Лекция 7 НАЧАЛО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ХРИСТОЛОГИЧЕСКИХ СПОРОВ

Лекция 7

НАЧАЛО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ХРИСТОЛОГИЧЕСКИХ СПОРОВ

Итак, мы вступили в V век. В прошлый раз мы остановились на собы тиях драматических и волнующих: смерть Блаженного Августина, нашес твие варваров… Это уже начало средневековья. Так называемые "сред ние века" принято отсчитывать от 476 г. т. е. от окончательного паде ния Западно-Римской империи. Но дата эта (как и все эпохальные даты) носит условный характер. И мы видели, что решающее падение Рима (от которого он уже так и не смог больше оправиться) произошло в 410 г. Поэтому и европейское средневековье уходит своими корнями в начало V и даже конец IV века.

ВЕЛИКОЕ ПЕРЕСЕЛЕНИЕ НАРОДОВ

Мы уже говорили, что запускным механизмом этого процесса было вторжение гуннов в 375 г. Объятые ужасом (а по свидетельству Аммиана Марцеллина, один только вид гуннов обращал в бегство) племена и союзы, расталкивая друг друга, устремились на безопасные пространства. Все в Европе пришло в движение. С началом V века Риму пришлось отражать не бывалый натиск варваров.

В те самые годы, когда Стилихон был занят войнами с Аларихом, на чинается страшный напор на Северную (Рейнскую) границу империи. В ночь на Новый 407 год германские племена вандалов и свевов начинают пере ход по льду Рейна, сминают пограничные заставы франков (союзников Ри ма) и с огнем и мечом движутся через всю Галлию. За ними остаются раз рушенные города и сожженные деревни. На опустевшие земли поспешно пе реселяются франки и бургунды — будущие хозяева этой страны. Стилихон срочно отзывает римские легионы из Британии (лишая ее последней защи ты от скорого нападения англо-саксов). Однако, сам он вскоре был ко варно убит, а Рим разграблен и сожжен (410 г.).

Нагруженные римским золотом, вестготы Алариха медленно продол жают свое движение на Запад. Они захватывают всю юго-западную Галлию и в 419 г. основывают здесь свое королевство со столицей в Тулузе (по смерти Алариха здесь в 419–451 гг. правит Теодорих I).

Здесь мимо них движутся на юг, в Испанию многочисленные племена вандалов и свевов. Как ни кратковременно это соседство, но вест-готы успевают заразить их своим арианством. В 429 г. вандалы покидают Пири нейский полуостров и через Гиблартар заполняют Северную Африку (в это время и умирает Блаженный Августин). В 439 г. первый царь вандалов Гейзерих возьмет Карфаген и сделает его столицей своего нового варвар ского государства. Это будет концом Карфагенской Церкви.

Между тем, гунны, которые вызвали всю эту чехарду, тяжело воро чаются в Паннонии. Им мало было подмятого под себя, покоренного наро да остготов. Их длинные пальцы нетерпеливо прощупывают Дунайскую и Рейнскую границу империи. Издревле римляне укрепляли ее мощными кре постями, превратившимися потом в города: Бонн, Кельн, Маинц, Вормс, Страсбург, Вена, Буда-Пешт… В этой цепи можно нащупать слабое место:

Вормс! Имперский город, ставший столицей первого (самого первого!) варварского королевства. Еще в 413 г. здесь на Среднем Рей не, осели увлеченные общим движением на юг бургунды. Сюда-то и нано сят первый предупредительный удар воинственные гуннские короли Октар и Роас. И 1 Бургундское королевство потонет в крови, но память о нем ос танется в…"Песне о Нибелунгах" (созданной уже в начале XIII века!). В ней мы воочию увидим и дворец в Вормсе и первого бургундского коро ля Гунтера [Гундахария] и его сестру Кримхильду, к которой сватался нидерландский рыцарь Зигфрид. Найдем мы здесь и некого вост. правите ля Этцеля, за куртуазной внешностью которого внезапно проглянет звери ный лик повелителя гуннов Аттилы. Ведь именно Этцель уничтожит вождей нибелунгов (бургундов). Отметим, что в истории гибель нибелунгов не была окончательной. Нация уцелела после гуннского погрома и с разреше ния римского наместника Аэция, поселилась на Средней роне, где в 457 г. возникнет их II королевство.

Отметим также, что исторический Аттила воцарился только в 445 г. Убив своего соправителя и двоюродного брата Белу, он быстро собрал воинственный народ в мощный военный кулак, в 451 г. вторгся в Римскую Галлию и осадил Орлеан. Общая смертельная опасность заставляет Рим и варваров объединить свои силы. Во главе объединенного войска становит ся римский полководец Аэций.

Св. Григорий Турский рассказывает, как доведенные до отчаяния жи тели осажденного Орлеана с плачем и воплями приходят к своему еписко пу Аниану, а тот советует им с твердой верой в милосердие Божие усер дно молиться. После третьей молитвы жители глядят с городской стены и замечают вдали облако поднимающейся пыли. "Это помощь от Господа!" говорит Аниан. И действительно, на помощь Орлеану спешит Аэций.

Принудив Аттилу снять осаду города, он велит ему готовиться к ре шающей битве. Эта т. н. "битва народов" (451 г.) происходит на Ката лаунских полях (у Тура). Союзное войско, состоящее из римлян, франков, бургундов и вестготов на протяжении двух дней сражается с гуннами. Это было одно из кровопролитнейших сражений в истории. Протекавшие по до лине ручьи буквалино раздулись от потоков крови. Обе стороны понесли ужасные потери. В частности, на поле боя пал Тедорих Вестготский, пос ле чего вестготы покинули Аэция. Но и Аттила не мог больше продолжать сражение и отступил. Галлия была спасена. Это была последняя победа умирающего Рима. Через 4 года он будет взят войсками Гейзериха Ван дальского.

