Заключение

Заключение

Подводя итоги, нужно сказать, что ни в одном новозаветном произведении образ книги не играет столь значимой роли, как в Откровении Иоанна Богослова. На протяжении повествования Апокалипсиса встречаются четыре образа небесных книг; кроме этого, слово «книга» применено к самому Апокалипсису. Образы небесных книг Апокалипсиса, продолжая предшествующую библейскую и межзаветную традицию, являют при этом множество своеобразных и уникальных черт, в которых отражаются яркие особенности новозаветного богословия.

В отношении образа книги жизни автор Апокалипсиса последовательно придерживается предшествующей традиции: в книге жизни записаны имена людей, наследующих вечную жизнь, что в Апокалипсисе выражается как гражданство в Небесном Иерусалиме (Откр 21: 27). При этом образ книги жизни в Апокалипсисе обогащен чертами, присущими новозаветному откровению. Книга жизни пребывает во владении Христа (Откр 3: 5; 13: 8; 21: 27) как победившего смерть, живущего «во веки веков» (Откр 1: 18) и истинного Судии (ср. Откр 19; Ин 5: 22; Мф 25: 31—46). «Предвечное» написание имен в книге становится возможным благодаря искупительной жертве Христовой (Откр 13: 8). В образе книги жизни акцентируется всеведение Божие – грешники не вписаны в нее «от создания мира» (Откр 13: 8; 17: 8). Характерной особенностью является также то, что единственное в Апокалипсисе упоминание об «изглаживании» из книги (Откр 3: 5) сделано в контексте обетования о спасении, что особенно подчеркивает милость Божию.

Образ книги людских деяний, единожды упомянутой в сцене эсхатологического Суда в Откр 20: 12, полностью укладывается в рамки традиционных иудейских представлений. Пред Богом открыты все дела людей, на их основании осуществится справедливый суд над каждым, и таким образом будет определена вечная участь человека.

Наиболее сложным и многоплановым образом является книга Откр 5: 1, находящаяся в деснице «Сидящего на престоле», написанная «внутри и отвне» и «запечатанная семью печатями». Эта книга представляет собой уникальный образ небесной книги для всей иудейской традиции. На основании ранних святоотеческих толкований, библейских параллелей и современных Тайнозрителю реалий было установлено, что в сцене Откр 5 запечатанная книга играет роль символа универсального владычества, которое передается Богом распятому и воскресшему Христу. Однако значение запечатанной книги для повествования Апокалипсиса отнюдь не исчерпывается данной ролью.

Из всех видов небесных книг ближайшим прототипом запечатанной книги является книга судеб, которая также связывается с идеей владычества. Однако в Апокалипсисе не выражена характерная для древнего ближневосточного и античного мировосприятия мысль, что вся история вплоть до мельчайших деталей предопределена заранее. В повествовании Апокалипсиса задан иной акцент: человеческая история направляется благим Богом к вечному спасению. В соответствии с этим представляется наиболее точным и взвешенным определить запечатанную книгу как спасительный эсхатологический замысел Божий, реализуемый в мировой истории. Господь Иисус Христос, Богочеловек, в совершенстве исполнивший замысел Божий о человечестве, «достоин» принять и раскрыть книгу определений Божиих. Написание книги «внутри и отвне» символизирует всеохватывающий характер Божиих определений, запечатанность – неизменность и непостижимость воли Божией. К такому толкованию тесно примыкает понимание запечатанной книги как пророчеств Ветхого Завета, которые исполняются во Христе, а также завета Божия с человечеством. Особого внимания заслуживает синтезирующее толкование книги, сделанное сщмч. Викторином Петавийским и соединяющее образность

Писания Ветхого Завета и завещания. Согласно св. Викторину, по отношению к книге как завещанию Иисус Христос выступает и как Завещатель, и как Исполнитель его условий, и как его Наследник – таким образом подчеркивается уникальная роль Христа.

В работе был рассмотрен и иной аспект образа запечатанной книги – его связь с последующим повествованием Апокалипсиса. Вполне обоснованно мнение, что содержание книги в определенной мере раскрывается в последующих видениях Апокалипсиса. Есть все основания полагать, что сцена Откр 5 («Сидящий на престоле» передает запечатанную книгу Агнцу) соответствует описанной в заглавном стихе Откр 1: 1 «цепи» передачи откровения («откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог»). В этом случае образ запечатанной книги Откр 5: 1 играет знаковую роль во всем Апокалипсисе – содержание книги являет обетованное в Откр 1: 1 «откровение Иисуса Христа». В соответствии с повествованием глав, в которых видится раскрытие содержания книги, главной темой обетованного откровения может считаться либо осмысление зла и страданий в мире (Откр 6:1 – 22: 5), либо Божие воздаяние грешникам (Откр 8:1 – 22: 5), либо видения подлинной реальности мировой истории и эсхатологического суда (Откр 12: 1 – 22: 5), либо финальные события эсхатологического свершения – падение богопротивного Вавилона и явление Небесного Иерусалима (Откр 17: 1 – 22: 5). Несомненно, что все эти темы присутствуют в Апокалипсисе, и различные варианты видения центрального откровения опираются на уже наличествующую в его тексте содержательную тематику. Проведя анализ аргументации, мы пришли к убеждению, что разные варианты понимания обетованного откровения не исключают друг друга, но равно допустимы и выявляют различные грани Откровения Иоанна Богослова.

