Слово на Благовещеніе Пресвятой Богородицы

Слово на Благовещеніе Пресвятой Богородицы

Слово на Благовещеніе Пресв. Богородицы, cв. Андрея Критскаго. Христ. Чт. 1829 г. ч. XXXIII. стр. 245–276. Поверено и исправлено по греческому тексту. Patrolog. tom. XCVII. col. 881–914.

Ныне настала радость для всехъ, вознаграждающая прежнюю скорбь: предсталъ Вездесущій, чтобы все исполнить радости. Но какъ Онъ предсталъ? — Не съ телохранителями, не въ сопровожденіи воинствъ Ангельскихъ, не съ пышностью и шумомъ: но тихо и безмятежно, чтобы укрыть Свое шествіе отъ князя тьмы и чтобы, благоразумною хитростію уловивъ змія и посмеявшись надъ бдительностію того Ассирійскаго дракона, который поработилъ себе благородство природы человеческой, — исхитить у него добычу. Неизреченное великое милосердіе Его не хотело видеть потери такого творенія, каковъ человекъ, для котораго Онъ распростеръ сводъ небесный, утвердилъ землю, разлилъ воздухъ, образовалъ море, устроилъ все видимое созданіе. Поэтому является Богъ на земле, Богъ съ небесъ, Богъ между человеками, Богъ во чреве Девы — Тотъ, котораго не вмещаетъ вся вселенная. Теперь природа человеческая начинаетъ предвкушать радость и получаетъ начало обоженія; теперь отвергнувъ отъ себя обманчивое богатство греха, она уневещивается Творцу; теперь первоначальный составъ нашъ прнимаетъ новый видъ, и состаревшійся міръ отлагаетъ ветхость — плодъ греха. Да радуется небо свыше, и облацы, да кропятъ правду (Ис. 45:8), да источаютъ горы, сладость и холмы веселіе, яко помилова Богъ люди Своя (Ис. 49:13). Ныне таинство, запечатленное прежде всехъ вековъ, открывается и все получаетъ во Христе возстановленіе. Ныне всемогущая сила Зиждителя вселенной приводитъ въ окончательное исполненіе советъ, держанный Имъ о сотвореніи міра, дабы разрушить советъ, начальникомъ злобы издревле противъ насъ составленный. Посему–то ликуютъ Ангелы, сорадуются человеки и весь обновляемый міръ приходитъ въ себя. Какой умъ, какой языкъ выразитъ все это? Ни слово изречь, ни слухъ принять это не въ силахъ. Итакъ мы справедливо совершаемъ настоящее торжество съ веселіемъ и радостію, празднуя совершеннейшее воспринятіе (Господомъ) нашего смешенія.

Но чтожъ это за торжество и каково оно? Оно — радость всей твари и возстановленіе (нашего) рода. Ныне благовестіе радости, свидетельство человеколюбія Божія, радостная проповедь о спасеніи всего міра. Откуда, отъ кого и кому? — Съ небесъ, отъ Бога, къ Деве, обрученной мужу. Кто эта Дева? Кто этотъ мужъ? Какія имъ имена? Деве — Марія, а мужу — Іосифъ: оба отъ рода Давидова. Кто исполнитель божественныхъ повеленій, и откуда онъ приходитъ? Архангелъ Гавріилъ, свыше посланный для служенія чуду: таинство удивительнейшее въ сравненіи со всемъ, достойнымъ удивленія, возвестить долженъ былъ служитель Вышняго, слетевъ съ горнихъ странъ на землю. Что же именно? Снисшествіе Господа, несказанное явленіе Его смотренія о насъ, обнаруженіе и подтвержденіе божественнаго совета и предведенія, хотя отъ вечности сокровеннаго. Но где, когда и для чего? — Въ Назарете Галилейскомъ городе, въ месяцъ шестый после того, какъ Іоаннъ зачатъ, чтобы этотъ возвестилъ о воплощеніи грядущаго Господа. Итакъ, Гавріилъ, слетевъ съ горняхъ обителей въ земныя страны, предсталъ въ Назарете и, пришедъ къ Деве, кротко объявилъ Ей о неизреченномъ смотреніи Божіемъ. Въ этомъ–то и состоитъ таинство примиренія Бога съ человеками. Вотъ и предметъ настоящаго торжества — соеднненіе Бога съ человеками, обоженіе воспринятой Имъ природы, обновленіе образа нашего, перемена состоянія нашего на лучшее, возвышеніе и восхожденіе наше на небеса. Посему все ныне преисполнено радости, и все умные чины небесныхъ силъ вступаютъ съ нами въ союзъ при нашемъ примиреніи съ Богомъ: имъ пріятны возвращеніе наше къ Богу, переходъ и восхожденіе къ лучшему состоянію, потому что они весьма сострадательны и любвеобильны, почему и посылаются на служеніе для техъ, которые должны наследовать спасеніе (Евр. 1:14). Итакъ все днесь да веселится, природа да взыграетъ! Ныне отверзается небо, и земля невидимо пріемлетъ Царя всяческихъ. Назаретъ, соревнуя Едему, въ недро свое пріемлетъ насадителя Едема; Отецъ миросердія человеческую нищету обручаетъ единственному и единородному Сыну Своему, Гавріилъ служитъ таинству и взываетъ къ Деве: радуйся! (Лук. 1:28), чтобы дщерь Адама, происшедшая отъ племени Давидова, возвратила собою ту радость, которую потеряла праматерь. Ныне Отецъ славы, сжалясь надъ родомъ человеческимъ, милостивымъ окомъ взираетъ на растленное въ Адаме естество. Ныне Податель милосердія открываетъ намъ бездну всеблагихъ щедротъ Своихъ и изливаетъ на естество наше Свою такъ обильную милость, какъ обильна вода, наполняющая моря. Тому, изъ котораго, чрезъ котораго и въ которомъ все существуетъ, надлежало преложить на милость древній приговоръ проклятія противъ насъ, славою своею прославить обезславленное въ Адаме естество наше и истиною разрушить тотъ лукавый советъ отца лжи, последствіемъ котораго было первое преступленіе, т. е. наденіе Адамова рода.

