ГЛАВА 11 БУДДИЗМ, ДАОСИЗМ [«АС»; «Д»]

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА 11

БУДДИЗМ, ДАОСИЗМ [«АС»; «Д»]

Чем больше насилия вы творите над собой, тем большая воля возрастет в вас во славе своей. Нет иного пути, спастись от ежедневного умирания. Обуздать себя - вот наилучший и наисовершеннейший совет.

Святой Фома Кемпийский

Жизнь - это что-то невозможное. Ее не должно было быть, но она есть. Это чудо - что есть мы, что есть деревья, птицы. Это действительно чудо, потому что вся Вселенная мертва. Миллионы и миллионы звезд - мертвы, миллионы и миллионы солнечных систем - мертвы. Только на этой Маленькой планете Земля, которая ничто, ведь если подумать о ее пропорциях, то она - просто частичка пыли, - только на ней случилась жизнь. Это самое счастливое место во всем мироздании. Птицы поют, деревья растут, расцветая. Живут люди, любящие, поющие, танцующие. Случилось нечто просто невероятное.

Р. Ошо

Буддизм - атеистическая религия. По мысли Ошо, Будда Гаутама родил вид духовности, которая является не подавляющей и не идеологической. Обычный вид духовности, культивированная ее разновидность, очень подавляюща. Она зависит от подавления. Она не преобразует человека, а лишь уродует. Она не освобождает человека, а порабощает.

Будда не верит ни в какие идеалы, так как все идеалы создают в человеке напряженность и конфликт. Они разделяют, они творят горе. Вы - это одно, а они хотят, чтобы вы были чем-то иным. Идеалы творят несчастья. Идеалы создают шизофрению. Чем больше идеалов, тем более шизофреничны люди, тем больше они расщеплены.

Идеологическая личность постоянно борется с собой. Конфликт присутствует в каждый момент. Человек живет в конфликте, живет в разочаровании, так как не может решить, кем он в действительности является - идеалом или реальностью. Он не может себе верить, он начинает себя бояться, он утрачивает доверие. А раз человек утратил доверие, он теряет всю славу. Тогда он готов стать рабом кого угодно...

Будда не говорит о Боге. Он не говорит о рае, не говорит о будущем. Он не дает вам ничего, за что можно держаться. Он забирает у вас все, он забирает даже ваше Я. Он забирает все, а в конце - даже саму идею Я, эго. Он оставляет лишь чистую пустоту. Это очень трудно, так как мы полностью забыли, как давать. Мы знаем только, как брать.

Будда не дает вам нирвану в качестве идеала. Будда освобождает, а не закрепощает. Будда учит вас, как жить - не ради какой-либо цели, не для того, чтобы достигать чего- то, но быть блаженным здесь и сейчас - как жить сознательно. И дело не в том, что сознательность даст вам что- то. Сознательность - не средство достижения чего-то, она цель сама по себе - средство и цель сразу. Ее ценность неоценима.

Достаточно обратиться к писаниям и посмотреть, как они описывают рай, - и вы найдете там тот же самый, немного улучшенный мир. Его коснулись немного здесь, немного коснулись там, но он никак не иной. Вот почему я говорю, что это «не от мира сего» в других религиях - не так уж не от мира сего. Это - этот мир, спроецированный в будущее. Он рожден из опыта этого мира. Там не будет несчастий и нищеты, болезней и паралича, слепоты и глухоты. Вещей, которые вам здесь не нравятся, там не будет, а то, что вам нравится, - будет, но в этом нет ничего нового.

Все послание Будды - в этом: быть сознательным. И ни но каким иным причинам - только во имя того, чтобы стать сознательным, так как сознательность определяет бытие, сознательность создает вас. И этим вы настолько отличны от тех вас, которыми вы являетесь, что вы даже представить не можете. Это - вы, в которых исчезло Я, в которых не существует никакой идеи «самости», ничто вас не определяет... чистая пустота, бесконечность, неограниченная пустота. Это Будда называет состоянием медитации, когда вы - в уединении.

Но уединение - это не одиночество. Вы когда-нибудь думали об этом прекрасном слове - «уединение»? Оно означает - полностью единый. Оно как бы состоит из двух слов - полностью и единый. В уединении вы становитесь полностью единым, единым с целым. В уединении нет ничего общего с одиночеством. Когда вы едины, вы не одиноки. Вы едины, но не одиноки, так как вы едины со всем; как можете вы быть одиноки? Вы не утрачиваете других. Не то, что вы забыли о них, не то, что они вам не нужны, не то, что вы о них не заботитесь, нет. Вы не помните о других, так как вы с ними едины. Все различия между одним и всем исчезли. Один становится всем, а все становится одним. Это слово «уединение» исключительно прекрасно.

