предвещающей смерть. Чаще всего Она принимает облик вороны; именно в таком виде Она уселась на плечо героя Кухулина, когда тот погиб в бою против армии королевы Медб (королевы Коннахта, яростной женщины-воительницы).

4. В цикле легенд о короле Артуре и рыцарях Круглого Стола важное место занимает образ Морганы ле Фэй, сводной сестры Артура. Во всех британских вариантах мифов о легендарных рыцарях она представлена заклятым врагом Артура, часто виновницей его гибели. Одна из легенд рассказывает, как Моргана похитила волшебный меч Экскалибур (принадлежавший Артуру) и передала его Акколону (своему любовнику из Галлии), который затем вызвал Артура на поединок. Когда Акколон уронил меч, Артур узнал оружие, а рыцарь признал свою вину и сдался. Однако после кровавой битвы под Солсбери, стоившей жизни большинству рыцарей Круглого Стола, когда король и его мятежный племянник Мордред поразили друг друга, Моргана была одной из трёх женщин, которые на чёрном корабле увезли смертельно раненного Артура в Аваллон (её спутницами были королева Северных Штормов и королева Потерянных Земель). Некоторые варианты мифов гласят, что Моргана ле Фэй (держащая в руке яблоневую ветвь — символ изобилия) является владычецей Аваллона («Яблоневого Острова»[32]). В потустороннем мире Она — Богиня Зимы, Тьмы и Смерти, противостоящая Артуру — «Господину Лета». Противовес тёмной стороне деятельности Морганы ле Фэй создаёт Её роль целительницы и хранительницы тела Артура на Аваллоне.

5. В Славянских мифах и легендах часто встречаются персонажи, носящие такие имена, как Мара, Маря, Маруха, Мора (и близкое к нему Кикимора — Мара в рогатой кике, или кичке, головном уборе замужней женщины), Морена, Марена, Морана, Марана, Маржана, Маржена и т.п., связанные (по первоначальному этимологическому родству или по вторичному звуковому уподоблению) с олицетворениями смерти, а также с сезонными ритуалами умирания (а затем воскресания) Природы. В весенних обрядах Славян «Мореной» называется соломенное чучело — воплощение смерти и зимы, которое сжигают на Масленицу (приуроченную к Весеннему Равноденствию), что призвано обеспечить в конце будущего лета хороший урожай. В русских деревнях в Купальскую ночь сжигают на костре чучело Морены — злой «ведьмы». В эпоху двоеверия имя Мары в Купальских обрядовых песнях было частично вытеснено именем Марьи (Девы Марии). В западнославянской мифологии известна польская Маржана, отождествляемая хронистом XV века Я. Длугошем с римской Богиней Подземного мира Церерой; чешская Морана, отождествляемая с греческой Богиней мрака и чародейства Гекатой (древние авторы, говорящие о Божествах Славян-Язычников, упоминали о Морене как о Богине вроде Гекаты и Деметры — несущей одновременно смерть и плодородие). Белорусская Мара — «нечисть», сходная по функциям с марой низшей мифологии народов Европы, олицетворяет собой, в частности, злой дух, садящийся ночью на грудь спящего и вызывающий удушье (в Средние века ассоциировавшийся также с инкубами и суккубами). Представление о Маре как о воплощении ночного кошмара запечатлено в польском zmora («кошмар»), француском cauchemar («кошмар»), английском nightmare («кошмар», от night — «ночь»).

6. Мара-Морена — одна из самых древних, таинственных и загадочных Богинь в Славянских традиционных верованиях. Иногда Она предстаёт в обличье высокой Женщины или, напротив, сгорбленной Старухи с длинными распущенными волосами. Иногда — в облике красивой Девушки в белом, иногда — Женщины, одетой в чёрные одежды или рваную ветошь, с растрёпанными, косматыми волосами[33]. Тем не менее, Мара в русских поверьях не столько образ ночного кошмара, сколько воплощённая Судьба, ведающая о грядущих переменах в жизни обитателей дома (Она как призрак часто появляется в доме). Слово «Мара» также означает и «туман», «мгла», «марево». В этом Мара схожа с «Белой Женщиной», повсеместно означающей смерть и предвещающей несчастья.