Объ этомъ–то великій между царями Богоотецъ Давидъ пророчественно воспелъ: милость и истина сретостеся, правда и миръ облобызастася (Псал. 84:11). Говоря такъ, не разумеетъ ли онъ милость, которую, по благоволенію Отца, явилъ къ намъ Сынъ — Податель милости, изъ сожаленія къ намъ сделавшійся подобнымъ намъ во всемъ, исключая грехъ, чтобы изгладить преступленіе наше, возставить насъ отъ паденія и разрушенное снова исправить? Что такое истина, какъ не то, что Его явленіе людямъ не было какимъ–либо призракомъ? Не видъ только человеческій, какъ некоторые говорятъ, Онъ принялъ на Себя; но движимый человеколюбіемъ и снисходя къ человекамъ, Непостижимый, по самой истине, усвоилъ Себе существо человеческое и обожилъ въ Себе воспринятую Имъ общую нашу природу. Его смотреніе не было призракомъ: такъ какъ Онъ, при неизменяемости Своего Божества, имелъ истинное тело.

Поелику же милость и истина — по словамъ Пророка — сретостеся, то правда и миръ, какъ и надлежало, облобызастася. Правда — это определеніе, произнесенное противъ обольстителя праотцевъ. Когда и кемъ? Ныне, Отцемъ всевышнимъ. По этой правде, человеколюбивый по естеству, Онъ положилъ, чтобы единородный Сынъ Его, явясь въ образе человека, осудилъ врага. Миръ — это тотъ миръ, который тотчасъ, при плотскомъ рожденіи Начальника мира — Сына (Божія), единогласно воспелъ ликъ Ангеловъ, взывая: слава въ вышнихъ Богу и на земли миръ, къ человекамъ благоволеніе (Лук. 2:14), — та слава, которою прославился чрезъ Христа человеческій родъ, бывъ вознесенъ — какъ говоритъ великій Апостолъ — превыше круга небеснаго, превыше всякаго начальства, и власти, и силы (Евр. 1. 21); тотъ миръ, который Самъ Онъ исходатайствовалъ намъ, соединивъ небесное съ земнымъ и открывъ земнороднымъ новую стезю къ восхожденію на небеса, то благоволеніе, по которому угодно было Отцу послать къ намъ осужденнымъ возлюбленнаго Сына Своего, чтобы — какъ имеющій одну волю съ Отцемъ — совершилъ спасеніе, предназначенное намъ отъ Отца чрезъ Него. Вотъ предметъ нынешняго нашего торжества! Вотъ то важное порученіе, которое ныне исполняетъ Гавріилъ и — какъ посредникъ между Божествомъ и человечествомъ — первый благовествуетъ Деве залогъ совершеннаго примиренія!