Природа уединения [«ДА»]. Ошо учил следующему.

Когда вы один в лесу, у вас нет никакой личности, никакого индивидуализма, вспомните! Тогда у вас есть индивидуальность, но нет никакого индивидуализма! Если вы один в Гималаях - кто вы? Святой или грешник? Нет никого, кто бы вас осудил или оценил. Никого, кто бы сделал вас знаменитым в хорошем или плохом смысле. Никого, кроме вас. В своем полном одиночестве - кто вы? Грешник или святой? Знаменитая личность или просто никто? Нет! Вы ни то, ни другое. Вы не знаменитая личность, и не никто, потому что и в том и в другом случае должен быть ДРУГОЙ. Глаз другого нужен, чтобы отразить вашу личность. Вы - ни то, ни другое. Вы ЕСТЬ, но есть в своей реальности. Вы есть такой, какой вы есть в своей совершенной наготе, подлинности.

Это одна из причин, почему многие думали, что разумнее уйти от общества. В действительности это не было бегством от общества, это не было направлено против общества. Это было усилие освободиться от своей личности.

Будда покинул свой дворец; его нельзя назвать трусом, беглецом. Почему он покинул свой дворец? Рабиндранат Тагор написал красивую поэму об этом.

Будда покинул свой дворец! Двенадцать лет он бродил по лесам, практикуя, медитируя. И наступил день великой радости, когда он стал просветленным. Первое, что он вспомнил, - он должен вернуться во дворец и сообщить радостную весть женщине, которую он раньше любил, ребенку, которого он оставил, старому отцу, который еще надеялся, что его сын вернется. Это так человечно, так трогает!

Спустя двенадцать лет он вернулся. Его отец был сердит, как все отцы. Он не мог увидеть, кем стал его сын, что с ним произошло, не мог увидеть его индивидуальность, которая была так выразительна, так ясна! Весь мир начинал осознавать это, но его отец бы слеп. Он все еще думал о нем с точки зрения его личности, которой уже не было, от которой он отказался в тот день, когда покинул свой дворец. Действительно, он должен был покинуть дворец, чтобы отказаться от личности. Он хотел познать себя таким, каков он есть, а не таким, каким его представляли себе другие. Но отец посмотрел на него глазами двенадцатилетней давности. Он снова говорил Будде: «Я твой отец и люблю тебя. Ты глубоко меня обидел. Я - старик. И для меня были мучением эти двенадцать лет. Ты - мой единственный сын. Я старался дожить до твоего возвращения, чтобы ты смог принять царство. Теперь же возьми на себя заботу о царстве. Дай мне отдых. Мне пора отдохнуть. Хотя ты и совершил большой грех против меня, - ты отнесся ко мне почти убийственно, - но я прощаю тебя, и мои двери все еще открыты для тебя».

Будда засмеялся. Он сказал: «Сударь, постарайтесь хоть чуточку осознать, с кем вы разговариваете. Человека, покинувшего этот дворец, больше нет. Его уже давно нет в живых. Я - некто другой. Взгляните на меня!»

Его отец еще больше рассердился. Он сказал: «Ты хочешь обмануть меня? Я не знаю тебя! Я знаю тебя лучше, чем ты сам себя знаешь! Я - твой отец! Я дал тебе рождение, в твоей крови течет моя кровь! И это я тебя не знаю?»

Будда сказал: «Все же я прошу вас, сударь... Вы, конечно, дали мне рождение. Я появился через вас, это правда, но вы явились только средством, а тот факт, что кто-то приехал верхом на лошади, еще не говорит о том, что лошадь знает седока. Я прошел через дверь вашего тела, но это еще не значит, что вы знаете меня. Действительно, двенадцать лет тому назад даже я сам не знал, кто я такой. Сейчас я знаю. Загляните в мои глаза. Пожалуйста, забудьте о прошлом, будьте здесь, сейчас!»

Но это отцу было не под силу. Его старые глаза наполнились слезами гнева и радости. Он не мог увидеть то, что случилось с Буддой.