II. НАЧАЛО ХРИСТОЛОГИЧЕСКИХ ЕРЕСЕЙ

А на далеком и вполне еще благополучном Востоке баталии идут сов сем по другому поводу. Лучшие умы своего времени обсуждают вопрос об образе соединения естеств в Лице Иисуса Христа. Первым, кто поднял этот (т. н. христологический) вопрос был

CАполлинарий, с 346 г. еп. Лаодикии Сирийской (+390 г.)

Аполлинарий Лаодикийский — один из крупнейших богословов эпохи, участник I Всел. Собора, твердый омоусиец, борец против арианской ере си. Родившийся в семье александрийского ритора и пересилившийся в Си рию, в равной мере опирающийся на Платона и Аристотеля, он ближе все-таки к Александрийской школе. Свт. Афанасий Великий был его лич ным другом. Переписывался и с Василием Великим.

Еще в середине IV века он занялся разработкой христологической проблемы. Однако, как у всех старо-никейцев, христология его была еще очень формальной.

Он учил, что Христос есть такая Богочеловеческая Личность, кото рая состоит из души (……), высшей способностью которой является ум (….), и тела (….), т. е. плотской, человеческой оболочки. При этом все, что управляет телом, как безвольным органом, должно быть во Хрис те свыше. Т. е. во Христе ….. управляет человеческой оболочкой. (Отсуда и броская формула Аполлинария: " Христос есть Логос в челове ческой оболочке "). Легко увидеть, что из этой первоначальной христоло гической формулы можно сделать как несторианские, так и монофизитские выводы. Ведь две природы (божественная душа и человеческое тело) во Христе, по-существу, разделены (несторианство!). С другой стороны от вергается человеческая природа разумно-волевой части души (монофизит ство!).

Это учение Аполлинария (но не он сам!) и было осуждено сначала на Римском Соборе 377 г. при папе Дамасе ("Ибо если Христом воспринят несовершенный человек, то несовершенно и наше спасение"), а затем на II Всел. Соборе 381 г. Однако, на Востоке Аполлинарий продолжал пользоваться очень большим уважением. Под его влиянием находилась значительная часть Ново-Антиохийской и Эдесско-Низибийской школы. Им противостояла Александрийская школа богословия.

AНОВО-АНТИОХИЙСКАЯ ШКОЛА: основателем ее считается CДиодор Тарсий

Cский (+394), вначале ученый пресвитер, а с 378 г. епископ Тарса Килинийского, участник II Вселенского Собора (381) и известный борец с арианством. Видный аскет и экзегет, он был учителем св. Иоанна Зла тоустого, Феодора Монсуетского и блаженного Феодорита (впоследствии еп. Кирского). Свт. Иоанн Златоуст отзывается о нем с великим уваже нием и именует своим отцом. Фрагм:(PG. 33 том).

Диодор верно заметил ошибку Аполлинария в умалении человеческой природы Христа и написал опровергающее сочинение, в котором доказывал, что во Иисусе Христе человеческая природа, как до соединения естеств, так и после соединения, была полной и самостоятельной.

Это был большой шаг вперед, но он привел к новой христологичес кой проблеме — об образе соединения 2-х полных естеств. Заметим сразу, что положительно проблема эта не решена до сих пор (четыре негативные определения Халкидонского догмата лишь обозначают и ограждают эту тай ну). Тем более головоломной была эта проблема для IV–V веков.

Первое, с чем столкнулся Диодор — это то, что в полную человечес кую природу входит и свобода, т. е. возможность постоянного изменения. Как же возможно совершенное соединение изменяемого и неизменного, ко нечного и бесконечного? В рамках Антиохийской школы — никак. И Диодор дает компромиссное решение. Броской формуле Аполлинария "Логос в чело веческой оболочке" он противопоставляет свою: "Бог-Слово обитал в рож денном от Девы как в Храме".

Здесь мы находим главную особенность Антиохийской школы, которая отталкивается от евангельского, а не от философского образа Христа и видит прежде всего Христа-человека (пусть даже обоженного). Это т. н. "антропологический максимализм" — выделение человеческого подвига, че ловеческой личности Христа (конечно включающей в себя и Божество). Но это — как бы антитеза Александрийскому спиритуализму, который утвер ждал прежде всего Божественную Личность (включающую в себя человечес кую природу). Обе позиции достаточно крайние, но еще не еретические, хотя Александрийцы отчетливо тяготеют к монофизитству, а антиохийцы к несторианству. Антиохийцы первые переступят черту. И сделает это

CФеодор Мопсуестский (+429) — со-ученик св. Иоанна Златоустого по школе у Диодора. Впоследствии он вместе с Иоанном принял монашество в пустынной обители близ Антиохии. Но это был человек увлекающийся. Уже вступив на путь подвижничества, он вдруг увлекся любовью к некой Гер мионе и даже задумал жениться. Это вызвало дружеское увещание св. Иоанна "К Феодору падшему" — 1 его произведение (ок. 370 г., открываю щее I том "Творений"). Под влиянием друга Феодор возвратился в общес тво отшельников, а в 393 г. был даже избран епископом Мопсуестским.

И в христологии Феодор тоже увлекся. Развивая тезис о том, что "Бог-Солово обитал в рожденном от Девы как в храме", он пришел к раз личению во Христе 2-х субъектов, конечно связанных, но не единством Личности, а только единством воли (может быть так аукнулся его воле вой, героический отказ от возлюбленной ради аскезы?). Христос у Феодо ра тоже постепенно возрастает в праведности, героически борется, прео долевая страсти и даже похоти (ведь он полностью был человеком!) и за эти подвиги получает все новые и новые дары Духа от обитающего в нем Божества. "У Феодора все ударение сосредоточено на человеческом подви ге — Бог лишь помазует и венчает человеческую свободу", — комментирует прот. Г.Флоровский.

Но несмотря на столь тесное «соприкосновение» естеств, все во Христе можно разделить на Божеское и человеческое. И "от Девы родился Тот, кто имеет природу Девы", а Бог-Слово — не от Девы, а от Отца Не бесного (Это впервые высказал Феодор). Эта позиция делает его истин ным отцом несторианства. Однако, это учение он развивал как частное мнение и умер (в 429 г.), до осуждения своего ученика Нестория, в ми ре с Церковью. Еретиком он был объявлен значительно позже на V Всел. Соборе 553 г. в числе "Трех глав", как "учитель несторианства". И дей ствительно, ученик Феодора — Несторий лишь повторял его мысли и ниче го существенного к системе его взглядов не прибавил.