Милосердый Отецъ, съ сожаленіемъ воззревъ на родъ нашъ, уже растленный грехопаденіемъ, вспомнилъ о твореніи рукъ Своихъ и, не хотя видеть насъ навсегда погибшими, сначала вручилъ Мо?сею письменный законъ, начертанный на каменныхъ доскахъ. А такъ какъ писанный законъ не производилъ спасительныхъ действій, то Онъ посылалъ Духоносныхъ мужей, т. е. прозорливыхъ пророковъ, показывавшихъ все правые пути къ Богу. И после хотя те, къ которымъ они были посылаемы, закрывъ свои чувства, ни мало не сделались лучшими; Творецъ однакожъ не презрелъ нашего естества; но изъ преблагихъ и пренепорочныхъ недръ Своихъ послалъ къ намъ недостойнымъ, въ конце вековъ, Сына Своего, равнаго Себе и по власти, и по силе, и по благости. Онъ восхотелъ лучше соделать спасеніе преступниковъ воли Его, нежели оставить въ презреніи столь прекрасное и столь высокое Свое созданіе, каковъ человекъ. Поэтому, определивъ служить при таинстве одному изъ первейшихъ Ангеловъ, Онъ маніемъ Своего величія далъ — думаю — Ангелу такое повеленіе: «Гавріилъ! иди въ Назаретъ, городъ Галилейскій, въ коемъ живетъ Отроковица Дева, обрученная мужу, именемъ Іосифу: имя Деве — Марія». Для чего въ Назаретъ? Для того, чтобы тамъ Вседержителю избрать для Себя богоблагодатное украшеніе девства, какъ розу въ тернистомъ месте, также для исполненія пророчества, что Онъ назовется Назореемъ. Кто? Тотъ, котораго На?анаилъ впоследствіи называетъ Сыномъ Божіимъ и Царемъ Израильскимъ (Іоан. 1:49). Что же касается до Гавріила, то онъ обыкновенно служитъ при совершеніи божественныхъ таинствъ, какъ мы знаемъ это изъ Даніила. «Итакъ иди — глаголетъ Богъ Архангелу — въ Назаретъ, городъ Галилейскій; тамъ немедленно и прежде всего скажи Деве то благовестіе радости, котораго лишилась некогда Ева, и не смущай души Ея: это благовестіе радости, а не печали: это приветствіе веселія, а не унынія». Въ самомъ деле, была ли и будетъ ли для рода человеческаго какая–нибудь радость более той, какъ быть причастникомъ Божественнаго естества, быть въ соединеніи съ Богомъ, быть съ Нимъ едино по причине соединенія, и притомъ ?постаснаго? Что можетъ быть удивительнее того, когда Богъ видимо снисходитъ на землю и даже носится въ чреве жены? Неслыханное дело! Богъ, которому престолъ — небо и подножіе — земля (Ис. 66:1) — въ женской утробе! Всевышній Богъ, сопрестольный съ Отчею вечностію — во чреве! И есть ли что необыкновеннее, какъ Богу явиться въ образе человека, не разлучаясь съ Своимъ Божествомъ, какъ намъ видеть все естество человеческое соединеннымъ съ Творцемъ для того, чтобы обоготворился весь человекъ — первая жертва греха?

Что же Гавріилъ? Выслушавъ это и узнавъ повеленіе, изреченное ему гласомъ Божіимъ, но превышающее силы его, онъ находился между страхомъ и радостію: не дерзалъ тотчасъ исполнить его, но остерегался и отрицаться отъ него. Впрочемъ, повинуясь Божію веленію, полетелъ къ Деве и, по прибытіи въ Назаретъ, предсталъ въ Ея домъ; потомъ, какъ–бы погрузившись въ размышленіе и недоумевая въ себе, колебался въ мысляхъ, разсуждая — думаю — самъ съ собою такъ: «съ чего начать мне исполненіе воли Божіей? Мгновенно ли явиться въ чертоге? Но такимъ появленіемъ я устрашу душу Девы. Или взойти не вдругъ? Но Отроковица почтетъ входъ мой тайнымъ. Постучать ли въ дверь? Но какимъ образомъ? Ангеламъ это не свойственно, потому что никакой предметъ, ни содержащій, ни содержимый, не можетъ препятствовать существу безтелесному. Или просто отворить дверь? Но и тогда, какъ она заперта, я могу пройти сквозь нее. Назвать ли Деву по имени? Но этимъ я приведу въ трепетъ Отроковицу. Итакъ вотъ что сделаю: по воле Пославшаго меня, укрощу мое стремленіе; намереніе Его — спасти родъ человеческій; воля Его, хотя необыкновенная, исполнена милосердія и служитъ залогомъ примиренія. Но опять, какимъ образомъ мне приступить къ Деве? О чемъ прежде всего съ Нею говорить? О благовестіи ли радости, или о вселеніи въ Нее Господа моего? О наитіи ли Духа Святаго, или объ осененіи Всевышняго? Сделаю къ Деве обращеніе, возвещу Ей о чуде, приближусь къ Ней, сделаю Ей приетствіе и кротко воззову: радуйся! Приветствіе будетъ для меня счастливымъ вступленіемъ въ свободный съ Нею разговоръ. Слово радуйся! послужитъ мне залогомъ позволенія беседовать съ Нею; только гласъ радуйся ни мало не устрашитъ, но усладитъ Ея душу. Итакъ, возвещая Ей радостное веленіе, я начну воззваніемъ: радуйся! На самомъ деле, прилично приветствовать Царицу благовестіемъ радости. Радостенъ духъ! восхитительно это время! Утешительно повеленіе! Это воля Божія о спасеніи и начало радости безмерной!»