Стиль жизни. Будда внимателен к мелочам настолько же, насколько к большим вещам. Для Будды нет ничего большого и ничего малого. Есть одно.

Когда он берет свою чашу, он настолько почтителен к ней, как был бы почтителен к Богу. Когда он берет свой посох или одевается, он так внимателен, он абсолютно бдителен. Он не механичен. Когда одеваетесь вы, вы - механичны. Вы механично знаете, как нужно одеваться, так зачем же обращать на это внимание? И вы принимаете душ, но вы очень непочтительны к душу, вас там нет, вы где-то в другом месте. Вы едите, но вы непочтительны к пище, вас там нет, вы просто глотаете пищу. Вы делаете все по привычке, механично. Когда Будда что-либо делает, он полностью в этом, он нигде больше.

Когда Будда что-то делает, например, одевается, тогда он внимателен к своему действию. Когда он идет, он внимателен к ходьбе. Когда он ничего не делает, он внимателен к вдоху и выдоху. Но он внимателен, даже когда спит, он - внимателен.

Однажды Ананда спросил Будду... Он жил с ним уже десять лет и был очень удивлен тем, что Будда оставался в одном и том же положении всю ночь. Его рука оставалась в том же месте, куда он клал ее, когда ложился спать. Ананда, должно быть, много раз это видел, он, должно быть, вставал ночью - ради этого стоило встать, - чтобы увидеть, как спит Будда. И он был удивлен и ошеломлен тем, что тот оставался в той же самой позе в течение всей ночи. Он не смог сдержать своего любопытства. Однажды он сказал: «Нехорошо мне вставать ночью и смотреть на тебя, я не должен такого делать, но мне любопытно все, связанное с тобой, и я - в замешательстве: ты остаешься в одной и той же позе. Спишь ли ты или продолжаешь оставаться сознательным?» И Будда сказал: «Сон случается с телом, я остаюсь бдительным по отношению к нему. Вот сон приходит, вот он пришел, вот он углубился, вот тело расслабилось, суставы расслабились, но моя сознательность остается».

Медитация - это круглосуточная вещь. Это не то, чем вы занимаетесь один раз днем, а потом заканчиваете ею заниматься. Она должна стать вашим главным делом, вашим климатом. Она должна окружать вас везде, где бы вы ни были, чем бы вы ни занимались.

Первое прибежище - в Будде, который находится непосредственно перед вами. Второе прибежище - во всех буддах, в общине будд - прошлого, настоящего, будущего. А третье прибежище - в дхамме - в той сокровенной сущности, которая делает человека Буддой. Это искусство пробуждения и есть религия.

Для кого предназначен буддизм [«ДХБ»]? Ошо неоднократно подчеркивал: «Дхаммападе, учению Гаутамы Будды, можно учить только бодхисатв. Ему нельзя учить обыкновенное, посредственное человечество, потому что оно не поймет его.

Эти слова Будды исходят из вечного молчания. Они могут достигнуть вас, лишь если вы воспринимаете их в молчании. Эти слова Будды исходят из безмерной чистоты. Пока вы не станете воспринимающим средством, скромным, лишенным эго, бдительным, осознающим, вы не будете способны понять их. Вы поймете их интеллектуально - это очень простые слова, настолько простые, насколько это только возможно. Но сама их простота представляется проблемой, потому что вы не просты. Чтобы понять простоту, нужна простота сердца, потому что лишь простое сердце может понять простую истину. Лишь только чистый может понять то, что исходит из чистоты».

Даосизм - вера без Бога [«Д»]. По описанию Ошо, один из «классиков» даосизма Ли-цзы - не теолог, он не говорит о Боге: он - говорит от Бога, но не говорит о Боге. Все, что он говорит, исходит из источника, но он не говорит об источнике.

Есть два типа людей: говорящий о Боге - теолог, и говорящий от Бога - мистик. Ли-цзы - мистик. Человек, говорящий о Боге, Бога не знает, иначе зачем ему «говорить о»? «О» показывает его незнание. Когда человек говорит от Бога, он испытал: тогда Бог - не теория, которую надо доказать, опровергать, тогда Бог - сама его жизнь: это надо понять.

Чтобы понять такого человека, как Ли-цзы, надо жить подлинной жизнью: только тогда, через ваш собственный опыт, сможете почувствовать, что он говорит своими притчами. Это не значит, что вы узнаете какую-нибудь теорию и станете информированы, информация не поможет. Если эти притчи создадут в вас жажду, великое желание знать, великий голод знать, если они поведут вас в неведомое странствие, путешествие, - только тогда, только ступая по пути, вы узнаете путь.