Из посылки о видениях Апокалипсиса как содержания запечатанной книги можно вывести важное богословское следствие. Агнец-Христос, победивший силы зла, держит в Своих руках книгу с семью печатями, в которой содержатся все дальнейшие видения мировой истории, показанные в Апокалипсисе. Соответственно можно заключить, что все разворачивающиеся перед глазами читателей события человеческой истории, в которых проявляется борьба добра и зла, имеют подчиненный статус по отношению к явленной Тайнозрителю истинной реальности владычества Бога и Христа, описанной им в Откр 4—5.

Книжка, данная Тайнозрителю ангелом в сцене Откр 10, символизирует призвание ап. Иоанна к пророческому служению (ср.: Иез 2: 8 – 3: 3). Содержание книжки отражено в отрывке Откр 11: 1—13 – повествовании об «измерении храма» и пророческом служении «двух свидетелей». Путем всестороннего анализа повествования Откр 11: 1—13 мы пришли к выводу, что в откровении книжки в символическом виде раскрывается проблематика всего пути христианской Церкви: внутренней сохранности и защиты Церкви Богом, свидетельства Церкви в мире, страданий членов Церкви и спасительности их страданий, приводящих к окончательной истинной победе над гонителями и к обращению прежде неверующих.

Из многочисленных структурных параллелей становится очевидным, что книга Откр 5: 1 и книжка связаны между собой. Книжку Откр 10 можно назвать малым подобием вселенской запечатанной книги в деснице Божией. Ее значение может быть расширено как имеющее отношение не только лично к Тайнозрителю, но и ко всем христианам. Наилучшим образом соотношение книжки и книги Откр 5: 1 можно сформулировать так: книга Откр 5: 1 символизирует эсхатологический замысел Божий, реализованный Христом, книжка – участие христиан, представленныхТайнозрителем и «двумя свидетелями», в завершении исполнения этого замысла в исторической перспективе.

В работе были сделаны соответствующие выводы о взаимном отношении образов небесных книг. На основе анализа порядка упоминания слова «книга» в Апокалипсисе была выявлена четкая хиастическая структура: вначале упоминается Апокалипсис как книга (Откр 1: 11), затем книга жизни (Откр 3: 5), книга с семью печатями (Откр 5), «книжка» Откр 10; после этого вновь упомянута книга жизни (Откр 13: 8; 17: 8; 20:12,15; 21: 27), вместе с примыкающей к ней книгой людских деяний (Откр 20: 12) и,

наконец, снова Апокалипсис как книга (Откр 22). Данный факт еще не был отмечен и осмыслен предыдущими исследователями Апокалипсиса. В центре выявленной хиастической структуры находятся книга с семью печатями и книжка, что подтверждает тезис о том, что они являются главными образами небесных книг Апокалипсиса и наиболее значимыми для развития всего повествования.

На основании проведенных исследований был сделан вывод, что все упоминаемые в Апокалипсисе образы книг по праву можно считать взаимосвязанными и взаимодействующими. Эти книги маркируют путь, который очерчивает Тайнозритель на протяжении всего повествования: от земных реалий – к небесным, от судеб конкретных людей – к общим величинам истории, с последующим возвращением к исходной точке.

Наконец, в ходе проведенного исследования было установлено, что важное место в развитии повествования занимают упоминания самого Апокалипсиса как книги (Откр 1 и 22), которые являются неотъемлемым элементом вышеописанной хиастической структуры. Появляясь в первой и последней главах, указания на Апокалипсис как книгу служат композиционным обрамлением всего произведения. Более того, в работе мы пришли к заключению, что сам Апокалипсис имеет определенную общность с небесными книгами. Действительно, если содержание книги с семью печатями раскрывается в видениях Откровения Иоанна Богослова, то содержание этой небесной книги фактически соединяется с текстом Апокалипсиса. Кроме этого, в самом тексте Апокалипсис наделяется присущими небесным книгам свойствами: божественным авторитетом, высшей истинностью, непостижимой глубиной. Также во всем повествовании Апокалипсиса ярко акцентируется сочетание воли Божией и воли человеческой («синергия»), что в свою очередь является очень характерным для образов библейских небесных книг. Итак, на основании тщательного анализа текста Откровения Иоанна Богослова можно утверждать, что весь Апокалипсис мыслится как содержание небесной книги замысла Божия, открываемое Тайнозрителю Богом и Христом.