Принявъ такое решеніе, Архангелъ предсталъ въ доме Девы и, приступивъ къ чертогу, въ которомъ Она находилась, тихо приблизился къ двери и, вошедъ въ нее, кроткимъ голосомъ воззвалъ къ Деве: радуйся, Благодатная! Господь съ Тобою (Лук. 1:28), Господь, который былъ прежде Тебя, который ныне съ Тобою, который, спустя немного, отъ Тебя родится. Одно рожденіе Его было вечное, другое будетъ временное». О, безмерное человеколюбіе и благость! Ангелъ не только объявляетъ радость, но указываетъ и на Виновника радости, во чреве Девы; потому что слова: Господь съ Тобою — ясно означаютъ, что присутствуетъ самъ Царь, всецело воплощающійся въ Ней и не оставляющій Своей славы. Радуйся, Благодатная! Господь съ Тобою. Радуйся, орудіе радости, которымъ упраздненъ приговоръ клятвы и возвращено право на радость. Радуйся, истинно благословенная; радуйся, препрославленная; радуйся преукрашенное святилище славы Божіей; радуйся, священное жилище Царя. Радуйся, чертогъ, въ которомъ Христосъ обручилъ Себе человечество. Радуйся, избранная Богомъ прежде рожденія; радуйся, орудіе примиренія Бога съ человеками; радуйся, сокровище безсмертной жизни; радуйся, небо — пренебесное жилище солнца славы; радуйся, пространное селеніе Бога нигде невместимаго, въ Тебе одной вместившагося; радуйся, святая девственная земля, изъ которой неизреченнымъ действіемъ Божіимъ образовался новый Адамъ, чтобы спасти древняго; радуйся, священный, достойный Бога квасъ, который проникъ весь родъ человеческій, такъ что составилось одно удивительное смешеніе, на подобіе хлеба, происшедшее изъ единаго тела Христова. Радуйся Благодатная! Господь съ Тобою, Тотъ, который сказалъ: да будетъ твердь (Быт. 1:6), и все прочія дела Творческаго величія Его; радуйся, родительница безмерной радости; радуйся, новый ковчегъ славы, въ которомъ почилъ сошедшій Духъ Божій, — ковчегъ въ которомъ Святый по естеству, чрезъ воплощеніе, чуднымъ образомъ устроилъ Себе святыню новой славы въ девической утробе, не преставъ быть темъ, чемъ былъ (ибо Онъ непремененъ), но сделавшись темъ, чемъ не былъ (ибо Онъ человеколюбивъ). Радуйся, сосудъ златый, носящій Того, который усладилъ манну и источилъ неблагодарному Израилю медъ изъ камня; радуйся, серафимская клеща таинственнаго угля; радуйся умное зеркало созерцательнаго познанія, чрезъ которое пророки, просвещенные Духомъ Святымъ, таинственно видели безконечное къ намъ снисхожденіе Божіе; радуйся, труба зрительная, сквозь которую осеняемые унылою тьмою греха, увидевъ восхожденіе грядущаго свыше со славою солнца правды, озарились чуднымъ светомъ; радуйся, украшеніе всехъ пророковъ и патріарховъ, и истиннейшее проповеданіе непостижимыхъ предопределеній Божіихъ.