AНЕСТОРИЙ И НЕСТОРИАНСТВО. Несторий, подобно Златоусту, учился в

ораторской школе Ливания, а богословское образование получил у Феодора Мопсуестского. Затем монашествовал в Антиохийских обителях, где и обратил на себя внимание сначала арх. Антиохийского Иоанна, а затем и самого императора. Это был аскет с величавой внешностью и бледным суровым лицом. Он отличался некоторой нетерпимостью и взойдя в 428 г. на КПльскую кафедру, пообещал искоренить вокруг всякую ересь. Но как это постоянно бывает с подобного рода ревнителями, "ревность не по разуму" сама привела его к ереси.

Он сразу же решил сделать взгляды своего учителя Феодора общецер ковными и начал проповедовать следующее учение:

1) Дева Мария не Богородица, а лишь Христородица, т. к. Бог не мог родиться от тварной женщины, а мог лиши пройти сквозь нее при рожде нии Иисуса "как сквозь канал".

2) Т. о. Иисус был рожден как обычный человек, хотя Бог-Слово с самого начала был в соприкосновении с ним — но лишь благодатно (а не ипостасно!), т. е. как он соприкасается со святыми и пророками.

3) Поэтому Иисус смог достичь высшей святости и за это был усы новлен Богом Отцом в момент крещения. Так Иисус Христос сделался ору дием и оболочкой Бога-Слова "который обитал в нем как в храме".

Т.о. классическое несторианство утверждало раздельное и парал лельное функционирование в Богочеловеке Христе двух Его природ — Бо жеской и человеческой.

Мы, православные, различаем, но не разделяем эти природы в их действиях и проявлениях. Христос в каждом своем действии Богочеловек и Единая Личность по своему ипостасному самопознанию. А что именно пред ставляет собой ипостасное соединение двух природ — это непостижимо для нашего разума.

Есть в ереси несторианства и другой, экклезиологический аспект. Ведь Церковь, образуемая причащением плоти Христовой, также является Его телом, т. е. Богочеловеческим организмом, обладающим двумя природа ми. И в истории христианства все христологические ереси вновь возни кают и повторяются в отношении к Церкви. И, не узнанные, не осужден ные Соборами, разлагают изнутри Церковный Организм. Мы и сейчас видим экклезиологическое несторианство у тех, кто рационально и формально (вслед за школьными учебниками XIX века) разделяет Церковь на земную (несовершенную) и небесную (совершенную), т. е. на две различные приро ды. Но этот привычный самообман, призванный успокоить нашу совесть, порождает очередную богословскую нелепость: если на земле одни только грешники, то откуда берутся святые на небе?

Есть еще т. н. психологическое несторианство, которое стремится к разделению религии и жизни как двух совершенно автономных и суверен ных (хотя и равноценных областей). Оно особенно распространено на За паде, где верующий живет обычной деловой жизнью, занимается бизнесом, карьерой и т. д., но по воскресным дням вдруг «вспоминает», что он христианин и минут на 40 забегает в храм — причаститься. Даже если та кой современный несторианин искренне верует, то религии в его жизни отводится отдельная субъективная область внежизненного благочестия. Человек обрекается жить в двух разных и совершенно чуждых друг другу планах бытия — небесном и земном. При этом вся человеческая история и культура лишается своего религиозного содержания, ибо признается только за крохотной областью бытия — внутри храма.

Т.о. несторианство — это очень важная, живая и современная ересь, а не просто реликтовый эпизод V века. Но мы будем говорить сейчас только о V веке. А в V веке против учения Нестория выступил свт. Ки рилл Александрийский.

AСВТ. КИРИЛЛ АРХ. АЛЕКСАНДРИЙСКИЙ (с 412 по 444 гг)

— одна из самых спорных фигур в нашей патрологии. В вину ему ста вят воинственное и властное честолюбие (как известно, он сколотил це лую армию парабалланов, с помощью которых в жестоком уличном бою побе дил своего конкурента — Тимофея). Слишком известно его политическое интриганство: травля неугодного городского префекта Ореста, упорная борьба против КПльской Церкви и т. д. На печально знаменитом соборе "под дубом" (в 403 г.) он (в качестве племянника Феофила — предыдуще го архиеп. Александрии) был главным обвинителем свт. Иоанна Златоусто го и потом долго не мог смириться с его канонизацией. Унаследовав (по смерти дяди) престол Александрийской Церкви, он санкционировал здесь еврейский погром и убийство Гиппатии (в 415 г.).

Одним словом, это был уже новый тип решительного и могущественно го "князя Церкви". Но только такой человек и мог отважиться на борьбу с фанатичной партией Нестория.

Кроме того во свт. Кирилле явлен был очень яркий, острый и самос тоятельный богослов. Это был творческий богослов, богослов-эрудит, глубокий знаток не только Писания, но и Платона и греческой философии. И очень резкий, темпераментный полемист. Он по праву венчает на восто ке "золотой век патристики", являя собой вершину Александрийской бо гословской мысли. А мысль эта, не смотря на тягу к абстрактным и алле горическим построениям, всегда, словно камертоном, проверяла себя главным «экзистенциальным» смыслом всего христианства — спасительным воплощением Бога-Слова. И свт. Кирилл будет все время повторять крыла тый афоризм свт. Афанасия: "Бог стал человеком, чтобы человек стал Бо гом".

Богословское наследие свт. Кирилла огромно. Это, прежде всего, толкования на Евангелия и послания ап. Павла — аллегорическая Алексан дрийская экзегеза во всем своем богатстве и во всех своих крайностях. Далее: 5 книг против Нестория, начинающихся утверждением, что от Девы Марии родился не человек Иисус, а воплотившийся Бог и потому Она — ис тинная Богородица. И далее — всеобъемлющие труды по Тринитарной догма тике: «Сокровищница» (итог всей противоарианской полемики) и "Книга о Св. Троице", где св. Кирилл так много пишет об исхождении Св. Духа че рез Сына и их природном единении, что блаж. Феодорит даже подозревает его в Августиновском католицизме (Флоровс. " V–VIII вв" стр. 58–59).

