О СООТНОШЕНИИ ВНУТРЕННЕГО И ВНЕШНЕГО В ЧЕЛОВЕКЕ

О СООТНОШЕНИИ ВНУТРЕННЕГО И ВНЕШНЕГО В ЧЕЛОВЕКЕ

Как говорит Православное Богословие, человек сотворен на грани двух миров — духовного и материального. Соотношение духа и тела — один из главных вопросов духовной жизни, ибо сохранением разумного равновесия между внутренним и внешним как раз и совершается спасение человека от зла, растления и смерти.

В Православии дух и плоть не противопоставляются друг другу — и то, и другое вместе есть Богом созданный человек. Сама реальность такого противопоставления возникла после грехопадения, когда дух стал противиться плоти, а плоть — духу. Грех разладил их гармоническое соотношение.

Первородный грех состоял в том, человек остановил свое внимание на внешнем, видимом, посчитал главным конкретное, ощутимое, усладительное. Адам через это простое захотел стать богом, захотел уклониться от трудной и длительной работы над своим сердцем. Внутренний разлад, который наступил вследствие греха, есть изначальная и самая большая трагедия жизни, поэтому преодоление его есть самая насущная задача человека.

Изменение соотношения в пользу плотского привело к тому, что обещанные Богом небесные блага люди стали искать на земле и в плоти, и породило многочисленные страсти, приземлившие душу и растлившие тело. Человек стремится удовлетворить запросы своей бесконечной природы земными, пустыми, подчас постыдными, удовольствиями. Приобщившись страстных радостей он не хочет (а часто и не может) отказаться от них, даже при реальной угрозе физического уничтожения.

Но страстные радости, которыми сатана соблазняет человека, — ложь, их нет в сущности. Они иллюзорно существуют в разыгравшемся воображении. Это призраки, болотные огоньки, это мечты падшего духа-разрушителя. Они могут быть только в кино, а в жизни их нет. Эта воображаемая ложь вытягивает из человека жизнь; гоняясь за бесплотными огоньками, он теряет ум и совесть, сам становится призраком. Когда сила воображения отыскивает злые, похотливые образы и наслаждается ими, то человек становится пленником этих разнузданных мыслей, наслаждается грязью, ибо воображение — это открытая дверь для бесов. Потому Святая Церковь всегда заботится о том, чтобы человек знал свои уязвимые места и с осторожностью относился ко всему, что приходит с этой стороны.

Сердце человека сотворено Богом для переживания блаженства, оно всегда стремится к благу, к радости, к красоте, и оно имеет способность посредством веры переживать это в себе, переноситься мыслью и ощущением сердца в будущее, к Небу. Обращение же мысли сердца к земле, к плоти — для человека убийственно. Бесы стараются повернуть зеркало ума от небесного к земному, от духовного к чувственному, и тогда начинается трагедия страстей, ибо в отличие от небесных благ, которые существуют в реальности вечного и превосходят всякое воображение, страсти идеализируются, в страстях желаемое выдается за действительное. И суть греха состоит в том, что сатана стремится этот воображаемый мир сделать реальным через реальную душу человека, т. е. уродство и безумие сделать достоянием Вечности.

Душа человеческая знает, что есть радости совестные, умные, благодатные, радости тихие и глубокие, как лесные озера, от которых веет свежим ветром вечного покоя. Это радости чистоты, благородства, это радость покаяния, животворящая сердца. Море настоящих радостей, в сравнении с которыми страстные радости — обман и безобразие. Но только умные радости — это дорога в гору. Закон Божий, закон жизни влечет человека к Небу, к Вечности, к Богу. Страстные радости — дорога под гору, они тянут человека вниз, в плоть, в могилу.

Чтобы избыть себя от лжи, нужно идти путем Креста, распиная плоть со страстьми и похотьми. Другого пути не существует. Любовь Истины, явленная человеку на Кресте, показала этот единственно возможный путь спасения от безумия греха, но он, естественно, не нравится плотскому мудрованию человека, который в воображаемых страстях как бы нашел себя, утвердил в себе ложную надежду на возможность их удовлетворения.

Но нет, нет другого пути для приведения в порядок человеческого естества, которое провалилось в плоть. Это вещает нам Истина, не верить Ей нельзя. Но если все-таки не верить, то что остается? Ложь. Ложь утверждается вместо Истины, и начинаются поиски возможных вариантов жизни во лжи, что и есть история человечества, написанная кровью.

Во лжи жить нельзя. Реальность в нереальном неотвратимо растворяется. Это очевидно не только для веры, но и для разума. Разум понимает гибельность обманов, которые проявляются в пороках, — иллюзия наркомании, иллюзия пьянства, иллюзия радости плоти, ведь результаты излишеств говорят сами за себя. Суть человека не в страстях, это его преходящая плотская часть, которая сама по себе исчезает. В Евангелии Иисус Христос говорит: «Дух животворит, плоть не пользует ни мало» (Ин. 6, 63), т. е. жизненные начала — в душе. Можно бы не поверить и этому, но не поверить Любви Истины — это значит обречь себя на гибель. Через смерть души гаснут вечные перспективы, которые на подсознательном уровне питают дух, сохраняя в человеке человеческое начало.

В Православии все направлено на то, чтобы воссоздать цело-мудрие (умную целостность) человека. Не дробное, а цельное, правильное мудрование, понимание происходящего во всех сложнейших взаимосвязях. Цело-мудрие — это духовная и телесная чистота, а значит, свобода от греховных влечений, от страстей.

В непостижимом соединении духа и плоти заключена уникальность человека и уникальность смысла его жизни — временное, преходящее преобразить в вечное, одухотворить плоть, сделать ее причастницей вечной жизни. И нет Духа, кроме Святого, который животворит. Но Дух этот не приходит, если нет Креста, которого не хочет плотский человек, предпочитая горы обманов.

Путь Креста начинается с воздержания. Разумное воздержание во всем сохраняет человека от погружения в стихийность материального мира, порабощающего дух, когда живое, разумное поглощается мертвым, безумным. Принципом формирования нормального соотношения духа и плоти является воздержание в форме поста. Пост представляет собой сложное явление и имеет отношение как к телу, так и к душе. Внешне он является законом для чрева, а по сути — законом для души, ибо настоящий пост предписывает воздержание от зла в делах, словах, мыслях и ощущениях. Пост приводит в порядок всего человека, устраняя перекосы. Все в нем выравнивается, становится на свои места.

Далее, восходя на Крест, человек постепенно обретает первозданную гармонию соотношения духа и плоти, т. е. входит в образ небесной красоты. И получается, что Крест Христов, посредством страдания, созданного отказом от иллюзорного мира страстей, возвращает человека в Рай, в первозданное состояние. И приговор Бога согрешившему человеку: «В поте лица твоего будешь есть хлеб» (Быт. 3, 19) — это не столько наказание, сколько способ сохранения его, ибо только в воздержании человек остается человеком. Хлеб — символ Бога, дающего жизнь миру. Человек ищет хлеба и тем самым ищет Бога.

Бог труден, как труден хлеб. Трудный Бог — настоящий Бог, легкий бог — это бог века сего, который ослепляет умы, стремится насытить грех, а сытый грех становится неуправляемым.

Православие — трудная религия, религия преодоления, чтобы дух возобладал над плотью, разум — над безумием, добро — над злом, жизнь — над смертью. Православие — врачебница для заболевшего грехом человека. Православие — это путь к истинной свободе, к свободе от хаоса страстей, от греха, все перепутавшего в человеке. Православие — это восстановление божественного порядка в сотворенном Богом мире.

Православие — это путь к Небу на земле.