Благословенна Ты въ женахъ, и благословенъ плодъ чрева Твоего (Лук. 1:2). И поистине благословенна, потому что Богъ избралъ Тебя въ жилище Себе, потому что Ты непостижимо носила въ утробе Своей исполненнаго славы Отчей Іисуса Христа — человека и вместе Бога, имеющаго вместе свойства той и другой природы. Благословенна Ты въ женахъ, нетесно вместившая въ священномъ хранилище девства Своего то небесное сокровище, въ которомъ сокрыты все сокровища премудрости и веденія (Кол. 2:3). Ты истинно благословенна: Твое чрево есть какъ стогъ на гумне (Песн. 7:2); Ты безъ семени, безъ возделанія произрастила плодъ благословенія и класъ нетленія — Христа и принесла обильнейшую, тысячекратную жатву, приведя тысячи радующихся къ Делателю нашего спасенія. Ты истинно благословенна: потому что одна изъ всехъ матерей, будучи предуготована быть матерію Создателя Своего, не испытала матерямъ свойственнаго; матернее рожденіе не повредило чистоты Твоего девства; девственный плодъ Твой сохранилъ печать Твоей непорочности. Ты истинно благословенна: Ты одна, не познавъ мужа, носила во чреве Своемъ Того, который распростеръ небеса и чуднымъ образомъ землю девства Твоего сделалъ небомъ. Благословенна Ты въ женахъ, одна наследовавшая то благословеніе, которое Богъ чрезъ Авраама обещалъ народамъ. Ты истинно благословенна, — одна наименовавшаяся Матерію благословеннаго Сына — Іисуса Христа и Спасителя нашего, чрезъ которую народы взываютъ: благословенъ грядый во имя Господне (Мат?. 21:9), и благословенно имя славы Его во векъ, исполнится славы Его вся земля: буди, буди! (Псал. 71:19). Благословенна Ты въ женахъ, которую ублажаютъ поколенія и прославляютъ цари, которой покланяются владыки и служатъ богатейшіе изъ людей, которую девы среди сонма своего вводятъ во храмъ Царя. Благословенна Ты въ женахъ, которую Исаія, увидя прозорливыми очами, наименовалъ пророчицею, девою, плин?ою, местомъ, виденіемъ, главою книги и притомъ запечатленной. Ты истинно благословенна, которую Іезекіиль… [1] назвалъ востокомъ, вратами заключенными, отверстыми только Богомъ, и опять заключенными. Ты одна истинно благословенна, которая Даніилу, мужу желаній, казалась горою великою, а чудному Аввакуму горою пріосененною (Авв. 3:3), которую царь Твой праотецъ пророчески воспелъ горою Божіею, горою тучною, горою преусыренною, на которой благоволилъ обитать Богъ. Благословенна Ты въ женахъ, которую Богопрозорливейшій Захарія провиделъ въ золотомъ светильнике, украшенномъ семью лампадами, т. е. сіяющемъ семью дарами божественнаго Духа. Ты истинно благословенна; — Ты умный рай, въ которомъ живоносное дерево спасенія; въ Тебе таинственно зрится и Самъ насадитель Эдема — Христосъ, который неизреченною силою исходя изъ утробы Твоей, подобно живоносному источнику, посредствомъ Евангелія, какъ–бы четырьмя потоками, напояетъ вселенную. Благословенна Ты въ женахъ, и благословенъ плодъ чрева Твоего, — плодъ, котораго вкусивъ Адамъ первосозданный извергъ изъ себя древній ядъ, принятый имъ, по обольщенію, — плодъ, который услаждаетъ горькій вкусъ древа, очищая естество человеческое, который странствующему въ пустыне Израилю источалъ реки воды, услаждалъ Мерру и дождилъ хлебъ чудный, несеянный. Благословенъ плодъ, который безплодную и горькую воду, посредствомъ всыпанной въ нее Елисеемъ соли, соделалъ пріятною и плодотворною. Благословенъ плодъ, который изъ неповрежденной отрасли девическаго чрева прозябъ, подобно грозду, полному и совершенно зрелому. Благословенъ плодъ, изъ котораго истекаютъ источники воды, текущей въ жизнь вечную, — плодъ, изъ котораго происходитъ хлебъ животный — тело Христово и спасительное питіе — чаша безсмертія. Благословенъ плодъ, который славитъ всякій языкъ небесныхъ, земныхъ и преисподнихъ, въ Троице святаго Божества, исповедуя Его тождественнымъ въ существе, но различая въ Немъ личныя начальныя свойства. Благословенна Ты въ женахъ и благословенъ плодъ чрева, Твоего: Она же — какъ говоритъ Священное Писаніе — смутилась отъ слова сего и размышляла Сама съ Собою, говоря, что–бы это было за приветствіе? (Лук. 1:29). Смутилась, — сказано. Не неверіе какое–нибудь поколебало Ея душу, — нетъ; но скорее удивленіе къ необычайному вещанію, такъ какъ въ явленіи представлялось предвестіе. Она не была подобна Захаріи, обнаружившему свое неверіе во святилище, который, хотя и пріобрелъ способность къ деторожденію, но, въ наказаніе, лишился орудій слова и, переставъ быть безчаднымъ, сделался немымъ. Она почувствовала въ душе смущеше отъ сделаннаго Ей приветствія, какъ Дева совершенно непорочная, не имевшая не только смешенія, но и обращенія съ мужемъ, и привыкшая непрестанно устремлять умъ Свой къ созерцанію вещей небесныхъ. Бывъ, какъ и естественно, стыдливою, Она должна была сначала придти въ недоуменіе, потомъ, предавшись размышленію о сказанномъ Ей, слушать говорящаго, такъ сказать, не безъ вниманія и разсужденія. Поэтому Евангелистъ мудро заметилъ, что Она размышляла (какъ–бы поверяя мысль судомъ чистаго разума, чтобы сказаннаго Ей не понять превратно), говоря: что бы это было за приветствіе? Происходя отъ благороднаго племени и будучи дщерію Давида, Она, конечно, знала божественныя повествованія, заключающіяся въ Писаніи, и потому тотчасъ могла обратить умъ Свой къ паденію праматери, представляя Себе прельщеніе ея и другія такія же событія, преданныя древними. Итакъ не безъ причины Евангелистъ написалъ, что Она размышляла; но этимъ показалъ Ея умъ и то, что Она любила иметь познаніе о предметахъ не поверхностное, а твердое и основательное. Въ самомъ деле, Ей не надлежало принимать приветствія, не поверивъ мыслей Своихъ о (возвещаемомъ) благе созерцаніемъ разума. Стараясь успокоить смущенный духъ Свой, Она не произносила словъ, но только однимъ взоромъ показывая некоторое недоуменіе, вместо голоса обнаруживала состояніе Своей души выраженіемъ внешняго Своего вида. «Что это за приветствіе? говоритъ Она. Неужели Я одна изъ женщинъ дамъ природе новые законы? Не ужели Я одна могу понести въ чреве плодъ, не имевъ сообщенія съ мужемъ? Что бы это было за приветствіе? Кто принесъ такую весть, и откуда онъ пришелъ? Почитать–ли вещающаго человекомъ? Но онъ представляется безтелеснымъ. Ангеломъ–ли его назвать? Но онъ говоритъ, какъ человекъ. Я не понимаю того, что вижу, недоумеваю о томъ, что слышу».

