21.01.92

21.01.92

Он был очень разным. Временами он был похож на ветхозаветного пророка — грозного, возвещающего волю Божию, временами — на иконного святого, погруженного в глубокое созерцание, в безмолвную молитву. Вся осанка была такой — лицо, фигура, жест, взгляд. Для меня он как бы соединял те и эти времена, древнюю и новую эпоху. Он был необходимым и неразрывным звеном в цепи святых, пророков, апостолов.

А временами — это был озорной, веселый, неистощимый на шутку человек.