2. Компетенция Поместного Собора.

Интересно, что Поместный Собор 1917-18 г. оставляет за собой всю полноту церковной власти: законодательную, административную, судебную и контролирующую. Положение 1945 г. и Устав 88 г. исключают «контролирующую» власть из компетенции Поместного Собора и никому её не передают.

Устав 2000 г. исключает из компетенции Поместного собора «законодательную», «контролирующую», «административную» и «судебную» власть [161]. Компетенция «высшей власти», которая «принадлежит Поместному Собору», в пункте 1-м неконкретна. Устав 2000 передаёт высшую «законодательную и судебную» власть Архиерейскому собору, а «исполнительную» — Патриарху и Синоду [162].

Что касается «контролирующей» власти, она «приказала долго жить». Она вообще не существует в Церкви ни de jure, ни de facto, вопреки предостережению: «Раб тот скажет в сердце своем: не скоро придёт господин мой, и начнёт бить слуг и служанок, есть и пить и напиваться» [163]. Недостаток контролирующей и судебной власти остро ощущается в современной епархиальной жизни.

По срокам созыва и составу действующий Устав 2000 г. поставил Поместный Собор в.зависимость от решений низших ступеней церковной власти: Архиерейского собора, Патриарха и Синода (гл. II, 2).

Печальный результат такой зависимости очевиден: Поместный Собор не состоялся ни в 1995, ни в 2000 году.