Ли-цзы, Чжуан-цзы, Лао-цзы, три даосских Мастера, говорят только о пути: «дао» означает «путь», а о цели они не говорят вовсе. Они говорят: цель сама о себе позаботится, не стоит беспокоиться о цели. Если ты узнаешь путь, ты узнаешь цель, потому что цель - не в самом конце пути, цель - на всем пути в каждый момент, на каждом шаге она присутствует. Это не значит, что вы, когда путь кончается, достигаете цели: каждое мгновение, где бы вы ни были, вы - у цели, если вы на верном пути. Быть на верном пути - значит быть у цели, поэтому они не говорят о Боге, не говорят о цели, не говорят о мокше, нирване, просветлении. Их весть очень проста: «Вы должны найти путь».

Но все становится гораздо сложнее, когда они добавляют: «У пути нет карты. Путь не обозначен. Путь нельзя найти, следуя за кем-то. Путь не похож на столбовую дорогу; путь больше похож на полет птицы в небе, она не оставляет следов за собой. Птица пролетела, но не осталось никаких следов, никто не может по ним следовать, поэтому путь - это путь без пути. Путь есть, но это путь без пути, он не известен заранее: нельзя просто решить идти по нему, - его надо найти. И найти его надо по-своему, ничей чужой путь не подойдет. Прошел Будда, прошел JIao-цзы, прошел Иисус, но эти пути не помогут: вы не Иисус, не Лао-цзы; вы - это вы, уникальная индивидуальность. Только в том случае, если вы идете, если живете своей жизнью, вы найдете путь - нечто необычайно ценное.

Вот почему даосизм - неорганизованная религия: для него организованность неприемлема. Это религия органическая, но не организованная. Можно стать даосом, если просто жить своей жизнью: подлинно, спонтанно.

Если у вас есть мужество устремиться в неизвестное самому, индивидуально, ни на кого не опираясь, ни за кем не следуя, просто выходя в темную ночь, не зная, достигните вы чего-нибудь или погибнете. Риск остается, это опасно, даже если у вас есть мужество.

Христианство, индуизм, мусульманство - столбовые дороги: и никакого риска, вы просто идете за другими, идете вместе с толпой.

В дао приходится идти одному, приходится быть одному; дао уважает индивидуальность, но не общество; дао уважает индивидуальность, но не толпу; дао уважает свободу, но не конформизм, у дао нет традиций; дао - это бунт, величайший из всех возможных.

Вот почему я называю дао «путь без пути». Это путь, но не такой, как другие, его черты неповторимы: это свобода, это анархия, это хаос. Дао говорит: «Если ты налагаешь на себя учение, ты раб. Учение должно возникнуть из понимания, тогда ты - Мастер». Налагая порядок на свою жизнь, вы только создаете видимость порядка: в глубинах вашего существа остается беспорядок; на поверхности будет порядок, а в глубинах все не так. Так ничего не получится: подлинный порядок приходит не снаружи, а из глубочайшей сердцевины нашего существа. Допустите беспорядок, не подавляйте его, встретьте его лицом к лицу, примите его вызов; если вы примете вызов беспорядка, переживете его, в вас возникает порядок. Этот порядок возникает из хаоса не по каким-то образцам. Это совсем другое: он родился в вас и он свеж, нетрадиционен, действенен, он пришел не из вторых рук. Принимая Бога Иисуса, вы становитесь христианином; принимая Бога Кришну, вы становитесь индуистом; принимая Бога Магомета - мусульманином. «Но пока вы не найдете своего Бога, - говорит дао, - вы не на пути».

Так что все эти пути только отвлекают вас от настоящего Пути. Следуя за другими, вы уклоняетесь. Следуя любому образцу жизни, вы становитесь слугой. Следуя любому образу, вы заключаете себя в тюрьму. А Бог, или дао, или дхарма, или истина возможны только для того, кто абсолютно свободен, кто свободен при любых условиях.

