Введение

Введение

Эта книга предназначена познакомить читателя с основными понятиями еврейской философии.

Прежде всего сформулируем, что понимается нами под термином “еврейская философия”. Мы пытаемся охарактеризовать еврейского философа с точки зрения еврейской мысли, то есть с точки зрения понятий, привнесенных в мир иудаизмом.

Еврейская философия, в сущности, неотделима от еврейской теологии, иными словами, история еврейской философии — это, собственно, история иудейской теологии, а еврейские философы изначально явлются теологами. Первый из них — Филон Александрийский — появляется приблизительно в I веке, средние века представляют Саадия Гаон, Рамбам и Иегуда Галеви и XX век — Герман Коэн.

Все они пытались создать синтез еврейских источников и общих нееврейских философских идей.

Филон пытался совместить еврейские источники с философией Платона, Саадия Гаон — с мусульманским философским учением, Рамбам — с учением Аристотеля, Иегуда Галеви — с философией неоплатоников, Герман Коэн — с философской системой Канта.

Характерно, что именно это использование нееврейских философских систем превратило еврейскую теологию в еврейскую философию.

Юлиус Гутман — крупнейший историк, занимающийся изучением истории еврейской философии, — отмечает, что еврейский народ развил свою философскую систему не сам по себе, а под влиянием других народов. Таким образом, история развития еврейской философии представляет собой историю впитывания сокровищ других культур с последующей обработкой их в свете собственных представлений. В этой связи мы рекомендуем к прочтению книгу Ю. Гутмана “Философия иудаизма”.

Нас, главным образом, интересуют не разработанные теологами, а сложившиеся в ходе еврейской истории еврейские философские идеи, повлиявшие на западную культуру. Иными словами, тему приводимых здесь лекций точнее обозначить как “Введение в еврейскую мысль”, а не в еврейскую философию. Книга преследует своей целью познакомить читателя не столько с изложенными в Танахе историями, законами и заповедями, сколько с основными идеями Танаха, положенными в основу еврейского мировоззрения — иудаизма.

Иудаизм поставил вопрос о соотношении универсальной истины, выраженной философией, с религиозной истиной, заявленной Танахом. По этому поводу существовали различные суждения.

Некоторые мыслители утверждали, что нет ничего общего между философской истиной и религиозной, в средние века было принято считать, что между этими двумя истинами существует некое соответствие, Рамбам утверждал, что они идентичны. В любом случае, важна сама мысль о возможности сопоставления философской и религиозной истин, чего, скажем, не могло произойти в Греции, в которой религия и философия абсолютно не соприкасались. Столкновение Танаха с греческим мировоззрением оказало решающее влияние на формирование последующих философских систем и религий.

Греческая философия определила ряд общих философских вопросов.

Первый из них — что есть сущее, первооснова, начало начал, “arche”?

Первым ответил на него Фалес, сказав: “Все — вода”. В философской системе Платона начало всего сущего есть Бог. Имеется в виду не Бог греческой мифологии, как, скажем, Зевс, а некий духовный источник, первопричина всего.

Вопросом первоосновы занимается до сегодняшнего дня ОНТОЛОГИЯ — наука о сущем. В современном языке она называется также метафизикой. Все, что касается существования Бога, сути бытия, относится к области онтологии или метафизики.

Второй вопрос: что есть абсолютная истина?

Греческие софисты утверждали, что абсолютной истины не существует, Сократ и Платон утверждали обратное.

Вся эта область, включающая в себя вопросы: как вообще происходит познание? в чем источник способности познавать? при каких условиях возможно познание? как познает душа? каков ее статус? существует ли душа до рождения или она появляется после? — вся эта область называется ЭПИСТОМОЛОГИЕЙ, теорией познания.

Третьим вопросом, сформулированным греческой философией, был вопрос: что есть высшее благо?

Существует ли ценность, определяемая как цель человеческой жизни, посредством которой он достигает высшего счастья, осуществит свое предназначение? Что является правильным с точки зрения морали? Вопросы эти входят в область ЭТИКИ — науки о морали.

