Христианское смирение

Христианское смирение

Третий признак человеческой воли, согласной с Божественной, есть христианское смирение, т. е. уничтожение в себе о самом себе мнения, выступающего за пределы существа ограниченного, смертного. Это исключительно Христианская добродетель — она едва ли была известна древним идолопоклонникам. Кто не заражен самомнением(высокомерием), тот все сделанное им доброе приписывает не себе, не своему разуму, но Божьей благости и силе. Своими же, в тесном смысле, считает только свои заблуждения и всякую неправду. Содержи постоянно в памяти изречение блаженного Августина: "все доброе, предпринятое и совершенное тобою, относи к Богу и признавай, что без Бога ничто невозможно для тебя, а с Богом — все."

Таковым добрым делателем действительно и бывает тот, кто не полагает надежды на свою мудрость и свои силы, но, с упованием на помощь Божью и не отчаиваясь в ней, не отказывается от совершения тех дел, которых требуют от него его обязанности и его звание. Он настолько успешнее и лучше выполняет их, насколько меньше полагается на себя, будучи уверен, что он сам собою ничего, но с Богом все может сделать. Он трудится по мере сил своих, но добрых плодов своей деятельности ожидает от Божьего благоволения, перенося сердцем благодушно все то, что само по себе не худо, но кажется таким терпящему от недоброжелателей, от наложения излишних на него трудов, налогов, нанесения обид и т. п.

Совсем другие последствия своей деятельности имеют те гордые, самонадеянные люди, которые, забывая о Боге и своих обязанностях, полагают всю надежду на самих себя, на свою мудрость, ловкость, искусство, на свои силы. И до чего такие люди бывают высокомерны! Они превозносят себя в свете перед своими сверстниками и восхваляют до небес, а между тем в важных и полезных делах оказываются нерадивыми и небрежными по своей самонадеянности.

Совершенно же предавшие себя Богу, смиренные труженники в винограднике Христовом, поступают иначе: они уподобляются коромыслу весов с прицепленными к нему на противоположных концах чашами: чем больше кладется в одну из чаш весовых гирь, тем больше оно понижается, противоположная же чаша с тем вместе повышается на столько же. Это символический образ достоинства людей Божьих и людей мира сего — чем более человек смиряет себя пред Богом и людьми, тем более возвышают его благодать и милость Божья, и наоборот: чем выше ставит себя он перед Богом и презирает свою братию через свое высокомерие, тем более унижает свое человеческое достоинство.

Серьезный начальник какой-либо воинской части, которому поручены защита и охранение города от неприятельского нападения, еще заблаговременно осматривает слабые, мало укрепленные места, производит их укрепление, делает распоряжение о достаточном заготовлении хлебных запасов, усматривает надлежащие места для постановки орудий и артиллерийских запасов — словом, заботится встретить неприятеля храбро и во всей готовности дать ему сильный отпор, ибо он знает, что врагам нельзя верить. Подобно ему каждый христианин должен готовится заблаговременно к неожиданной встрече своих неприятелей, говоря: "я не избавлен ни от болезни, ни от смерти, а потому не лучше ли предварительно ограждать себя почаще исповедью и принятием святых Таин, вооружать себя молитвой и постом"?

Напротив, человек самонадеянный и нерассудительный, уповая на свои силы, думает обыкновенно, что он почти уже готов отразить все нападения своих врагов. Или же он выжидает более удобного времени к принятию мер для ограждения себя от них, или наконец, так самоуверен в том, что успеет приготовиться и тогда, когда наступит необходимость в приготовлении. Весьма благоразумно выразился об обоих Соломон в своих притчах, говоря: "глупый верит всякому слову, благоразумный же внимателен к путям своим. Мудрый боится и удаляется от зла, а глупый раздражителен и самонадеян" (Притч. 14:15–16). Но об этой зловредной самонадеянности поговорим обширнее впоследствии.