Глава III ПАЛОМНИЧЕСТВО В МАРАТИКУ{1}

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава III

ПАЛОМНИЧЕСТВО В МАРАТИКУ{1}

Место, где было сновидение, - монастырь Толу. Если вы видите во сне вещь или место, где вы прежде бывали, то это обычно является повтором через кармический след. Если вы во сне видите место или ситуацию, где вас нет, то это отражает ваше желание или стремление. С другой стороны, если вы видите сон о месте, где вы действительно сейчас пребываете, то часто это имеет определенное значение. Таким образом, я заключил, что это мог быть важный сон.

В этом сновидении я был в пещере Толу, и даже люди, которые сопровождали меня в путешествии, тоже были в этом сновидении. Когда я учил своих учеников, то к нам присоединился мой дядя. Я бы сказал, что этот человек был не только моим дядей, но и одним из моих главных учителей и необычным практикующим и Тертоном[32].

Я расскажу короткую историю, которая проиллюстрирует замечательную жизнь моего дяди. В детстве я жил вблизи монастыря. В то время умер жеребенок, и стервятники поедали его плоть, но даже после того, как они закончили, один из стервятников остался. Мой дядя попросил двух монахов пойти и принести этого стервятника.

После того, как они вернулись в монастырь со стервятником, монахи заметили, что птица была ранена - в ее плече застрял кусок металла. Один из монахов попытался вытащить его, но птица очень разволновалась, и мой дядя приказал им остановиться и положить стервятника на огороженную территорию сада. Помню, я думал, как странно, что эта птица оставалась такой молчаливой и пассивной в то время, когда все это происходило. Фактически, вся ситуация становилась необычной.

На следующий день дядя приказал мне накормить стервятника молоком. Когда я пришел в сад, который имел полукруглую форму и деревянный пол с покрытием, этот стервятник сидел неподвижно. Я поставил перед ним молоко. Он подвигал немного головой и начал пить. Он пил до тех пор, пока не выпил все молоко, а потом начал бегать. Бегая таким образом, он слегка двигал крыльями. Он бегал по площадке, на которой находился, во всю ее длину. Это была очень длинная дистанция. Он пробежал до конца сада, а затем назад, до половины, и обратно. Затем он остановился, и тот кусок металла, железный стержень, выпал из его крыла. В тот самый момент, когда этот кусок металла выпал, стервятник взлетел и направился на восток, в сторону горы, называемой Ситанг. Известный Дзогченовский монастырь[33] находится как раз за этой горой. Именно на этой горе в пещере обычно жил мой дядя.

Мы осмотрели кусок железа, который выпал из крыла стервятника. Он был довольно длинный. А вонзившийся кончик этого железного прута имел треугольную форму. Я все еще помню красивый звук, который произвел этот кусок железа, когда он выпал из крыла. Это событие было всего лишь одной из удивительных вещей, которые часто происходили вокруг моего дяди.

Так что в том случае в Толу дядя проявился в моем сновидении. В сновидении ему было не больше 14 - 15 лет. Он сказал мне, что очень доволен тем, что я даю такое прекрасное учение, и что оно полезно каждому. Я спросил его, действительно ли он его слышал, и он ответил, что слышал каждое слово. В сновидении я преподал Тхиг Сум Недек[34] - Три известных Завета Гараба Дордже[35]. Затем мой дядя попросил объяснить мой гомтер[36] о Намкха[37]. Я ответил ему, что мой сон о Намкха не был гомтером.

Позвольте объяснить, что я имел в виду. Несколько лет назад я был в Нью-Йорк Сити. Я давал семинар о функциях элементов и энергий, а также о тибетской истории. В этом семинаре я объяснял элементы и их функционирование согласно древней традиции Бонпо[38]. В ту ночь у меня был сон. В нем был маленький мальчик, одетый в синее. Я спросил его, кто он такой, и он ответил, что его имя Пюэль. Пюэль - божество Бонпо, особенно известное своей способностью выполнять гадание, используя астрологию.