Четвертый вопрос — что есть справедливость? — относится к области ПОЛИТИКИ, науки о государстве.

Сюда относятся вопросы: что такое власть? каким должно быть правильное государственное устройство? каковы критерии справедливости в определенном обществе? Ответы на эти вопросы разрабатывали Платон и Аристотель. Платон в своей книге “Государство” дает образец идеального строя, в котором могут воплотиться идеи справедливости.

И наконец, пятый вопрос — что есть прекрасное? — относится к области ЭСТЕТИКИ.

По каким параметрам мы определяем, что красиво, а что нет? В чем природа стремления к прекрасному? Как соотносится эротика и эстетика? — вот круг вопросов, отраженных в книге Платона “Пир”.

Любая крупная философская система рассматривает эти пять основных вопросов: вопрос о сущем, вопрос об истине, вопрос о высшем благе, вопрос о справедливости и вопрос о прекрасном.

ТАНАХ, НЕ ЯВЛЯЯСЬ ФИЛОСОФСКОЙ КНИГОЙ, ДАЕТ ОТВЕТЫ НА ЭТИ ВОПРОСЫ. Единственно, в нем не задается вопрос о прекрасном, так как Танах не занимается областью эстетики, эстетическое переживание всегда связано в Танахе с переживанием религиозным. Вместе с тем в Танахе появляется новый, по отношению к греческой философии, вопрос — вопрос о смысле истории. Историческое видение процессов, происходящих в мире, есть революционное новшество Танаха по отношению к греческой философии.

Греческая философия и Танах — два источника западной культуры, которые в современной терминологии определяются как “Афины” и “Иерусалим”. Само образование западной культуры объясняется “встречей Афин и Иерусалима” в средние века, когда греческой философии был противопоставлен иной взгляд на мир, разработанный иудаизмом и получивший свое продолжение в христианстве и исламе.

В этой книге мы рассмотрим основные понятия иудаизма, привнесенные в мир Танахом. Важно подчеркнуть, что при этом мы воспользуемся феноменологическим методом, то есть рассмотрим явление в его “чистом” виде, как данность, не задаваясь вопросом о его истинности, смысле, влиянии и т. п.

Основы феноменологического подхода были разработаны Гуссерлем. Отправной точкой его идеи была борьба с редукционалистским подходом в философии, очень популярным в начале XX века. Редукция, т. е. уменьшение, означает низведение одного явления до другого. Например, говоря о понятии Бога как о проекции личности Эдипа, сторонники редукционалистского подхода производят редукцию религиозной области до области психологии. В данном случае понятие Бога рассматривается с точки зрения общественных нужд.

Гуссерль ратовал за возвращение к самому явлению. В этой связи существует три аспекта феноменологического подхода. Во-первых, мы рассматриваем явление в том виде, в котором оно нам встречается. Во-вторых, важно удержаться от оценки этого явления, от вынесения какого-либо суждения по этому поводу. И в-третьих, необходимо исследовать явление в его “чистом” виде, то есть понять, что отличает это явление от другого, похожего. Выделив явление, мы можем сконцентрироваться, по определению Гуссерля, на рассмотрении идеи.

Например, мы задаемся целью познать, что есть идея справедливости? Мы понимаем суть идеи через конкретные примеры, опираясь не на наши представления, а на реальное, конкретизированное явление. Скажем, “общее явление”, название которому “материальный объект”, мы можем рассмотреть через конкретный материальный объект — стол.

Если мы хотим понять, что такое религия, мы можем исследовать какую-то конкретную религию. Через конкретную религию мы можем понять саму идею религии вообще. Наш интерес к религии не зависит от того, являемся ли мы сами верующими людьми, мы относимся к религии как к одному из важнейших явлений в истории человечества с точки зрения феноменологического подхода.

При феноменологическом подходе правильно задать вопрос: что такое то или иное явление? Вопрос, является ли рассматриваемое явление истинным, каково наше суждение о нем, мы оставляем за скобками.

Например, рассматривая понятие Бога, мы не пытаемся доказать, что Он существует, ответить на вопрос, хорошо это или плохо, истина это или ложь. Цель наша — определить, что означает это понятие, в чем его содержание, чем отличаются различные представления о Боге, скажем. Бог Танаха и Бог Аристотеля.