7. Мара-Морена — это не только Владычица ночи, но также и Полудница, красивая Девушка в белом, появляющаяся среди зреющих хлебов в жарком летнем мареве. Время Мары — полдень либо полночь дня или года — «переломные» сроки, сочетающиеся также с переломами судьбы человеческой. В образе Мары видят сочетание как рождения и плодородия, так и смерти, необходимой для обновления и продолжения жизни на Земле. Мара-Морена — Великая Мать всего сущего и одновременно воплощённая Смерть, женское лоно и одновременно погребальная Крада. Она подобна морю — материнской стихии, породившей всё живое, чьи воды, тем не менее, непригодны для жизни людей и животных, обитателей этого мира.

8. Среди множества Ликов Тёмной Богини выделяют: Мару в образе Предвечной Тьмы или Предвечных Вод, Мару-Море (ср. Окиян-море русских заговоров — Источник и Конец Бытия), Мару-Недолю[34], Мару-Зиму, Мару-Ночь, Мару-Смерть, Мару-Птицу (Лебедь Белую — как воплощение зимы и траура по усопшим[35], либо Чёрную — как непостижимость, темноту глубин смерти), Мару-Женщину, в том числе в образе Старухи с Косой либо с Серпом, и т.д. Таким образом, в мифологическом мышлении Мара может представляться как Сверхличная сила, действующая во Всемирьи, и одновременно как отдельное существо.

9. Согласно Славянским сказам, Морена — супруга Кощея (Кощного Бога, Владыки Подземья, одного из Тёмных Ликов Велеса), от Которого Она родила дочерей: Водяницу, Ледяницу, Снежану, Немочу, Замору и других, связанных с умиранием, неурожаем, скотьим мором и т.п., а также с помрачениями ума и тёмными сторонами души человека. По другой версии, Морена — Сама Великая Мать, породившая Богов, Непостижимая («Тёмная») в Своём запредельном величии... Сопровождают Морену многочисленные (и безымянные) мары — бестелесные навии (или навки) — вестницы смерти. Время года, которому покровительствует Морена — конец осени и зима, сторона света — запад (где умирает Солнце), а также холодный север, время суток — ночь (лучшее время для Тёмного колдовства)...

2. Чернобог — Навий Владыка

1. Реконструированный Славянский миф, весьма популярный ныне в среде двоеверов, повествует, что давным-давно, когда на Земле царил Золотой век — век Прави, Даждьбог Сварожич был женат на прекрасной черноокой Морене. Но однажды повстречала Морена Кощея (в сём Облике перед ней предстал Сам Чернобог) и полюбила Она Его пуще жизни, пуще Солнца, и отвернулась от мужа Своего — Солнцеликого Даждьбога. Вскоре Кощей выкрал Её из Небесных Чертогов, а отправившегося за ним в погоню Даждьбога заманил в ловушку и поверг наземь, разбив Солнечную колесницу Светлого Сварожича. И предложил Чернобог-Кощей выбор Даждьбогу: либо навсегда исчезнуть ему в Нави, лишив Явленный мир Солнечного света, либо быть распятым на Мировом Древе, чтобы кровь его животворящая стекала по стволу в Подземный мир, укрепляя силы тамошних обитателей — навий бестелесных. В этом случае Кощей обещал починить Солнечную колесницу и, прикрепив к ней Щит Даждьбога (т.е. Солнечный диск), пустить её по небу. Даждьбог выбрал второе, чтобы не остался Явленный мир без животворного Солнечного света...

2. Но на третий день после Его распятия случилось то, чего не предвидел Чернобог-Кощей. Кони, оставшиеся без возницы, понесли, и быть бы беде неминучей, но тут вмешался Сам Род Вседержитель, воскресив Даждьбога и повелев Белобогу восстановить равновесие в Мире и поддерживать его отныне и вовек. Мудрый Велес снял Даждьбога с Мирового Древа, излечил Его раны и помог изловить разбежавшихся по небесным просторам Солнечных коней (таковых всего три: Белый, Красный и Чёрный). Велес сумел вернуть лишь двух коней из тех — Белого и Чёрного; Красный же — связующее звено между Днём и Ночью — исчез, оставшись в мифе как символ утерянной гармонии ушедшего Золотого века... (Существует, правда, и другой вариант этого мифа, гласящий, что потерянным оказался Белый конь — тот самый, верхом на котором явится перед Концом Времён Праотец Арий, после чего на Земле наступит новый Золотой век.) Даждьбог вновь стал править Своей колесницей, Солнце вновь стало совершать круги по небу, и будет так до Конца Времён...