Я сказал: "Если ты действительно Пюэль, тогда объясни мне функцию элементов индивидуума, и как можно было бы гармонизировать их, когда возникают проблемы". Тогда ребенок объяснил различные виды функций элементов относительно тела, жизни, судьбы, способностей и т. д. Благодаря этому я открыл точный принцип Намкха, метод гармонизации элементов личности.

Я сказал моему дяде, что этот сон о Намкха не был гомтером, это был всего лишь сон. Но он настаивал, что это был гомтер, который он уподобил бы передаче. Поскольку он был моим учителем, я в действительности чувствовал себя несколько неудобно относительно его просьбы, но он настаивал, так что в конце концов я прочитал ему книгу и таким образом дал передачу. После того, как это закончилось, он сказал, что Намкха будет важной практикой в будущем. Он также отметил, что я должен практиковать и обучать пяти "практикам темноты". Я спросил его: "Что это такое, практика пяти видов темноты"? Он ответил, что об этом будут указания позже. Таким был один из моих снов.

В те дни, которые мы провели в монастыре Толу, я все время видел весьма важные сновидения. Они были постоянными, и ко времени, когда мы достигли астрологически значимого 25-го дня[39], я уже немного нервничал в отношении сна, желая выспаться. Озабоченный этим, я лег в постель, но не мог заснуть. Наконец, когда я заснул, то почувствовал себя в сновидении, в котором я с кем-то говорил. В действительности я не знал, говорю ли я с кем-либо или у меня происходит разговор с самим собой.

Голос инструктировал меня расслабиться, расслабить сначала дыхание, затем тело, пока я не окажусь в релаксированном состоянии Самайя[40]. Я подумал, что прежде никогда не слышал о таком релаксированном состоянии Самайя. Тем не менее я старался снова и снова расслабиться и ввести себя в это состояние. Всякий раз, в основном, из-за некомфортных условий сна в Толу, я просыпался. Действительно, я просыпался по меньшей мере два или три раза, пытаясь войти в состояние релаксации. Во время одной из них в сновидении я получил указание развязать горные ремни, которые от усталости я был не в состоянии снять перед сном.

Проснувшись и помня об этом указании, я развязал их и снова заснул, медленно расслабляясь до состояния Самайя. "Этого еще недостаточно, - сказал голос, - у нас должно быть более свежее и легкое дыхание". Соглашаясь, я открыл палатку, чтобы впустить свежий воздух, хотя было очень холодно и дул сильный ветер. И снова я вернулся в сон и вошел в Самайя. Я опять подумал, что эта Самайя не является уж столь необычной, и на самом деле это не состояние созерцания[41].

Голос вернулся и сказал: "Теперь, когда ты сделал это, ты должен достичь состояния Дхармадхату"[42]. Получив указания, я расслабился, направляя себя в состояние Дхармадхату. Тем временем меня разбудил кашель из соседней палатки.

Однако я еще раз возвратился в сон и направлял себя пройти следующие стадии релаксации. Снова и снова я пробуждался по той или иной причине и вынужден был начинать сначала. Затем внезапно голос сказал: "Мы уже здесь, это и есть состояние Дхармадхату", и оно показалось мне состоянием созерцания.

Теперь голос проинструктировал меня, чтобы я направил себя в другое состояние. По мере того, как я делал это, стало появляться тигле[43], сходное с тем, что появлялось в прежнем сновидении, в пещере Толу. Я также увидел какие-то записи, и затем я проснулся еще раз. Мне пришлось начать снова, проходя через различные стадии расслабления до тех пор, пока вновь не появилось тигле. То, что я увидел в тигле, оказалось названием текста. На этот раз после заголовка появился и сам текст, как будто бы я смотрел на экран при просмотре фильма. Одна за другой появлялись полные серии медитативных практик. Я читал страницу за страницей, но если какую-то часть текста мне не удавалось прочитать, стоило мне лишь подумать, что она недостаточно понятна, как неясное место появлялось вновь. Оно повторялось, как если бы у меня было дистанционное управление. Таким образом я прочитал весь текст с самого начала до конца по меньшей мере три или четыре раза.