С точки зрения выработки жизненной позиции, феноменологическое исследование не имеет никакой ценности. Оно не пытается указать человеку путь в жизни, построить систему ценностей, которой бы следовало руководствоваться. Феноменологическое исследование ценно само по себе, как анализ определенного явления. К месту привести выдержку из предисловия Вильяма Джеймса к его книге о психологии религии:

“Наука о религиях не может служить заменой самой религии, находящиеся вне ее вынуждены удовлетвориться отчетом тех, кто находится внутри”. Здесь налицо перевод религиозного переживания на язык аналитического мышления.

С помощью изучения иудаизма мы можем познать религию как явление. Почему наш выбор падает на иудаизм? Тому есть несколько причин. С одной стороны, как писал Ш.Агнон, “ у еврейского государства есть знание, передаваемое по традиции, о том, что отцы отцов его были евреями”. Логично сначала изучить культуру, с которой мы непосредственно связаны. С другой стороны, иудаизм повлиял на все существующие культуры Запада. Изучая иудаизм, мы приближаемся к изучению истоков западных культур. Важно также, что мы можем читать Танах на том языке, на котором он написан.

Танах интересует нас как феномен, в том виде, в котором он написан. Он не является философской книгой, то есть не пытается преподнести свои идеи как систему понятий. В отличие, от греческой философии, выражающей свои идеи концептуальным способом, Танах открывает свои идеи в повествовании. В основе Танаха лежит не интеллектуальное любопытство, а глубокое фундаментальное религиозное переживание, описываемое им как Божественное Откровение.

В эпоху создания Танаха в сознании людей происходит переворот, повлиявший на всю человеческую историю. Почему это произошло на земле Израиля, а не в других, более развитых в то время империях, как, скажем, Египте или Вавилоне?

Танах дает ответ на этот вопрос: Господь избрал Авраама и Израиль и дал им новое видение Бога, мира, человека, взаимоотношений между Богом и человеком, между человеком и историей.

В современном научном языке этот переворот в сознании носит название “нового религиозного пробуждения”. Цель Танаха дать нам не научные знания о мире, а систему ценностей, духовный базис, общие идеи, адекватные до сегодняшне-го дня.

Основные понятия Танаха заложены в первых четырех главах первой книги Танаха — “Берешит” (в русск. переводе “Бытие”). Танах дает совершенно новое представление о едином, трансцендентном, личностном и нормативном Боге, новое понятие о мире как мире сотворенном, новый взгляд на человека и на историю[1][1].

Танах полностью исключает мифологию, рассказывающую о жизни богов. В Греции освобождение от мифологии выразилось в новой форме мысли — философии. Место мифа занял Логос — духовный принцип. У евреев отказ от мифологии привел к созданию новой, монотеистической религии. Место мифа заняло Откровение, данное человеку — Аврааму и всему Израилю — на горе Синай. Новая религия народа Израиля послужила источником других крупнейших религий, таких, как христианство и ислам.

Танах построен следующим образом: Тора — (в русск. перев.) пять книг Моисеевых:

Берешит — (в русск. перев.) Первая книга Моисеева. Бытие.

Шемот — (в русск. перев.) Вторая книга Моисеева. Исход.

Викра — (в русск. перев.) Третья книга Моисеева. Левит.

Бамидбар — (в русск. перев.) Четвертая книга Моисеева. Числа.

Дварим — (в русск. перев.) Пятая книга Моисеева. Второзаконие.

Невиим — (в русск. перев.) Книги пророков.

Ктувим — (в русск. перев.) Писания.

В наших лекциях перевод цитат из Танаха дан на основе издания “Масад Рав Кук”.

Книга разбита на главы соответственно основным представлениям иудаизма, выраженным в Танахе:

Представление о Боге.

Этика в Танахе.

Сотворение мира в Танахе.

Идея Шабата.

Представление о человеке.

Философия истории.

Откровение.

Идея избранности еврейского народа в современной еврейской философии.