Мир и жизнь - без внешне обусловленного смысла |«ДХ»; «Ж»]. Ошо наставлял: «Жизнь - это поток, ничто не остается прежним. И все же мы такие дураки, что продолжаем цепляться. Если перемена в природе вещей, цепляться глупо, потому что это цепляние не может изменить закон жизни. Твое цепляние лишь сделает тебя несчастным. Вещи неизбежно изменятся независимо от того, цепляешься ты за них или нет. Если ты цепляешься, ты будешь несчастным: ты цепляешься, а вещи меняются, и ты чувствуешь себя разочарованным. Если ты не цепляешься, они все равно изменятся, но тогда разочарования не будет, потому что ты полностью осознавал, что они изменятся. Такова природа вещей, такова правда жизни.

Вспомни закон Халдэйна: Вселенная не только страннее, нем мы себе представляем, она страннее, нем мы можем себе представить. И помни, ты в этом не одинок. Так действительно устроен мир».

Но, тем не менее, Учителя, более любящего жизнь, трудно найти в истории мировой духовности. Ошо учил: «Лучший способ упустить жизнь - это иметь к ней определенное отношение. Отношение возникает в уме, а жизнь существует вне ума. Отношения - это наши выдумки, наши предрассудки, наши фантазии. Жизнь не наша выдумка; напротив, мы - это всего лишь волны на поверхности океана жизни.

Как океанская волна может относиться к океану? Как травинка может относиться к земле, луне, солнцу, звездам? Всякие отношения эгоистичны, всякие отношения глупы.

Жизнь - это не философия, не проблема; она - таинство. Вы должны жить, не согласуясь с определенными образцами, не согласуясь с условиями - с тем, что вам говорили о жизни, - вы должны начать заново, со своей стартовой черты.

Каждому человеку следовало бы вести себя так, как будто он первый человек на земле, как будто он Адам или Ева. Тогда вы сможете открыться, сможете открыться безграничным возможностям. Тогда вы будете уязвимы, доступны, и чем больше вы уязвимы, больше доступны, тем больше вероятность того, что жизнь случится с вами.

Ваши отношения действуют как барьеры, и тогда жизнь не достигает вас такой, как она есть, - ведь ей нужно подстроиться под вашу философию, религию, идеологию, и в приспособлении что-то умирает в жизни. То, что у вас получается из жизни, - это что-то мертвое, оно может выглядеть как живое, но на самом деле это не так.

Так делали люди на протяжении веков. Индусы живут согласно индуистским взглядам, мусульмане - согласно мусульманским, коммунисты - согласно коммунистическим. Но помните об основной, фундаментальной истине: определенная позиция не позволяет вам войти в контакт с подлинной жизнью; она искажает, все истолковывает по-своему...

Когда у вас есть определенное отношение к жизни, вы упускаете саму жизнь. Жизнь - безбрежна, ее невозможно ограничить какой-либо позицией, ее невозможно втиснуть в конкретное определение. Да, ваша позиция может охватывать определенный аспект, но это будет только один аспект.

А стремление ума к тому и сводится, чтобы провозгласить свой аспект как целое, но в тот момент, когда аспект утверждается как целое, вы утрачиваете связь с жизнью. Теперь вы будете жить, окруженные вашим отношением, в своего рода коконе, капсуле и будете страдать.

Теперь все ваши так называемые теологи будут очень счастливы, потому что это как раз то, что они вам говорили: жизнь - это страдание.

Будда говорил, рождение - это страдание, юность - это страдание, старость - это страдание, смерть - это страдание, вся жизнь не что иное, как долгая, долгая трагедия. Если вы станете проявлять какое-либо отношение к жизни, то убедитесь, что Будда абсолютно прав: доказательством этого будете вы сами.

Но я хочу заявить вам, что жизнь это не страдание, я полностью не согласен с Буддой. Если жизнь и становится страданием, то это творение ваших рук, в противном случае жизнь - бесконечная радость. Но чтобы познать эту бесконечную радость, вы должны прийти с открытым сердцем, с разжатыми кулаками.

Не подходите к жизни со сжатыми кулаками. Разожмите кулаки. Идите в жизнь, будьте безмерно невинными. Проявлять какое-либо предвзятое отношение - это хитрая уловка: вы уже все решили, не пробуя, не испытывая, не живя. Вы пришли к определенным выводам и, если эти выводы уже присутствуют в вас до опыта, вы, разумеется, будете считать, что их подтвердит жизнь. Жизнь их не подтвердит, но, несмотря на это, ваш ум попытается найти способы, средства, аргументы и факты, чтобы поддержать их.

