Гордость

Гордость

По свойству природных способностей у человека есть побуждение или стремление раскрывать, усовершать свои силы, сравняться с другими, приобресть себе доброе мнение других, честь, славу, благоволение. Это стремление бывает полезно, когда побеждает человека усовершать себя в умственном и нравственном отношении. Также и доброе имя бывает полезно для усовершения и счастия нашего и других, когда основывается на истинном совершенстве, приобретается честным способом, правильно употребляется. Но самолюбие часто злоупотребляет этим стремлением, и от беспорядочной любви к своему превосходству и уважению происходит гордость, которая проявляется в разных видах и действиях.

Особенные виды и действия гордости суть:

чрезмерное, беспорядочное почитание себя, или самовозношение, высокомерие;

честолюбие, домогательство уважения от других, которого не заслуживаем;

славолюбие;

самовыказывание, делание всего на показ превосходства;

надменность, величавость, соединенная с презрением других;

тщеславие;

пышность.

Худые порождения гордости: самонадеянность, отважность на дела, превышающие наши силы, дерзость; любопытство, страсть к новизнам; лицемерие; упрямство, спорливость, вздорливость; непокорность; зависть, ревность; злословие; неблагодарность и т. п.

* * *

Зловредность и глупость гордости. — Гордость есть порок тяжкий; она нарушает обязанности правды и любви к Богу, к ближним и к себе. Гордый несправедлив.

В отношении к Богу гордый не почитает Его как верховного Владыку и источник всех благ; не воздает Ему надлежащей чести и не относит к Нему всякого блага, какое получает; не думает, что от Него одного вполне зависит, не хочет на Него одного полагаться, от Него просить благодати и помощи; благодеяния Его мало ценит или приписывает своим заслугам. Потому Бог говорит, что Он отвращается надменности, гордости. Мерзость пред Господом всякий надменный сердцем (Притч. 16, 5). Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак. 4, 6). Гордость ненавистна и Господу и людям (Сир. 10, 7).

Гордый бесчеловечен, несправедлив и по отношению к другим. Он по справедливости не ценит их совершенства и достоинства; не оказывает другим должного уважения и почтения; пользуется ими только как средством к своему возвышению или выгодам; на совершенства их смотрит завистливо или, как враждебные для его возвышения, ненавидит. Потому старается унижать или чернить их достоинство и заслуги; напротив, недостатки их с любопытством и удовольствием разузнаёт, как бы через микроскоп высматривает, не терпит их и из них берет повод превозносить себя и презирать других. Оттого и бывает, что низшие гордого избегают, равные чуждаются, а высшие унижают.

Гордый неправ и по отношению к себе. Не сознавая своих недостатков, слабостей, зависимости от Бога и других и не зная сам себя, он не терпит, чтобы другие его учили, увещевали, помогали, не старается просить и благодати у Бога. Не сознавая своих несовершенств, слабостей, грехов и не стараясь исправить их, загладить, он не может потому восходить к высшей степени нравственного совершенства, доброты. Напротив, так как начало всякого греха — гордость (Сир. 10, 15) и плодовитая мать других пороков, то он через нее впадает во многие и тяжкие грехи, а от многих добрых дел отвлекается, даже от самых добрых действий как бы развращается, потому что из сделанных добрых дел берет повод к превозношению себя, тем разрушает и как бы в яд обращает их. Из этого видно, как зловредна гордость.

Глупость гордости открывается из того, что гордый сам себя обманывает и, считая себя не тем, что есть на самом деле, жалко заблуждается; показывая себя иным, чем каков есть на самом деле, лучшим, бесстыдно лжет и, желая тем обманывать других, обманывает сам себя. Поскольку, стараясь восхитить уважение других, гонится за тенью славы, превозносит себя перед другими суетным, неправедным способом, то унижает сам себя и делается ненавистным Богу и людям. Глуп гордый и потому, что терпеть не может других гордых, а сам надменностью, величавостью, пышностью хочет снискать уважение других. Ребяческую легкомысленность выказывает гордый, когда жадно ищет пищи своей суетности, тщеславию в самых ничтожных вещах, например в блеске нарядов, красоте тела, богатстве, знатности рода, титулах, даже в пороках, а между тем пренебрегает тем, что может доставить истинное достоинство, уважение.

Гордость есть зло самое опасное, упорное, глубоко вкореняющееся, почти неисцелимое. Гордость есть зло тонкое, скрытный яд, потаенная зараза, ослепительница сердца, скрывается под всяким видом доброго дела, добродетели и даже самого смирения. Гордость и лекарством производит болезнь, ибо и вразумлением раздражается, и добрые дела портит худым намерением, обращает в яд.

* * *

Средства против гордости. — Они могут быть следующими:

ясное представление зловредности и глупости гордости;

убеждение в пользе, необходимости христианского смирения;

созерцание примера Иисуса Христа, словами и делами побуждающего к смирению (см. Мф. 11, 29), также Пресвятой Богородицы, святых, отличавшихся смирением;

правильное суждение об относительной только цене, неверности, изменчивости, кратковременности, суетности людского мнения, уважения, похвал и почестей;

частое рассматривание и взвешивание своего несовершенства, немощи, зависимости от силы Божией, без которой ничего доброго не можем сделать, и от пособия других; также рассматривание своих недостатков, грехов, слабости на добро и сильной наклонности к худому и т. п.;

размышление о бесконечных совершенствах Божиих, о заслугах, делах, высоких дарованиях святых угодников Божиих, с которыми сравнивая себя не можем не казаться для себя самих маловажными, ничтожными;

сравнивание себя с лучшими окружающими нас людьми;

частое упражнение в подвигах смирения, противных гордости;

молитва к Богу о даровании нам чувства смирения;

святой Лествичник говорит, что людям гордого нрава полезнее всего быть в повиновении, проводить житие грубейшее, презреннейшее и прочитывать повествования о сверхъестественных добродетелях святых отцов. Может быть, такими средствами эти недугующие получат хотя малую надежду спасения[11].

Бдительно мы должны наблюдать и за духом тщеславия. Ибо оно весьма сокровенно, с разным ухищрением вкрадывается во все наши намерения и действия, преграждает путь к истинному преуспеянию и силится извратить всякое наше дело так, чтобы оно было не для Бога, а для своей славы и человекоугодия. Поэтому надлежит нам во всякое время строго испытывать себя и свои упражнения, для Бога ли и для пользы душевной они совершаются. Надлежит всячески избегать похвал человеческих и отвергать всякий помысл льстивый, внушающий сделать что-нибудь по человекоугодию[12]