Действительно, терминология свт. Кирилла очень нечеткая. Он был довольно законченный и последовательный иррационалист. Он постоянно подчеркивал ограниченность нашего разума, недостаточность его понятий и логических формулировок, а потому и не придавал особого значения их точности. Богословские понятия у него растворены в многословных обра зах, аллегориях и подобиях. И это, конечно, очень затрудняло его борьбу с несторианами. Дело доходило до того, что святитель не разли чал терминов «природа», "ипостась", «лицо», рассматривая их как сино нимы к слову «личность». Отсюда и постоянное упоминание "одной приро ды Бога-Слова", за которые впоследствии будут цепляться монофизиты. Впрочем, крупнейший наш церковный историк Вас. Вас. Болотов прямо пи сал, что свт. Кирилл не только очертил православную истину "но и пере шел черту, сделал один лишний шаг в сторону монофизитства" ("Лекции по истории др. Ц-ви" IV, 180).

AБОРЬБА С НЕСТОРИЕМ И III A ВСЕЛЕНСКИЙ СОБОР. Итак, свт. Кирилл, ко

торого очень тревожило соперничество КПля, решительно напал на Нестория. Момент был выбран явно неудачный. После предыдущего вмеша тельства арх. Феофила (в дело свт. Иоанна Златоуста) император попрос ту испугался властолюбивых притязаний Александрийского архиепископа и встал на сторону Нестория. Но свт. Кирилл мастерски провел интригу, опираясь, прежде всего, на папу Римского Целестия I (422–432) — свое го естественного союзника против КПля.

Папа, правда, мало смыслил в изощренной тонкости восточных богос ловских споров, но имел превосходного "эксперта по восточным делам". Им был уже знакомый нам игумен Марсельский прп. Иоанн-Кассиан Римля нин. На основании его заключения Несторий и был осужден на Римском Со боре 430 года. Кириллу же было поручено действовать от имени папы в качестве его «местоблюстителя». Несторий получил от Кирилла несколько «увещаний». Затем по правилам тогдашних богословских дуэлей оба сопер ника обменялись анафематизмами. И после этого созыв Вселенского Собо ра для разбора дела стал неизбежностью.

BIII CВселенский Собор был созван в Эфесе в июне 431 г. и собирал ся в очень тяжелой и напряженной обстановке. КПльские иерархи съезжа лись сюда, по существу, для суда над самим Кириллом. Но свт. Кирилл, опираясь на римских легатов, вырвал инициативу из их рук и 22 июня от крыл Собор (несмотря на то, что далеко не все приглашенные успели при быть). Это был как раз тот момент, когда подавляющее большинство учас тников было за Кирилла и за Рим. Несторий на Собор не явился и сразу же был объявлен низложенным и отлученным (под этим постановлением стоит 197 подписей). Это было главным, поэтому Собор не определил со держания ереси Нестория и не утвердил никакого однозначного догмати ческого определения. Не до того было. Свт. Кирилл действовал слишком запальчиво и страстно и не особенно богословски внятно.

За отсутствием положительного догматического определения о Лице Иисуса Христа, осуждение Нестория выглядело весьма двусмысленным. Мно гие современные церковные историки (особенно после открытия т. н. "Кни ги Гераклита". См. Поснов — 388) считают, что Несторий был виновен, в основном, в неточной терминологии. Но ведь и сам Кирилл отождествлял «природу» и «ипостась». Это помогает нам понять дальнейший ход событий.

CРаскол и Антиохийская уния A 433 г.

Вскоре в Эфес прибыл опоздавший Иоанн арх. Антиохийский (из кли ра которого вышел Несторий). Он сразу же объявил Собор Кирилла "неза конным сборищем" и созвал свой Собор из более чем 30-ти сирийских епископов, которые оправдали Нестория и осудили Кирилла.

В результате имп. Феодосий II "на всякий случай" низложил и Нес тория и Кирилла, и заключил обоих под стражу. Это несколько охладило страсти. Вскоре, под давлением Рима свт. Кирилл был освобожден, а Нес торий сослан. Но Антиохийцы с этим, конечно, не согласились. Т. о. по беда над Несторием была достигнута ценой раскола между Александрий ской и Антиохийской Церквами.

Императору с большим трудом удалось примирить обе стороны и в 433 г. была заключена т. н. "Антиохийская уния". Хотя и не все епископы присоединились к ней, но в целом, она сыграла положительную роль. Общение между Церквами было восстановлено. Эта формула единения и есть догматический эпилог Собора.

Воплощение Христово было признано изначально ипостасным соедине нием 2-х естеств. Было определено: Исповедовать Иисуса Христа совер шенным Богом и совершенным человеком в одном Лице, а Пресвятую Деву Марию — Богородицей.

AВОЗНИКНОВЕНИЕ МОНОФИЗИТСТВА. В истории Церкви мы часто наблюдали,

как одна ересь тут же порождала другую — как свою контрастную противоположность. Так филоновский соблазн учения о Логосе породил движение «алогов». Так ответом на законническую узость эвионитов ста ла безбрежная свобода Николаитов. А гностическое "умножение богов" вызвало в качестве защитной реакции ересь антитринитариев.

Соборное Тело Церкви всегда хранит живую интуицию Божественной Истины. Но осознание ее и богословская рефлексия над ней происходят в форме мучительных поисков единственного узкого пути "золотой середины" между соблазнительными крайностями и уклонами. Поэтому нет ничего уди вительного в том, что специфической реакцией на несторианство (как крайность Антиохийской школы) стало т. н. монофизитство (крайность шко лы Александрийского богословия).