Что же делаетъ тогда Гавріилъ? Приметивъ смущеніе Отроковнцы и не размышляя более ни о чемъ, тотчасъ взываетъ, говоря: не бойся, Марія! Ты обрела благодать у Бога (Лук. 1:30). Итакъ, Онъ прежде устранилъ страхъ Ея, потомъ внушилъ бодрость, сказавъ: не бойся! Ты обрела благодать у Бога, которую потеряла Ева. Словомъ благодать онъ ясно определилъ свою мысль и разсеялъ все кажущіяся сомненія, а присовокупивъ: обрела благодать у Бога, совершенно отогналъ страхъ отъ Девы. Не бойся, Марія! Это — не обманчивая речь, не обольстить тебя пришелъ я; не змій лукавый опять говоритъ съ Тобою: не земный вестникъ предстоитъ Тебе: съ неба несу Тебе благовестіе, и притомъ не простое, но благовестіе радости. Не бойся, Марія! Не тщетно это приветствіе и не печаль оно Тебе предвещаетъ! Господь съ Тобою, податель всякой радости, Спаситель всего міра, — съ Тобою Тотъ, который, не отлучаясь Отческихъ недръ, вместился въ Твоей утробе. Я назвалъ Тебя Благодатною, чтобы выразить радость сокрываемаго въ Тебе таинства. Я назвалъ Тебя благодатною, потому что всю эту радость Ты вмещаешь во чреве Твоемъ; потому что Ты одежда благолепная по красоте божественныхъ даровъ. Господь съ Тобою! — воззвалъ я, чтобы выразить могущество въ Тебя вселившагося. Онъ Господь и Богъ, властитель, начальникъ мира, отецъ будущаго века. — Твой Сынъ, о Дева, и Спаситель всехъ (Ис. 8:6). Господь съ Тобою: съ Тобою благодать и истина, Господь закона, но Отецъ благодати и источникъ истины. Не бойся, Марія! Господь съ Тобою, Властитель всякаго начальства, Сынъ Отца световъ, который въ вечности родился отъ Него, но во времени воплотился отъ Тебя, который на небе весь въ недрахъ Отца, а на земле весь съ Тобою во чреве Онъ съ Тобою и въ Тебе. Невместимый по естеству, вселившись въ Твою утробу, вместился въ Тебе. Не бойся, Марія! Ты обрела благодать у Бога, — благодать, которой не получила Сарра, которой не испытала Ревекка, которой не познала Рахиль; Ты обрела благодать, которой не удостоилась ни славная Анна, ни Фенанна, ея соперница. Ибо хотя оне изъ безчадныхъ сделались матерями, — но вместе съ безчадіемъ потеряли девство; а Ты, ставъ Матерью, сохранила и девство Свое невредимымъ. Итакъ, не бойся; Ты обрела благодать у Бога, — благодать, какой никто, кроме Тебя, не обреталъ отъ вечности.

