История появления этого святого образа

История появления этого святого образа

В Свято-Вознесенском соборе города Изюма Харьковской области находится чудотворная икона Божией Матери, именуемая «Песчанская». История прославления этой иконы связана с жизнью святителя Белгородской епархии Иоасафа Горленка.

Вот что передается в имеющемся при церкви «Сказании» об этой иконе.

В 1754 году святитель Иоасаф, объезжая свою епархию, в состав которой входила и нынешняя Харьковская область, прибыл в город Изюм. Первая церковь, которую он посетил, была Вознесенская в предместье города, называемом «Замостье»[4].

Встреченный духовенством и войдя в притвор, святитель с изумлением остановился и начал всматриваться в большую икону Богоматери, стоявшую в углу притвора и служившую как бы перегородкой, за которой ссыпали уголь для кадила. Долго с умилением смотрел он на святую икону, потом, осенив себя крестным знамением, пал перед ней на колени и громко произнес: «Царица Небесная! Прости небрежность Твоих служителей: не ведят бо, что творят». Потом, сделав благочинному замечание за такое небрежное отношение к святыне, сказал: «Почему этот образ не постановлен на лучшем месте? В сем образе преизобилует особенная благодать Божия: в нем Пресвятая Владычица являет особое знамение Своего заступничества для сей веси и целой страны», – и тут же приказал поставить эту икону в более приличном месте. Благочинный в оправдание заметил, что в церкви много икон от старого иконостаса, которым нет места. Тогда святитель, быстро выйдя на средину церкви, посмотрел на все стороны и, обратив внимание на большой киот сзади левого клироса, обставленный небольшими иконами из старого иконостаса, сказал: «Вот самое приличное место для иконы Божией Матери. Поставить ее на место этих уже обветшавших икон и чтобы она всегда стояла в этом киоте». С тех пор икона всегда стояла на этом месте и даже после перенесения церкви на Пески. После же сооружения в 1826 году новой каменной церкви, вследствие изменения плана, икона помещается и до настоящего времени в киоте по левую сторону иконостаса.

Святитель Иоасаф пробыл в Изюме более трех дней; ежедневно утром и вечером он приходил в Вознесенскую церковь и молился пред образом Божией Матери.

Весть о внимании, обращенном святителем на икону, о его молитве пред нею, распространилась между жителями, и многие стали прибегать к ней, как к имеющей особенную благодать; к тому же в это время начал распространяться слух, что святитель пред выездом из Белгорода видел сон: будто бы он осматривал церкви и в одной из них, в притворе увидел на куче сора икону Богоматери со светлым сиянием, исходившим от нее, причем неизвестный голос указывал на эту икону, как на источник благодати для страны. Сон этот произвел такое впечатление на святителя, что он во время поездки по епархии внимательно осматривал каждую церковь, как будто ожидал найти сходство с тем, что видел во сне. Прибыв в Изюм, он был поражен сходством Вознесенской церкви с виденной во сне, а потому, вглянув на икону Божией Матери, стоящую в притворе и в таком небрежении, он понял, что сон его относился к этой церкви и к этой иконе.

И действительно, после этого многие стали обращаться с верою и молитвою к Владычице мира и получали у этого образа исполнение просимого; вследствие чего весть о церкви, в которой хранится дивный образ Божией Матери, распространилась далеко за пределы Изюма, и многочисленные толпы желавших поклониться святой иконе начали стекаться в эту церковь.

С перенесением Вознесенской церкви в 1792 году с Замостянской улицы на Пески была перенесена и икона, привлекавшая все более и более почитание и благоговение как прихожан, так и окрестных жителей. И Пречистая Дева, Царица неба и земли, не посрамила чтущих всечестное имя Ее и с верою и любовию поклоняющихся Ее пречистому образу. Вскоре после перенесения церкви и образа на Пески Она благоволила явно показать всем, что на этом образе почивает Ее особенная благодать и что всякий, с верою прибегающий и припадающий к этому образу, не отойдет от Лика Ее тощ и неуслышан.