Не обошлось, понятно, и без политики. Преемнику свт. Кирилла александрийскому архиепископу Диоскору страстно хотелось развить ус пех своей церковной партии. Он явно стремился доминировать над КПлем, где его энергии и напору ничего не могли противопоставить ни мягкий по характеру патриарх Прокл (ученик Златоуста), ни благородный свт. Фла виан. Сам имп. Феодосий II Младший, этот бездарный "каллиграф на тро не" боялся Диоскора и привычно уважал в нем борца против несторианства.

Имелись в КПле и просто восторженные приверженцы Александрий ско-Кирилловской линии. Среди них выделялся 70-ти летний столичный Cар Cхимандрит Евтихий. Это был идейный проводник Александрийской политики в КПле. Он пользовался большим влиянием в монашеском мире. Его почита ла православная партия во главе с императрицей Евдоксией. Наконец, Евтихий был крестным отцом придворного евнуха Хризанфия — всесильного временщика, через которого можно было бы крутить самим безвольным им ператором.

К несчастью Евтихий слишком уж увлекался полемическими крайностя ми свт. Кирилла, доводил до абсурда его богословские неточности. Он, кажется, всерьез полагал, что формула Кирилла "Единая природа Бо га-Слова Воплотившегося" — это цитата из свт. Афанасия Великого, а не из … Аполлинария Лаодикийского (многие сочинения Аполлинария были подписаны именем Великого Александрийца). Он прямо так и учил: "Я ис поведую, что Господь наш состоял из двух естеств до соединения, а пос ле соединения исповедую одно естество". От этих слов "одно естество" (или «природа» _ ……) и произошло название новой ереси: моно-физит ство.

Сделаем одно важное уточнение. Свт. Кирилл, «природу» и "ипос тась" в своей терминологии не различавший, когда цитировал слова об "единой природе Воплотившегося", имел ввиду, конечно, единую Ипостась (т. е. Личность) Христа. Эпигоны свт. Кирилла этого уточнения не прово дили и т. о. учили действительно о какой-то одной природе, доминирующей во Христе. Что же это за природа? Очевидно — Божественная, которая подчи няет или вообще поглощает тварную, человеческую. Так обычно и изъяс няют монофизитство школьные курсы. Ниже мы покажем, что это не совсем верно. Смысл ереси эволюционировал и менялся. Окончательный вариант был гораздо более тонким и сложным. Но сейчас остановимся на этом, наиболее расхожем определении:

Монофизитство, полагая, что Богочеловек сложился из двух природ, признает с момента их соединения поглощенность человеческой природы во Христе Божеством.

"Экклезиологическое монофизитство проявляется в желании видеть в Церкви преимущественно Ее Божественное бытие, где каждая подробность священна, где все обязательно, как Божественная необходимость, где ничто не может быть изменено или преобразовано, ибо человеческой сво боде, «синергизму», соработничеству человека с Богом нет больше места в этом священном организме, исключающем человеческую сторону: это не кая магия спасения, действующая в точно исполняемых таинствах и обря дах". Этот портрет, данный Вл. Лосским в "Очерке мистич. Богословия Вост. Ц-ви" (М. 1992,c.140–141) — беспощадно точен. Нет смысла гово рить о том, что мы живем сейчас в эпоху экклезиологического монофизит сва.

Монофизитсткое миропонимание проявляется также в легкомысленном требовании немедленной теократии, монархии (конечно самодержавной), т. е. в возможно полном оцерковлении государства, слиянии церкви и го сударства и превращении государства, со всей его общественной жизнью и культурой в Церковь. Мы уже видели к чему привел этот страшный соб лазн в IV веке. В XX веке он может привести только к кровавой диктату ре некой тоталитарной псевдоцерковной структуры.

Т.о. с точки зрения своих последствий монофизитство гораздо бо лее опасная ересь, чем несторианство. И в следующих лекциях мы увидим какую страшную смуту (вплоть до первого разделения Церквей!) оно вы зовет на Востоке. Существует мнение, что Православный Восток всю ос тавшуюся жизнь будет болеть теми или иными формами монофизитства. Это т. н. «гиперкритицизм». И на Востоке были здоровые периоды, но долгая и страшная агония Византии заслоняет от нас верную историческую перспек тиву.

II A ЭФЕССКИЙ ("РАЗБОЙНИЧИЙ") СОБОР 449 г. Вопрос A о богословских

новшествах Евтихия, конечно, поднимался в КПле и патриарх Фла виан верно квалифицировал их как еретические (448 г.). Евтихию грозило отлучение. Диоскор воспринял это как удар по своему лагерю и ринулся на защиту "своего человека". Решено было вынести этот вопрос на новый Вселенский Собор, который должен был стать триумфом Александрийской теологии и упрочить безраздельное господство Александрии над всем Вос током.

Об этих планах известили папу Римского. Долголетний союз Рима и Александрии приучил обоих видеть в КПльском патриархе общего соперни ка. Папа Лев I не питал никаких личных симпатий к Флавиану, но (вот что все-таки значит святой!) Церковная истина была для него превыше всего. Превосходный догматист, он сразу понимает заблуждение Евтихия и пишет в КПль свое изумительное послание, которым по праву гордится не только Римская, но и вся Вселенская Церковь.

Однако, Диоскор, захватив инициативу в свои руки, действует ко варно и расчетливо. Он утаивает догматическое послание папы Льва, на гоняет на Собор имперских солдат и фанатично преданых ему монахов, под их нажимом заставляет 114 епископов (из 130) признать монофизитскую трактовку догмата. При этом, как только речь заходит о двух природах во Христе, верные ему монахи (по команде аввы Варсумы) фанатично орут:

"Рубите на двое, разделяющих тело Христа на двое!".

Кафолического же патриарха Флавиана так избили, что, по некото рым данным, он скончался через 3 дня. Таким образом монофизиты победи ли. Но это была пиррова победа…

IV A ВСЕЛЕНСКИЙ (ХАЛКИДОНСКИЙ) СОБОР 451 г. Узнав о катастрофе на

Востоке, папа Лев бесстрашно бросился в бой за чистоту Правосла вия. Уже через месяц он созвал в Риме Собор, осудивший эфесское сбори ще, как «разбойничье». Оплакав патриарха Флавиана, он направил импера тору Феодосию письма с требованием созыва нового Вселенского Собора. Все низложенные Диоскором кинулись к папе Льву, как своему последнему защитнику.