Въ чемъ же состоитъ это преимущество благодати у Бога? Ты обрела благодать у Бога; и се, зачнешь во чреве, и родишь Сына и наречешь имя Ему Іисусъ (Лук. 1:30–31). О чудо! Сперва Ангелъ разрешаетъ Ея сомненіе, а после объясняетъ самое дело. И смотри, что производитъ его краткая речь: прогоняетъ страхъ, предвозвещаетъ благодать, объясняетъ зачатіе, предсказываетъ рожденіе и назначаетъ имя раждаемому. Но здесь еще не конецъ словамъ его. Чтобы показать великое могущество Младенца, онъ тотчасъ присовокупилъ: Онъ будетъ великъ, и наречется Сыномъ Вышняго, — и дастъ Ему Господь Богъ престолъ Давида отца Его, — и воцарится надъ домомъ Іаковлевымъ во веки и царству Его не будетъ конца (Лук. 1:32–33). Видишь, какъ онъ изгналъ изъ Девы страхъ? Какъ ободрилъ духъ Ея? Назвавъ имеющаго родиться Сыномъ Всевышняго и наименовавъ Давида Его отцемъ, Онъ вдругъ возвысилъ умъ Ея, какъ видно изъ последующаго.

Смотри, какой разумъ имеетъ Дева! Она, услышавъ сіе, и зная непреложность высочайшей власти воли Божіей, сказала Ангелу: какъ это будетъ, когда Я не знаю мужа? Ты обещаешь Мне — говоритъ Она — что–то странное; ты возвещаешь Мне то, что превосходитъ естество: Я браку не причастна, — Я обручилась жениху, но бракомъ не сочеталась; Я знаю только въ Іосифе обрученника, но не мужа; со Мною живетъ женихъ, но не разделяя брачнаго ложа. Какъ будетъ сіе, когда Я не знаю мужа? Не ужели природа одну Меня сделаетъ Матерію безъ брака? Не ужели Я одна, вопреки природе, покажу новый для нея образъ рожденія? Бракосочетанія не было; сообщенія съ мужемъ Я не имела; Іосифа Я не познала; Я признавала въ немъ Своего защитника, но не мужа. Итакъ какимъ образомъ это будетъ со Мною?

Гавріилъ тотчасъ ответствуетъ и высокимъ ответомъ своимъ утончаетъ простой Ея вопросъ, говоря: почему Ты, всеблаженная, говоришь это? Почему произносишь эти слова? Я съ неба пришелъ возвестить Тебе о новомъ образе зачатія: не земнородный говоритъ съ Тобою. Я сказалъ: Господь съ Тобою; а Ты съ сомненіемъ говоришь: какъ это будетъ со Мною? Я благовествую Тебе о Томъ, который былъ прежде моего пришествія и который вошелъ во чрево Твое, — а Ты говоришь мне о муже, о земномъ рожденіи, спрашивая: какъ это будетъ съ Тобою? Размысли, — какъ процвелъ жезлъ (Числ. 17:8), — какъ камень источилъ воду и откуда онъ исполнился ею (Исх. 17:6), — какъ огонь купины обнялъ кустарникъ, не сожигая его? (Исх. 3:2) Если ты веришь этимъ событіямъ, то верь и мне. Виновникъ чудесъ, и техъ, и этихъ, одинъ и тотъ же, котораго Ты во чреве носишь; Ты особеннымъ образомъ будешь питать носимаго Тобою Младенца — не такъ, какъ Елисавета, или Анна, мать Твоя. Оне сделались матерями по обыкновенному закону природы; Ты родишь Сына, безъ мужа и безъ семени въ Тебе зачатаго. Если ты хочешь знать самый образъ событія, то я объясню Тебе и его.

Духъ Святый найдетъ на Тебя и сила Всевышняго осенитъ Тебя (Лук. 1:31). Имеющій родиться произойдетъ не отъ хотенія плоти (Іоан. 1:12). Хотеніе плоти не будетъ иметь места при рожденіи Богоматерію, — потому что оно выше пределовъ естества. И если оно вовсе не имеетъ ничего естественнаго, — то и самый способъ его выше и превосходнее естественнаго. Итакъ, никакая страсть не примешалась къ земному зачатію Ея, какъ бываетъ у людей, не сопровождала и небесное рожденіе Господа. Духъ Святый найдетъ на Тебя, и Сила Всевышняго осенитъ Тебя. Смотри, какъ открывается здесь таинство Троицы. Говоря о Святомъ Духе, Архангелъ не инаго кого–либо разумелъ, какъ Утешителя. Силою Всевышняго онъ явно назвалъ Сына, а словомъ: Всевыншій — означилъ лице Отца. Выраженіемъ же: осенитъ Тебя — онъ говоритъ, кажется, тоже, что — по моему мненію — сказалъ Аввакумъ, когда, взирая прозорливыми очами, назвалъ Деву горою пріосененною (Авв. 3:3), какъ бы изображая силу Духа, Ее осеняющую, и неизреченную скинію, въ Ней самодействующую способомъ воплощенія, по которому въ утробе Девы, свободной отъ страстей и чистой отъ всякой вещественной привязанности, воздвигъ нерукотворенный храмъ тела (Спасителя), какъ видно изъ последующаго.