Один из основных принципов моего опыта сводится к следующему: если вы действительно хотите знать жизнь, отбросьте всю философию, все измы. И тогда идите открытые, обнаженные навстречу свету солнца, чтобы познать мир таким, каков он есть.

В прошлом думали, что наши чувства - это окна, что реальность достигает нашей сокровенной сути через чувства. Теперь же последние изыскания выяснили еще кое-что: наши чувства не просто окна, они также и стражники. Только двум процентам информации позволяется попасть внутрь, девяносто восемь остается снаружи. Все, что противоречит вашему понятию о жизни, не пропускается, и только два процента проходят этот фильтр.

А жить жизнью только на два процента - значит не жить совсем. Если можно жить на все сто, то зачем жить только на два процента? Вы спрашиваете меня: Важно ли иметь какое- либо отношение к жизни?

Не только не важно, но и опасно иметь какую-либо позицию по отношению к жизни. Почему не позволить жизни танцевать, петь без каких-либо ожиданий от нее? Почему мы не можем жить без ожиданий? Почему мы не можем видеть то, что есть, в чистоте? Почему мы должны навязывать свои идеи жизни? Никто не хочет проигрывать, но если вы навязываете какие-то идеи жизни, то проигрыш неизбежен.

Лучше не навешивать ярлыки, лучше не пытаться придать жизни какую-то структуру, лучше оставить окончание открытым, лучше не придумывать категорий; лучше не ставить штампов. И к вам придет прекрасный опыт, к вам будет приходить все больше космического опыта, потому что в действительности перегородок не существует. Существование - это одно органическое целое; это одно органическое единство. Самая маленькая травинка, самый маленький листок невзрачного деревца имеет такое же значение, как и самая большая звезда.

Самое маленькое в то же время является и самым большим, потому что все едино, это один спектр. В тот момент, когда вы начинаете разделять, вы начинаете создавать произвольные границы, определения, а это лучший способ упустить таинство жизни. Мы все как-то относимся к жизни - вот в чем наша беда. Мы все смотрим с определенной точки зрения, и поэтому-то наша жизнь становится бедной, так как каждый аспект, в лучшем случае, может быть только односторонним, а ведь жизнь многомерна. Надо быть более текучими, неопределенными, разливающимися подобно воде. Вы не должны быть наблюдателем. Нет ничего, что надо было бы решать! Не принимайте жизнь как проблему, это - мистерия потрясающей красоты. Пейте из нее, это чистое вино! Будьте пьяны ею!»

Жизнь как ожидание. Ошо сообщал: «Иисус, сын Марии, встретился как-то со стариком, жившим на горе, открытой всем ветрам, без всякого укрытия от жары или холода. Иисус спросил его, почему он не построил себе дом. «О Боже, - ответил старик, - пророки до тебя предсказали, что я проживу только семьсот лет. Не стоит беспокоиться, чтобы поселиться внизу».

Жизнь - ожидание, не дом. Она есть поиск дома, но сама по себе не является домом. Это исследование, приключение. Нет необходимости, чтобы вы достигли цели - это редкость, - потому что поиск очень сложен и имеется тысяча и одна трудность на пути.

Пусть это будет первым, что вы поймете в сегодняшних сутрах; их значения многообразны. Когда вы будете медитировать, когда вы проникнете глубоко в них, вы будете удивлены - в этих сутрах, как в каплях росы, содержится океан.

Магомет сказал: Я как всадник, что нашел убежище под деревом, а потом продолжил свой путь.

Да, эта жизнь - ночной привал, караван-сарай. Не селитесь в нем. Используйте удобный случай, чтобы дотянуться выше, выше и выше, потому что нет предела ни высотам, ни глубинам. Но всегда помните: не считайте жизнь, как нечто  само собой разумеющееся, это только удобный случай с безграничным потенциалом и возможностями. Но если вы начнете думать, что вы достигли, потому что вы живы, вы упустите самую суть.

Иисус сказал снова: Мир является мостом, не остановкой. Используйте это как мост; это может соединить вас с Богом. И когда жизнь станет мостом к Богу, это прекрасно, Божественно. Но если вы не используете ее как мост к Богу, она останется скучной, поддельной, иллюзорной, воображаемой, фиктивной» [«КМ»].

Жизнь должна быть предельно естественной: «Когда туфли не жмут, о ногах забывают; когда пояс не жмет, о животе забывают; и когда сердце истинно, о за и против забывают» [«К»].