В это-то самое время (в июле 450 г.) умирает безвольный и бестол ковый Феодосий II. К власти приходит его сестра — 54-х летняя Пульхе рия, которая возводит с собой на престол своего номинального мужа императора Маркиана (бывшего полководца). Побуждаемый постоянными про тестами папы Льва, и стремясь освободиться от навязчивого Александрий ского диктата, Маркиан созывает новый Вселенский Собор в Халкидоне.

Халкидонскому собору суждено было стать крупнейшим не только по количеству участников (630 епископов, в том числе многочисленные пап ские легаты, под председательством патриарха КПльского Анатолия), но и крупнейшим по своим историческим последствиям.

На первом же заседании было прочитано знаменитое послание папы Льва, коварно утаенное Диоскором (см. Поснов "Истор." стр. 412–413). Оно произвело на всех присутствующих ошеломляющее впечатление. Оно и сейчас потрясает ясностью изложения сложнейшего догмата, высотою мыс ли, безукоризненной чистотой классического стиля. После этого уже ни каких вопросов не оставалось.

Евтихий был осужден как еретик, отлучен и сослан. Диоскор также был осужден (правда не за ересь, а за "жестокость и нарушение канонов"). Остальные участники «разбойничьего» собора принесли покая ние.

Собор постановил, что Иисус Христос есть истинный Бог и истинный Человек, во всем подобный нам, кроме греха. При воплощении II Лица Св. Троицы Божеское естество соединилось с человеческим в Его Лице в еди ную Ипостась — "неслиянно и неизменно" (против Евтихия), "нераздельно и неразлучно" (против Нестория). Эта знаменитая классическая антино мия Халкидонского Собора не оставляла уже никакого места ни монофизит ству, ни несторианству.

Так была похоронена слава Александрийского патриархата (но и крайности Антиохии!) и утвержден серединный путь КПля.

Эта ситуация отразилась и на канонических постановлениях Собора (общим числом 30). И, прежде всего, на знаменитом 28-м правиле, кото рый предоставлял КПлю равные права с Римом (поскольку город сей — II Рим). И главное преимущество КПля: предоставлять право церковной авто кефалии или автономии (которая служит сейчас предметом таких споров).

Вообще же была утверждена т. н. «Пентархия» — система из 5-ти пат риархатов, главы которых стали официально называться патриархами и па пами.

Так совершилось церковное рождение Византии. И надо сразу ска зать, что Византия рождалась в муках. Халкидонский Собор породил еще больше споров чем Никейский, так и не был рецепсирован значительной частью Церкви и вызвал т. н. Монофизитскую смуту, которая кипела целый век и привела к образованию ряда национальных Церквей.

ВЕТХОЗАВЕТНЫЕ КОРНИ

Сегодня мы будем говорить о генезисе христианского богослужения. Это не значит, что мы отыщем какую-то хронологически начальную точку (например Тайную Вечерю) из которой внезапно, словно по волшебству, возникло всё христианское богослужение. Такой точки мы не найдем. Тайная Вечеря — не изобретение Христа, а итог довольно сложной предшествующей эволюции. Следовательно, мы будем сегодня говорить о ветхозаветных корнях христианского богослужения.

I. ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ ВЕТХОГО ЗАВЕТА

Прежде всего наметим основные этапы и их хронологические рамки. Библейское предание относит заключение В. Завета к Аврааму (XVIII в. до н. э.). С др. стороны Ветхозаветная Церковь с её богослужением началась только с Моисея (XIII в. до н. э.).

Как разобраться во всем этом?

По порядку:

1. От Ноя до Авраама

Сразу по окончании очистительного Потопа (ок. 2700 г. до н. э.) Бог установил через Ноя т. н. Общий Завет со всем последующим (послепотопным) человечеством (Быт. VIII, 20 — IX, 3). Знаком этого восстановленного Союза стала радуга — символ Царства Божьего, нисходящего с неба на землю (Иер. I, 28; Откр. IV,3). Т. о. это уже церковный по своей сути знак, хотя сам Общий Завет не породил Церкви. Человечество питалось, в основном, плодами естественного Откровения (радуга светила и т. п.), на базе которого выросло много языческих искажений.

Ок. 2000 г. до н. э. был построен грандиозный вавилонский Зиккурат в честь бога Мардука. Библия откликнулась на это преданием о Вавилонской башне и разделении языков. Напомню, что рождение Новозаветной Церкви было ознаменовано "соединением языков", о чем говорит тропарь Пятидесятницы:!"Егда снизшед языки!слия…".

Но наряду с этими языческими искажениями, существовала!" бо!гооткровенная традиция первобытного монотеизма" (Лопухин, "Толк. Библия. т. I, с. 98). Ярким представителем её был Мелхиседек:! "Он!был священник Бога Всевышнего" (Быт. XIV, 18) и, в качестве такового приветствовал своего единоверца Авраама:!"И Мелхиседек, царь! Салимский, вынес хлеб и вино". И хлеб и вино — конечно прообраз будущей Евхаристии.

Но самое главное, что мы узнаем уже из "Послания к Евреям": Христос оказывается!" Первосвященник по чину Мелхиседека", т. е. Он восстанавливает этот Общий Завет со всем человечеством. "Запомним "это!

2. От Авраама до Моисея!.