Посему раждаемое будетъ свято и наречется Сынъ Божій: тотъ предвечный Младенецъ, который отъ Святаго Духа, чрезъ Святаго Отца, непостижимо образовался, поистине будетъ Святымъ и назовется Сыномъ Всевышняго, какъ Слово, совечное Всевышнему. Такимъ образомъ ясно показано Деве, — кто, отъ кого и какимъ образомъ зачался въ Ея чреве, — показано и то, что имеющій родиться отъ Нея будетъ Сынъ Божій.

Но чтобы яснее и точнее показать силу своихъ словъ, Ангелъ указываетъ на зачатіе Елисаветы, какъ–бы такъ говоря: кто могъ разрешить (неплодную) утробу въ старости, сверхъ чаянія, тотъ, безъ сомненія, можетъ сделать и Деву чревоносящею. Потомъ присоединяетъ: потому что нетъ ничего невозможнаго для Бога (Лук. 1:37). Дева, услышавъ это, особенно же будучи озарена въ уме светомъ обитающаго въ Ней и проникнута радостію о благовестіи, совершенно успокоилась и, какъ Писаніе говоритъ о Давиде, явилась радостною въ душе съ красотою очей; потому что радовалась чуду и приняла приветствіе съ удовольствіемъ. Да и сказанное Ей исполнено было неизреченной радости. Гавріилъ весьма удобно и весьма ясно убедилъ Деву принять чудо, сказавъ: нетъ ничего невозможнаго для Бога.

Но что говоритъ Евангеліе? Марія же сказала: се раба Господня; да будетъ мне по слову Твоему (Лук. 1:38). Видишь ли разумъ Ея? видишь ли превосходство скромности, облекающей Ее? Узнавъ о зачатіи и рожденіи отъ Нея, также о томъ, кто родится и чьимъ будетъ Сыномъ, какъ Онъ назовется и чей займетъ престолъ, надъ кемъ будетъ царствовать; наконецъ узнавъ и то, что имеющій отъ Нея родиться никогда не будетъ безъ царства, — Она ответила радостнымъ гласомъ: се раба Господня; да будетъ Мне по слову твоему. Очевидно, Она выразила этими словами следующее: вотъ Я въ готовности, и препятствія не будетъ никакого: душа Моя желаетъ, чрево Мое достойно, ибо оно неприкосновенно и сберегается для одного Создателя. Се раба Господня, безпрекословная къ повиновенію, способная къ служенію и готовая къ принятію; да будетъ Мне по слову Твоему. После того, какъ ты все возвестилъ Мне, какъ д?лжно, оно ознаменовалось радостію и славою вышнею. Се раба Господня; да будетъ Мне по слову твоему. Какое неизреченное смотреніе! Какая благодать! И еще более, какая вечная воля и предведеніе! Поистине, Духъ Святый вселился въ Деву и сила Всевышняго осенила Ее, по предопределенному совету и предведенію Божію.

И отшелъ отъ Нея Ангелъ — сказано (Лук. 1:38) — то–есть, по исполненіи порученнаго ему дела. Отшелъ Ангелъ, но Господь не отступилъ отъ Нея. Тотъ ограниченъ, хотя и безтелесенъ, — а этотъ неограниченъ, хотя въ теле и во чреве Девы; тотъ возвестилъ грядущаго, раждаемаго отъ Девы, для спасенія людей; а этотъ, пріявъ существо наше, преобразилъ въ Себя, возвративъ природе нашей образъ Божій и первое достоинство, непослушаніемъ прародителей потерянное, и после сего возселъ на небесахъ, превыше всякаго начальства, и власти, и силы, и всякаго имени, какимъ именуются въ нынешнемъ веке и въ будущемъ (Ефес. 1:21–22). Ему слава, держава, честь и поклоненіе, со безначальнымъ Отцемъ и съ пресвятымъ животворящимъ Духомъ, ныне, и всегда, и во веки вековъ. Аминь.

Печатается по изданію: Избранныя слова святыхъ отцевъ въ честь и славу Пресвятой Богородицы. – Изданiе Русскаго на А?оне Пантелеимонова Монастыря. – СПб.: Въ Типографiи А. И. Траншеля, 1869. – С. 96–114.