3. В Подземном мире, где стали править отныне Чернобог и Морена, от просочившейся туда крови Даждьбога покраснела земля и даже небо. Велес разрубил Своей Двузубой Секирой (имеющей равную силу как в Яви, так и в Нави) плоть Кощея, и с тех пор Чернобог более не может надолго покидать пределы Подземного мира и странствовать по Небесным Чертогам, где живут Светлые Сварожичи. В мире же людей кончился Золотой век...

3. О различных уровнях понимания Традиции

1. Чернобог есть Тёмный Лик Всебожья Родова, от Него происходит разрушение и погибель всего сущего — как великого, так и малого. Тот, кто связан невежеством своим да маятой мирскою ослеплён, — страшится всеразрушающей силы Чернобога, проклиная её как воплощение чёрного «зла»; очи его зрят лишь сиюминутное, и жизнь его побеждена смертью, которую он носит в себе, разум его вовлечён в бессмысленную суету, а Сердце сковано страхом и унынием. Поистине, такой человек — верный раб Чернобога, даже если сам не подозревает об этом, ибо жизнь его подобна смерти, а свет разума — тьме непроглядной...

2. Мудрые о сём рекут: кто в безумии суетном смерти страшится, тот сим Чернобогу славу творит. Мудрые и у смерти жить учатся, сквозь маяту переходящего Вечное прозревая; глупцам же, от Лада Всемирья отчуждённым, порой и жизнь не в прок. Иные рекут: следование Чернобогу — стезя наискорейшего изменения, а также преодоления собственной слабости и глупости. Действительно, путь к новому всегда лежит через смерть отжившего, поэтому всякое преодоление себя прежнего есть, в той или иной степени, форма смерти. Потому неслучайно, что Предки наши называли дваждырождённым того, кто ещё при жизни в Яви земной прошёл через смерть и воскрешение (от древнерус. крес — «огонь») — Пресуществление Силою Духовного Огня для жизни в Приснобытии (от древнерус. присно — «всегда»)... Но для тех, кто не в состоянии отличить Истинного Себя (АЗ ЕСМЬ) от собственных представлений о себе, такая смерть может оказаться не прозрением, но погибелью!

3. Традиция учит понимать и принимать оба Лика Рода: и Тёмный (Чернобога), и Светлый (Белобога), ибо один не существует без другого. Мы славим Чернобога за Дар смерти — за дерзание превзойти всё отжившее, обветшавшее, остывшее, но не останавливаемся на этом, а идём дальше — от смерти к возрождению в Нетленном, от небытия смерти в Яви Земной к Приснобытию Жизни в Вышнем...

4. Необходимо особо отметить, что существует несколько уровней понимания Традиции: один уровень — мифологический — позволяет рассматривать архетипы определённых Богов, сущих во Всебожьи Родовом, как продолжения архетипов вышестоящих по иерархии Богов, то есть, как Их «сыновей», «дочерей», «внуков» и т.п.; другой уровень понимая Традиции — концептуальный, — являясь гораздо более целостным, позволяет рассматривать Всебожье Родово в Его интегральном единстве, которое стоит вне существующих иерархий Богов в Языческом Пантеоне и, более того, даже вне всех возможных пар-противоположностей. Первый уровень понимания Традиции является, условно говоря, несколько приземлённым, земным, человеческим; тогда как второй уровень — высшим, жреческим.

5. С нашей точки зрения, приоритетным в познании и чувствовании Родных Богов, Всебожья Родова, является именно концептуальный — жреческий уровень понимания Традиции. Поэтому здесь мы не будем подробно рассматривать, как нечто необходимое для постижения сути мира Богов, Их родословные и прочие «социально-бытовые» взаимоотношения друг с другом, считая, что понимание интегрального единства Богомирья является более целостным и, соответственно, более верным, поскольку, помимо прочего, включает в себя все остальные возможные уровни понимания Традиции.

Слава Роду!

[1999][36]