Авраам происходил из рода Ноя и послепотопных патриархов. О том, что традиция истинного богопочитания в этом роде уже прекратилась, прямо пишет Иисус Навин:!"За рекою (т. е. Евфратом) жили!отцы наши издревле, Фарра, отец Авраама и отец Нахора, и служили!иным богам" (Ис. Нав. XXIV, 2). Известно, что жили они в Уре Хал дейском, где поклонялись тогда богу луны — Син. Когда же вавилонский царь Хаммурапи (1792–1750 гг. Тронное имя Амрафел См. Быт. XIV, 1) стал насаждать культ своего племенного бога Мардука, Фарра и его сыновья переселились вверх по течению Евфрата — в город Харран. Там-то и получил Авраам откровение о Едином Боге:

!"И сказал Господь Аврааму: поди из земли твоей, от родства!твоего и из дома отца твоего в землю которую Я укажу тебе… #и #благословятся в тебе все племена земные!." (Быт. XIII, 1–3). Этот все-человеческий смысл обетования подтвердится во многих его повторениях (Быт. XVIII,18; XXII,17–18; XXVI,4; XXVIII,12–14). Гл а вная мысль здесь:!"Благословятся в семени твоем все племена зем!ные". Но это семя — Христос. Т. о. Ветхозаветная Церковь с самого начала явилась прообразом и как бы притвором Церкви Новозаветной, Христианской (проф. прот. В.Сорокин. "Завет Божий").

Т.о. Господь, Отец наш, заключив Частный Завет с Авраамом, не отверг остальное человечество (находящееся ещё в пределах Об щего Завета). Более того: это "внешнее человечество" с самого начала получило свою долю участия в Ветхом Завете. Об этом свидетельствует обрезание иноплеменников (которое, как мы помним, прообразует Крещение! Кол. II, 11–12). Все принадлежащие!" дому! Авраамову" (не только иудеи, но и слуги,!"купленные за серебро" у других народов!) приняли участие в Завете (Быт. XVII,12,23–27).

Итак, по первоначальному замыслу Божьему Частный Завет не имел четкой ограды внутри Общего. Оба многоединства сообщались. Иноплеменники участвовали в союзе Бога с Авраамом, потомки же Авраама (Измаил, Исав) уходили куда-то на сторону. По этой же причине Частный Завет стал быстро угасать. По существу он продержался всего 4 поколения и после смерти патриарха Иосифа (в XVI в. до Р.Х.) в египетском рабстве был забыт. Вот тогда-то, для воспитания и дальнейшего приуготовления избранного народа этот бесформенный и аморфный Завет был преображён в герметически замкнутую Ветхозаветную Церковь.

3. От Моисея до Христа:

История установления Ветхозаветной Церкви насквозь прообразовательна. Евреи навсегда запомнили эту ночь перед исходом из египетского рабства (в Новом Завете: рабство греху и смерти), ночь полную плача поработителей над умирающими первенцами египетскими.(Впоследствии Кант заметит, что!" чувство возвышенного всег!да сопровождается ужасом"). Само происхождение карающего Ангела Божия!" мимо дверей" верных (Исх. XII, 23–27) по-еврейски называется «pesach» и отсюда «Пасха». Агнец же, которого вкушали евреи за запертыми дверями, есть прообраз Евхаристической жертвы (которую первохристиане тоже будут вкушать ночью при закрытых дверях:!"Двери, двери, премудростию вонмем!"). Знаменательно, что и сам народ здесь впервые назван (!). . . . [екклесия] (Исх. XII, 6; в синодальном переводе «собрание» или «общество», по сути же — церковь; ср. Исх. XVI, 9-10; Лев. IV, 13 и др.). С Синайской горы Господь торжественно возвещает этому народу:!"…будете Моим уделом из всех народов: ибо Моя вся земля; а вы!будете у Меня царством священников и народом святым." (Исх. XIX, 5–6).

Это избрание!" Своего народа", это поразительное обетование о!" всеобщем священстве" — к кому относится? Очевидно, оно всецело исполнится лишь в Новом Завете. Народ израильский оказался недостойным обетования во всей его полноте. Ибо отпал в идолопоклонство (начиная с =Золотого тельца= в Исх. XXXII — почти сразу же после дарования 10 — ти Заповедей:!"Не сотвори себе кумира…" и т. д.).

Итак, для ограждения народа от соблазна, является Закон Моисеев, является видимый образ святыни — скиния Завета (а впоследствие — Храм), является священство и ритуалы, составляющую прочную ограду новорожденной Ветхозаветной Церкви (ок. 1250 г. до Р.Х.). Эта Церковь как и весь Ветхий Завет, имела подготови тельное, педагогическое значение. Она была путеводителем ко Христу и с пришествием Христа теряла значение.

Но мы сейчас остановимся именно на тех ее важнейших идеях, которые не умерли, а перешли в Новый Завет.

II A СВЯЩЕНСТВО. ЖЕРТВА. ЗАКОН.

? 1. СВЯЩЕНСТВО.?

Вспомним избрание Аарона и сыновей его на священство (Исх. XXVIII–XXIX). В кн. Левит описано их поставление (Лев. VIII). Мы видим, что будущие священники помазуются елеем и окропляются жертвенной кровью (Исх. XXIX, 7, 20–21). Народ же при избрании своем на Синае был окроплен одной только кровью, без прибавления к ней елея. Т. о. помазание миром выделяло священство в особую закрытую от народа касту. Далее следовало вкушение закланного Агнца, что экзегеты считают прообразом Евхаристии на основании слов:! "посто!ронний не должен есть сего, ибо это святыня" (XXIX, 33).

Но ведь к этим!" посторонним" относится весь народ! Что же это за «Евхаристия» для одного лишь кастового священства? Где же обетованный "народ святой"?

Обычно отвечают на это, что народ, мол, оказался недостоин, что вся дальнейшая история Израиля — череда бесконечных отпадений и т. д.

И все же обетование о!" народе святом" повторится и псалмопевцами и пророками снова и снова (Ср. Псал. LXXXVIII, 8; CXLIX,1; Иез. XXXIV, 15; Ис. LX, 21 и т. д.). Это может означать только одно — что непреложное обетование Божие всё же исполнится, но… в Новом Завете. И действительно, апостолы Христа говорят об этом, как об уже совершившемся:!"Вы — род избранный, царственное!священство, народ святый, люди, взятые в удел…" (1 Петр II, 9).!"И сделал нас Царями и священниками Богу нашему" (Откр. V, 10; I, 6, ср. XX, 6). Это обычно трактуют в том смысле, что Ветхозаветное царство, которым управляли священники (теократия), превратилось в Новозаветное Царство всеобщего священства (Святую Церковь).

