Глава IV ЖИЗНЬ В ДОМЕ  

Глава IV

ЖИЗНЬ В ДОМЕ  

1. Туалет

Египтяне отличались большой чистоплотностью: они считали, что не только человеческое тело всегда должно быть чистым, но и одежду и жилище необходимо постоянно поддерживать в безупречной чистоте. Вернувшись в Египет, Синухе первым делом сбросил с себя одеяние из крашеной шерсти, которое не снимая носил, пока жил среди бедуинов. Подобно Улиссу, оказавшемуся среди феакийцев, он преобразился, сразу помолодев на несколько лет. Он постригся и расчесал спутанные волосы, натер свое тело благовониями, которые, вполне возможно, хранились в золотом или обсидиановом кувшине вроде того, что правитель Библа Абишем получил в дар от царя Аменмеса III, и облачился в одежды из чистейшего льна.

Египтяне мылись несколько раз в день: утром после сна и до и после каждой трапезы. Умывальные принадлежности обычно состояли из таза и кувшина с носиком, которые, как правило, держали под столом, уставленным яствами. Слово, обозначающее «таз», – шаути происходит, по всей вероятности, от слова ша – «песок», а название кувшина, хесмени, – от слова хесмен – «натр». По-видимому, в таз насыпали песок, а в воду в кувшине добавляли натр. В воду, предназначенную для полоскания рта, насыпали немного специальной соли, бед. Словом суаб (от уаб – опрятный, чистый) называлась густая пенящаяся паста, состоявшая из таких ингредиентов, как зола и сукновальная глина.

После утреннего омовения мужчина вверял себя в руки цирюльника и слуг, занимающихся маникюром и педикюром, а женщина – парикмахеру. Утренний туалет фараона был торжественным событием при дворе. Знатнейшие люди страны считали за честь присутствовать при этом и старались никогда не опаздывать. Визири, высшие сановники и номархи также превращали свой утренний туалет в  церемонию, на которой собирались все родственники и помощники. Писцы стояли на коленях перед господином, готовясь записать его повеления или развернув длинные свитки папируса с именами, цифрами и перечнем выполненных или предстоящих работ. Тем временем слуги делали ему маникюр и педикюр, а цирюльник брил щеки и голову. Он пользовался бритвой с изогнутым лезвием – инструментом, сильно изменившим свой вид со времен Среднего царства, когда для бритья использовалось устрашающее орудие, больше всего напоминавшее плотницкую стамеску. Бритвы хранились в кожаных футлярах с ручками, а сами футляры обычно держали в изящных ларцах черного дерева. Затем хозяин дома с гладко выбритой головой и короткой квадратной бородкой, умытый, бодрый и свежий, переходил в руки специалистов по умащениям и благовониям. Они приносили ему драгоценные мази и духи в запечатанных сосудах из хрусталя, зеленый и черный порошки (малахит – окись меди и галенит – окись свинца) для подводки глаз. Египтянам нравились глаза миндалевидной формы. Кроме того, порошки обладали профилактическим действием, предохраняя глаза от воспалений, вызываемых слишком ярким солнцем, ветром, пылью и насекомыми.

Девушка перед зеркалом (Эрман. Жизнь в Древнем Египте)

Египтяне пользовались целым набором косметических средств. Чтобы избавиться от запаха пота в жару, надо было в течение нескольких дней натирать все тело мазью, сделанной из терпентинного масла (сенте), ладана (анти), какого-то неизвестного порошка и благовоний. Отдельные мази были предназначены для умащения паха и подмышек. Были мази, освежающие и омолаживающие кожу, возвращающие телу упругость, и мази от пятен и прыщей на лице. Для разглаживания морщин, например, использовалась смесь толченого алебастра, натра, «северной соли» и меда. Другие препараты замешивались на ослином молоке. Волосы требовали постоянных забот. Седые волосы вырывали, а для предотвращения седины, облысения, а также для ращения волос существовали специальные средства, например касторовое масло. Египтяне умели также удалять лишние волосы, а женщины знали средство, как сделать так, чтобы соперница полностью облысела.

Один из важных рецептов записан в конце медицинского трактата. Название его весьма многообещающе: «Как сделать старика юным». Плоды греческого пажитника (по-арабски – хелба) следовало высушить, очистить, отделить мякину от шелухи. Из растертых плодов и шелухи в равных частях замесить тесто. Выпарить воду. Сухую лепешку растереть в порошок. Замешать из этого порошка тесто и нагреть, на поверхности выступят маленькие капельки. Остается только собрать это масло, очистить, осветлить и слить в сосуд из твердого камня, например обсидиана. Это драгоценное масло придает коже чудесный цвет. Оно же помогает от облысения и уничтожает бурые и красные пятна, которые с годами появляются на коже. Средством этим пользовались тысячи египтян. Единственный его недостаток в том, что на приготовление уходило очень много времени, а получалось чудодейственного масла слишком мало, поэтому стоило оно очень дорого.

Те, кто победнее, вынуждены были обращаться к уличному цирюльнику, устроившемуся где-нибудь в тени деревьев. Дожидаясь очереди, они лениво переговаривались друг с другом или дремали, склонив голову на колени и обхватив ее руками. Иногда мест не хватало, и двое были вынуждены усаживаться на один табурет. Когда подходила очередь, клиент усаживался на стул с тремя ножками, и вскоре брадобрей отпускал его довольного и чисто выбритого, с головой сияющей на солнце, как отполированный морем голыш.

Туалет состоятельной женщины, как и в случае с ее супругом, был значительным событием. На одном из рельефов мы видим одну из царских фавориток, занятую туалетом. Она сидит в удобном кресле с высокой спинкой и подлокотниками, в руках держит зеркальце – диск из полированного серебра с ручкой черного дерева с золотом в форме стебля папируса. Над ней склонился парикмахер. Его ловкие тонкие пальцы умело заплетают множество маленьких косичек, хотя волосы фаворитки подстрижены достаточно коротко. Шпильками из слоновой кости он заколол те пряди, до которых еще не дошла очередь. На такую прическу уходило много времени, и, чтобы госпожа не скучала, слуга наполняет из маленького кувшинчика чашу и подносит ей со словами: «За твоего ка!» Жена Анупу, простого крестьянина, возделывавшего маленький клочок земли, разумеется, не могла позволить себе такой роскоши. Ей приходится причесываться самой, пока муж и его брат работают в поле.