Около 1800 года в Изюме жил учитель местного училища Стефан Гелевский, у которого умирали дети; наконец заболевает и последний, оставшийся в живых, сын Петр. Несмотря на сильную скорбь, родители не теряли надежды на милость Божию и, веря в благодатную силу образа Божией Матери на Песках, дали обещание отслужить молебен пред этим образом, для чего и отправились на Пески; по дороге сын их умер. Мать хотела возвратиться назад, но отец настоял на том, чтобы исполнить данное обещание. По прибытии на Пески, не говоря никому о смерти ребенка, проливая слезы, они просили священника отслужить молебен пред иконой Божией Матери. Во время молебна родители со слезами умоляли Заступницу христиан быть их утешительницею. И вера их не посрамилась. Во время чтения в третий раз кондака «О, Всепетая Мати…» дитя, до тех пор бездыханное, вдруг вскрикнуло так сильно, что привело в ужас всех присутствующих; отец и мать лишились чувств. Придя в себя, они рассказали, как сын их умер по дороге, но пред иконой ожил по ходатайству и молитвам Царицы Небесной. Прослушав литургию и приобщив младенца Святых Тайн, родители с радостию возвратились домой, славя Бога и Его Пречистую Матерь за оказанную им милость. Этот младенец скоро поправился, вырос, служил потом в Петербурге и умер в пожилом возрасте в чине полковника. Слух о таком необыкновенном случае быстро распространился и начал привлекать на Пески толпы богомольцев и особенно жителей Изюма. Церковь и ограда были переполнены пришедшими помолиться у чудотворного образа, так что священник не успевал служить молебны. В это время в Изюме был благочинным и главным членом Духовного Правления соборный протоиерей Иоасаф Погорлевский, который по донесению ли Изюмского духовенства о том, что Изюмские прихожане исключительно служат молебны на Песках перед прославленной иконой Божией Матери, или же в силу других каких-либо причин воспретил Песчанскому причту служить пред образом молебны посторонним богомольцам. Но это запрещение по неисповедимым путям Промысла Божия послужило еще большему прославлению иконы Божией Матери. Вскоре после запрещения протоиерей Погорлевский заболел мучительною болезнию: судорогами жил и вследствие этого корчами всех членов, с сильной болью во всем теле, усиливавшейся при малейшем движении. Тяжко страдая, больной пришел к убеждению, что болезнь эта есть наказанье Божие, посланное ему за сделанное распоряжение о прекращении прославления Песчанской иконы Божией Матери. Сознавая свою вину, он решил обратиться к Целительнице всех болезней и велел нести себя к чудотворному образу Божией Матери на Пески, так как везти его нельзя было вследствие сильной боли от сотрясения. Принесенный на Пески на простынях и положенный пред иконой, он во время молебного пения горячо молился Пресвятой Богородице, прося прощения и исцеления своей болезни. Как только окончился молебен и больной приложился к образу, тотчас он почувствовал облегчение настолько, что сам без посторонней помощи вышел из церкви, тогда как в церковь был внесен на простынях. Чрез несколько дней Погорлевский был совершенно здоров. После этого он не воспрещал служение молебнов пред образом всем приходящим, всегда благоговел пред ним и всем советовал обращаться к нему, как к видимому источнику благодати.

Эти два, следовавшие скоро один за другим, чудесных случая явно показали, что икона эта предназначена быть многотекущей рекой Божественной благодати для всех верующих. И действительно, к этой иконе, как к целебному источнику, начали, и до сих пор не перестають, стекаться толпы верующих богомольцев. Чудесные знамения благодати Божией, совершавшиеся у святой иконы по молитвам и ходатайству Пресвятой Девы в прежнее время, с давних пор, переходя из уст в уста, делались достоянием предания. Время стирало в народной памяти подробности каждого отдельного случая, но не изглаживало, а напротив, утверждало в сознании народа убеждение в их несомненности, вследствие чего вера в чудотворную силу святой иконы не ослабевала, но все более и более укреплялась и подтверждалась новыми проявлениями милосердия Божия по молитвам Его Пречистой Матери.