Из-за перерывов я часто просыпался. Но всякий раз я должен был снова погрузиться в состояние сна, начать с Самайя и всего остального, и лишь затем продолжался текст.

Внезапно голос сказал: "Теперь ты пребываешь в следующем состоянии". Отличие этого состояния от предыдущего состояло в том, что теперь те немногие слова, которые были не полностью ясны, появились и заняли буквально все пространство. Я даже не концентрировался на них и не всматривался в них, они просто появлялись. Таким образом я продолжил чтение, и оно длилось непрерывно почти до самого утра.

В этот момент я сильно закашлялся и проснулся. Слова все еще были там, хотя я уже открыл глаза. Это был не сон. Я видел их еще некоторое время, а затем они исчезли. Я подумал, что, может быть, это было воздействие сна. С любопытством я продолжал смотреть на небо. Небо было очень ясное, и там не было никаких видений.

Я вспомнил время, когда проводил ритрит в Норвегии. И в самый разгар практики со мной случилось то же самое. Я рассказал нескольким людям о том моем переживании. Прежде я читал о Снанг-ва-йи-гер-шар[44] в биографиях некоторых совершенных учителей. В Норвегии, насколько я помню, я тогда не понял, что означает фраза "Снанг-ва-йи-гер-шар". Как бы то ни было, я снова заснул и расслабился в последовательных стадиях сна. Во время сна, пока мне давали наставление, как войти в различные состояния расслабления, мне вдруг пришла мысль о последующем состоянии - состоянии, называемом "Бья-груб-йеше", дальнейшем состоянии мудрости. Голос ответил на мою мысль: "Оно придет, когда все будет завершено". Затем настало утро. Я чувствовал себя уставшим. Все остальные прекрасно выспались. Такова история двадцать пятого дня.

На следующий день мы долго взбирались вверх. В тот вечер, когда я уснул, все повторилось вновь. Опять я читал текст несколько раз и особенно те места, где буквы не были достаточно четкими. В какой-то момент я вдруг проснулся. Я обнаружил, что с головой укрылся одеялом. Было так ветрено, что я вынужден был защититься. Не снимая с головы одеяла, я открыл глаза и тут же взглянул на небо. Там на очень короткое время снова появились буквы.

А теперь я бы хотел рассказать вам о сновидении, которое было у меня в первую ночь нашего прибытия в пещеру Маратика. Перед сном я подумал, что завтра будет хороший день, чтобы начать медитационную практику долгой жизни, которую я захватил с собой. Я еще не полностью разработал конкретный метод выполнения этой практики, но принес текст практики с собой, поскольку понимал, что Маратика будет прекрасным местом для этой практики.

В ту ночь я видел во сне, что совершаю приготовление к практике в большой пещере. Я объяснял, как делать эту практику, и давал посвящение, которое позволило бы ученикам делать ее самим. Обычно в нашей традиции, чтобы делать практику долгой жизни, требуется посвящение в (эту практику) "Долгой жизни".

Те из вас, кто знает меня, знают и то, что я не из тех, кто обычно дает сложные формальные посвящения[45], но я всегда говорил, что необходимо выполнить некоторого рода посвящение для уполномочивания. Во сне у меня была идея, что нужно сначала дать тщательное объяснение значения посвящения. Когда это будет хорошо усвоено, можно было бы дать уполномочивание с мантрой. После этого мы бы сделали практику вместе; и это бы означало передачу голосом [речью].

Итак, во сне я объяснял по пунктам, что такое посвящение, начиная с посвящения тела. В этот момент я заметил, что около меня стоит человек, который передает мне что-то. Я повернулся к нему и увидел, что он не был обычным человеческим существом. В этом я был уверен, поскольку первое, что я заметил, взглянув на него, - это то, что нижняя часть его тела была, как у змеи. Я подумал, что, может быть, это Рахула[46], один из охранителей, но судя по его лицу это было не так. Затем я подумал, что, может быть, это кто-то, кого я знал. Я взглянул снова - лицом он был похож на дракона. Тело его было белым. Внезапно он положил мне что-то в руку.