И здесь я хочу вам напомнить, что согласно посланию к Евреям апостола Павла, Христу принадлежит именно священство Мелхиседеково, а не священство Аароново. Ведь Иисус вышел не от колена Левия и не может быть левитом (священники, которые все были потомками Левия и Аарона). Иисус — из колена Иудина и Его священство несравненно выше левитеного. Т. о. священство левитов не могло перейти в Церковь Христову. Оно исчезло, что и символизирует разрыв завесы перед Святым — Святых (Мтф. XXVII, 51).

И в мир пришло совершенно новое священство — всех тех, кто освобожден от грехов Телом и Кровью Иисуса Христа. Это нам сказано:! "Вы — род избранный, царственное священство…". Мы все существуем как священники, благодаря Телу и Крови нашего Первосвященника, которые даются нам в таинстве Евхаристии и строят из нас Церковь Святую!

Но мы это признать и принять боимся (или по крайней мере нерешаемся). Мы знаем, что всеобщее священство — это черта протестанских церквей. Ни в православии, ни, тем более, в строго иерархическом католицизме его вроде бы нет. Правда, непонятно, почему мы, миряне, имеем право крестить (функция священническая).

Во всяком случае запомним, что идея всеобщего священства прямо следует из Нового Завета, и когда мы будем говорить о первохристианах, нам это очень пригодится.

? 2. ЖЕРТВА.?

Идея жертвы тесно связана с идеей священства. Достаточно сказать, что в Ветхом Завете первосвященник, выступая от лица народа, должен был, в сущности, отдать Богу свою жизнь за грехи своего народа. Но так как Бог не принял человеческую жертву Авраама и заменил Исаака ягнёнком (Агнцем), то с тех пор совершалось таинственное перенесение греховности народа на жертвенное животное. Это оно закалывалось за грехи людей, которые т. о. снимали с себя вину, приносили покаяние и примирялись с Богом.

"Определение: Жертва есть приношение человека Богу для свиде тельства внутренней связи с Ним и во испытание веры.

Смысл жертвы не в самом приношении, а в расположении сердца. Мы отдаем Богу то, что нам дорого (в пределе — саму жизнь) в знак того, что Он нам еще дороже.

По толкованию св. Иоанна Златоуста, жертва Каина была отвергнута Богом именно вследствии дурного расположения сердца будущего убийцы. Вспомним также, что Каин принёс жертву Богу от плодов земли, которую он возделывал, т. е. просто взял первые попавшиеся плоды. Авель же, любовно выбрал тук (нежное мясо) первенцев стад, которых он разводил (Быт. IV, 3). Вспомним, что и в реальной истории примитивное земледелие уступило место более прогрессивному скотоводству. В этом смысл т. н. неолетической революции, происшедшей ок. 10 000 лет до н. э. Вот в какой мере идея жертвы древ нее и первичнее идеи священства! Вместе с тем Авель открывает череду святых Божиих и является отдалённым прообразом Иисуса Христа (тоже пастыря словесных овец). И, убитый братом, Авель, являет прообраз совершенной жертвы.

С идеей жертвы тесно связана идея жертвенника. Это наше главное литургическое понятие. Очень важно, что хотя жертвоприношения существовали ещё до Потопа, слово «жертвенник» [мизбеах] впервые употребляется в Библии по выходе Ноя из Ковчега (Быт. VIII, 20). Т. о. жертвенник в своём литургическом значении (а не просто куча камней, как у Каина и Авеля) связывается с заключением Общего Завета со всем человечеством (восстановителем которого является Христос, архиерей по типу Мелхиседекову, совершенный Агнец).

Впервые мы встречаем упоминание об Агнце в Быт. XV, 9, когда Бог заключает Ветхий Завет с Авраамом. Здесь трёхлетний овн упомянут в числе других жертвенных животных и птиц. Заменительная роль Агнца впервые проявляется, когда Авраам приносит его в жертву вместо сына Исаака. Наконец, во время Исхода из Египта Агнец прямо выступает как образ искупления и очищения. И сама пасхальная трапеза — яркий образ единения народа с её учредителем, Богом. На это указывают даже условия приготовления Агнца: без раздробления на части (ибо он — символ единства и целостности!). Все вкусившие его вступают в общение с Господом. Пресный хлеб, с которым вкушают Агнца — символ очищения (удаление порочной закваски египетского рабства). Именно с момента Исхода из Египта Агнец и все последующие жертвы становятся прообразами той высшей Жертвы, которую принесёт Сын Божий для восстановления разорванного единства людей с Богом.

А как выглядел жертвенник в эпоху Моисея? Это был квадратный полый ящик из дерева ситтим, обитый медью и с четырьмя медными рогами по углам. К этим рогам привязывался жертвенный агнец. В первохристианском гимне, который мы будем проходить, рог жертвенника означает Христа:!"

!"Благословен Господь Бог Израилев,! что посетил народ Свой! и сотворил избавление ему,! и!воздвиг рог спасения нам! в дому Давида, отрока!своего…"

Приносящий! жертву за грех, клал свою руку на голову привязанного к рогу агнца, и этот жест означал переход его грехов на невинную жертву. Далее священники закалывали агнца и кровью его кропили бока и рога жертвенника. Часть жертвенного животного сжигали, а другие части отдавались священнику и жертвователю для устроения жертвенного пира. Пир означал, что возмездие за грех совершилось и попранная грехом правда Божия восстановлена.

Ниже мы увидим, что Евхаристия по своему глубинному смыслу есть именно такой жертвенный пир народа Божьего. И именно в этом контексте надо понимать слова Иоанна Предтечи, который, увидев идущего к нему Христа, воскликнул:!"Вот Агнец Божий, который!берет на Себя грех мира" (Ин. I, 29).

Кроме жертвы за грех (т. е. жертвы умилостивительной) у евреев существовали и жертвы благодарственные (например за хороший урожай), и для них преимущественно употреблялись растительные компоненты: Ладан, хлеб и вино.