ГЛАВА IV

ГЛАВА IV

О том, чт? есть Бог? О том, что Божество — непостижимо

Итак, что Бог есть, ясно. А чт? Он по существу и природе — это совершенно непостижимо и неизвестно. Ибо, что Божество бестелесно, — ясно. Ибо как может быть телом беспредельное, и неограниченное, и не имеющее формы, и неосязаемое, и невидимое, и простое, и несложное? Ибо как может быть [что-либо] неизменным, если оно — описуемо и подвержено страстям? И как может быть бесстрастным составленное из элементов и в них опять разрешающееся? Ибо сложение — начало борьбы, борьба же — раздора, а раздор — разрушения; разрушение же — совершенно чуждо Бога.

Каким же образом сохранится и то положение, что Бог проникает все и все наполняет, как говорит Писание: еда небо и землю не Аз наполняю, рече Господь (Иер. 23, 24)? Ибо невозможно, чтобы тело проникало через тела, не разрезывая и не разрезываемое, и не сплетаемое, и не противополагаемое, подобно тому как смешивается и растворяется то, что принадлежит к влажному.

Если же и говорят некоторые, что это тело — невещественно, как и то, которое эллинские мудрецы называют пятым, но этого, однако, быть не может, [ибо] оно, во всяком случае, будет двигаться, как небо. Ибо это есть то, что они называют пятым телом. Кто же — движущий его? Ибо все движимое приводится в движение другим. Кто же движет его? И поэтому [я буду продолжать идти] в бесконечность, пока мы не придем к чему-либо неподвижному. Ибо перводвижущее — неподвижно, что именно и есть Божество. Как же — не ограниченно местом то, что движется? Итак, одно только Божество — неподвижно, Своею неподвижностью приводящее все в движение. Поэтому должно признать, что Божество — бестелесно.

Но и это не показывает существа Его, подобно тому как не показывают и [выражения: ] нерожденное, и безначальное, и неизменяемое, и нетленное, и то, что говорится о Боге или о бытии Божием; ибо это обозначает не то, чт? Бог есть, но то, чт? Он не есть. А желающему сказать о сущности чего-либо должно объяснить — чт? оно есть, а не то, чт? оно не есть. Однако сказать о Боге, чт? Он есть по существу, невозможно. Скорее, более свойственно говорить [о Нем] через удаление всего. Ибо Он не есть что-либо из сущего: не как не сущий, но как Сущий выше всего, что существует, и выше самого бытия. Ибо если знания [вращаются около] того, что существует, то, что превышает знание, во всяком случае, будет выше и действительности. И наоборот, то, что превышает действительность, выше и знания.

Итак, Божество беспредельно и непостижимо. И только это одно: беспредельность и непостижимость в Нем — постижимо. А что говорим о Боге утвердительно, показывает не природу Его, а то, что — около природы. Назовешь ли ты Его благим, или праведным, или мудрым, или чем бы то ни было другим, ты скажешь не о природе Бога, но о том, что — около природы. Также некоторое, что о Боге говорится утвердительно, имеет значение превосходного отрицания; как, например, говоря о мраке в отношении к Богу, мы разумеем не мрак, но т?, что не свет, а — выше света; и говоря о свете, разумеем то, что не есть мрак.