Если вы получали посвящение, вы знаете, что обычно кто-то помогает учителю, подавая ему различные вещи. В определенный момент церемонии ассистент подает нужный объект. В моем сновидении драконоподобное существо подавало мне круглый предмет, которым я должен был удостоверить посвящение тела, данное только что.

Я взял в руку этот круглый предмет. Это было зеркало, но по ободку, окружавшему зеркало, было еще двенадцать маленьких зеркал. Вокруг всех них было некое подобие радуги. А по периметру - перья павлина. Оно было очень красивое. Взяв его в руку, я понял, что это предмет, с помощью которого я мог бы давать посвящение тела.

Обычно при посвящении зеркало представляет ум, аспект понимания. Тут же во сне ко мне пришло объяснение: "Тело кажется имеющим субстанцию, но по природе это пустота. Символ этого - отражение, которое кажется нашей формой в зеркале". Давая это объяснение в сновидении, я пользовался зеркалом, чтобы дать посвящение тела. В сновидении я прикасался зеркалом к голове каждого из получающих посвящение. После для каждого я также произносил мантру[47].

Потом я начал объяснять посвящение речи. В этот самый момент я почувствовал присутствие другого существа слева от меня. Это существо также поднесло предмет для удостоверения. Это было мала[48], сделанное из темно-красных рубинов, ограненных в виде цифры восемь. Я внимательно посмотрел на существо, подносящее мала. У него было темно-красное тело и только один глаз. Я снова подумал, что это не было обычное человеческое существо, возможно, это была Экаджати[49]. С другой стороны, оно было не совсем похоже на Экаджати, а в руках у него были эти странные предметы. В любом случае, сразу после того, как она дала мне мала, я обнаружил, что снова даю объяснение.

Это мала представляет собой непрерывное произнесение мантры. Я не только объяснял функцию мантры, но также давал очень необычное объяснение формы мантры, которая была представлена в виде цифры восемь. Это было очень странно, так как объяснение не имело ничего общего с особой практикой Долгой жизни (Цедруб Гондус) (учителя) Ньяла Пема Дендул[50], которую я привез.

На следующий день, после сновидения, относящегося к другой практике Долгой жизни, напоминающей практику дакини Мандаравы, я обнаружил, что действительно существует практика Янтиг, которая фактически включает в себя эту визуализацию. Тем временем фигура Экаджати положила мне в руку другой предмет, это был символ для уполномочивания посвящения ума. Предмет походил на свастику, но на концах были трезубцы. Свастика же располагалась в центре. Она была сделана из прозрачного драгоценного голубого камня.

Затем я объяснял значение передачи ума. После этого я прикладывал предмет к сердцу каждого человека по очереди. В то же время я произносил мантру, связанную с посвящением ума. После того, как я приложил этот предмет к сердцу первого человека, я увидел, что он оставил отпечаток и что отпечаток этого предмета вращается, издавая слабый звук. Он казался очень живым. При посвящении следующего человека случилось то же самое. Когда я, наконец, закончил, то увидел, что все отпечатки свастики все еще вращаются. Вот так я проводил посвящение, и затем я проснулся. На следующий день я решил провести ритрит внутри пещеры. Многие студенты, сопровождавшие меня в этом паломничестве, присоединились ко мне, чтобы выполнить практику Пема Дендул в пещере Мандаравы.

На следующий день у меня был опять особый сон. Хотя многие из наших людей еще не прибыли, во сне я увидел, что все собрались в пещере. Мы уже все вместе сделали практику, и я давал учение. Казалось, будто бы во сне абсолютно точно воссоздавалось все, что я видел во сне в прошлую ночь. Слева от меня была фигура красновато-коричневого цвета с одним глазом. Она снова держала в руке множество предметов, и в этот раз она дала мне хрустальную бусинку.

