15. Общение свойств (Communicatio idiomatum) Божеских и человеческих в Лице Богочеловека

15. Общение свойств (Communicatio idiomatum) Божеских и человеческих в Лице Богочеловека

В силу ипостасного единения естеств, один и тот же Бог Слово может именоваться и Богом, и Человеком. При этом:

а) Свойства человеческие приписываются иногда Христу как Богу:

«Если бы познали

(премудрость Божию),

то не распяли бы Господа славы»

(1 Кор. 2, 8).

«Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею»

(Деян. 20, 28).

«Оно (Слово), соединившись с плотию в самой утробе (Святой Девы), родилось по плоти, усвоив Себе плоть, с {57} которой родилось» (святителя Кирилла Александрийского послание к Несторию «?????????????»).

б) Свойства божеские приписываются иногда Христу как Человеку:

«Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах»

(Ин. 3, 13).

«Божественный и вышевидный Младенец, хотя и был в пеленах, по человеческой природе, но как Бог неизреченной силой расхитил сосуды сатаны» (святителя Кирилла Александрийского пасхальная гомилия 429 года).

Термину communicatio idiomatum соответствует греческое выражение (?????????????? ??? ????????) (взаимозамена или взаимоперемещение именований), которое введено в догматику на основании одного высказывания святого Григория Нисского. Святой Григорий в письме к Феофилу, архиепископу Александрийскому, писал: «По причине совершенного единения воспринятой плоти и восприемлющего Божества имена взаимно заменяются, так что и человеческое называется божеским, и божеское человеческим (именем). Посему и Распятый у Павла называется Господом славы (1 Кор. 2, 8) и Поклоняемый от всей твари небесных, земных и преисподних именуется Иисусом (Флп. 2, 10)».

Одним из следствий communicatio idiomatum являются так называемые теопасхитские выражения. В них при ясном указании на Божественность Лица Господа Иисуса Христа говорится о Его страданиях и смерти (очевидно, по человеческому естеству).

В дополнение к вышеприведенным текстам (1 Кор. 2, 8 и Деян. 20, 28) можно привести святоотеческие и принятые Церковью выражения:

«Дайте мне быть подражателем страданий Бога моего» (святителя Игнатия Антиохийского послание к Римлянам 6, 3).

«Что Само Слово Божие воплотившееся было повешено на древе, это я не раз показал» [85].

{58}

«Сын Божий родился; нам не стыдно (утверждать это), хотя надлежало бы стыдиться (по мнению мудрецов века сего); Сын Божий умер; это вполне достоверно, хотя (по их мнению) ни с чем несообразно. Погребенный воскрес; это несомненно, хотя (как они думают) "невозможно"» [86].

«Верую… во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия… единосущна Отцу… распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна…» (Символ веры).

«Единородный Сыне и Слове Божий… непреложно вочеловечивыйся, распныйся же, Христе Боже, …Един сый Святыя Троицы, спрославляемый Отцу и Святому Духу, спаси нас» (гимн императора Юстиниана).

Термин «теопасхитские» (выражения) происходит от греческих слов: «????» (Бог) и «?????» (страдаю). Нужно, однако, иметь в виду, что, употребляя теопасхитские выражения, Православная Церковь не допускает мысли о страдании во Христе Его божеского естества.

Святой Иоанн Дамаскин писал: «Говоря о Божестве (Христа), мы не приписываем ему тех свойств, которые присущи человечеству. Ибо мы не говорим, что Божество подвержено страданию… А когда речь идет об Ипостаси, то… придаем ей свойства обоих естеств» [87].

Святитель Афанасий Великий рассуждал так: «Что претерпевало человеческое тело Слова, то соединенное с ним Слово относило к Себе» [88].

И о смерти Христа святитель Афанасий пишет: «Произошла смерть; тело приняло ее по естеству, а Слово потерпело (ее) по изволению и свободно собственное Свое тело предало на смерть» [89].

{59}