Было ясно, что это существо помогало мне, пока я давал наставление. Я взял кристалл и посмотрел на него. В центре кристалла я увидел слово. Как только я увидел это особое слово, я понял, что это существо действительно была Экаджати. У меня также было очень ясное видение во сне защитницы Экаджати, которая советовала мне: "Настало время открыть сокровища твоего ума жизненного цикла Ваджры, практики дакини для получения долгой жизни".

Вглядываясь внутрь маленького хрустального шарика, я мог видеть лучи света, исходившие во всех направлениях от слова, но они не выходили за пределы шарика. Как только я взял шар в руки, я спросил: "Что это такое"? Она сказала: "Это - Тате. Ты должен выполнить Тате". Я ответил, что не понимаю. В тот момент, когда я сказал это, казалось, будто бы кристалл исчез внутри меня. Я осмотрелся, ища Экаджати, но она также исчезла.

После пробуждения моей первой мыслью было Тате и что это могло означать. До рассвета было еще далеко, у меня было много времени, так что я продолжал концентрироваться на слове "Тате". Это незнакомое слово. Та означает "чистый", те означает "столкнуться" или иногда оно означает "составлять список". В состоянии между сном и явью я размышлял об этом, когда мне пришло на ум, что все, что требуется, - это записать текст, и позднее записать его снова, не устанавливая связь с первой версией, для того, чтобы проверить его достоверность. Теперь стало совершенно ясно, что требовалось сделать.

Умывшись, я взял бумагу и ручку и поднялся на скалу. Там без какого бы то ни было плана я записывал все, что приходило мне на ум. Я исписал несколько страниц, и то, что из этого получилось, оказалось (описанием) церемонии Экаджати. Это было начало. Потом я пошел завтракать. За завтраком я попросил одну из моих учениц сходить за тетрадью. Когда я закончил завтрак, она все еще не вернулась, так что я взял другую тетрадь и отправился в особое место, место силы Маратика, где я был в первый день, и сел там.

Я уже почти начал писать, когда ученица пришла с черной тетрадью и красной ручкой. И я приступил. Я как будто бы писал письмо. Я дал заголовок - "Маратика", указал день и час. Было 9.15 утра. Пока я писал, приходили разные люди из моей группы. Некоторые из них не знали, что я делаю. Когда они приходили поприветствовать меня, я старался отделаться от них.

Несмотря на перерывы, я закончил писать в 12.15. Когда я закончил, то увидел, что дописал последнюю страницу в тетради до самой последней строки. Казалось, будто это было заранее запланировано. Я отметил, что это хороший знак.

Возвратившись в наш лагерь, я передал текст двум ученикам на сохранение на несколько дней. Я думал, что через несколько дней я снова запишу этот текст. Это было бы Тате, вторая версия, подлежащая сравнению с первой с целью подтвердить ее достоверность. Это было бы доказательством, что текст подлинный, а не всего лишь игра моего интеллекта.

Прошло два дня. На третий день у меня был сон, который указывал, что пришло время писать и делать некоторые пояснения. После завершения утренней практики я снова сел писать и продолжал до обеда. Второй раз я переписывал его совершенно спокойно и легко. В этот раз это заняло у меня два с половиной часа. Затем я попросил вернуть мне оригинал, и моя старшая сестра сравнила две версии. Между ними не было существенной разницы, только две или три грамматические поправки.

Такова история оригинала этого текста практики, практики для обретения долгой и стабильной жизни. Текст включает мантры, дыхательные упражнения, контроль над собственной энергией, а также визуализацию. Там также есть наставления относительно чакр и каналов. В тибетской традиции практики подобного рода часто запечатывают, что означает, что их следует хранить в секрете в течение многих, многих лет. Когда вы сохраняете такие тайны, вам не позволяется даже упоминать о том, что вы знаете что-то секретное. В этом случае такой необходимости не было. Не было указания, что ее следует запечатать. Я не должен был хранить тайну; поэтому я рассказал об этом. Я также рассказал об этом в Маратике и выполнил передачу мантр.