Возрождение лютеранской общины

Возрождение лютеранской общины

На протяжении десятилетий не могло быть и речи о возвращении верующим здания церкви Св. Петра. Что касается упраздненной Петришуле, то ее традиции негласно поддерживались в старых стенах «новой» школы. Несмотря на тяжелые потери, на репрессии, которым в 1930-е гг. подверглись директор Кляйненберг, многие учителя и выпускники; на исчезновение имени школы из документации на десятилетия, историческую память убить не удалось.

Немецкий язык преподавался в этой школе всегда (порой – наряду с английским), а до 1930 г. она, будучи уже национализированной, официально продолжала оставаться немецкой школой. Здесь учился будущий поэт Даниил Иванович Ювачев (Хармс; 1905–1942), умерший в заключении в блокадном Ленинграде. В 1930 г. эту школу закончил Н. Ульянов, хранитель музейного фонда истории Петришуле. Даже спустя десятилетия питомцы Петришуле с любовью вспоминают свою школу и стараются не пропускать встречи выпускников. Еще в 1950-е гг. на вечерах встречи выпускники XIX столетия делились воспоминаниями о прошлом школы, ее традициях. Ежегодно первая суббота апреля – встреча выпускников. В 2009 г. самый «возрастной» ученик 1936 г. выпуска прилетел из США. На встречу 2010 г. пришел дедушка, который закончил Петришуле в июне 1941-го. «Школа – это наша семья», – признаются вчерашние ученики[712].

…Полнейший «разгром» школы планировался на начало 1940-х гг.: сделать ее учебным заведением только для детей рабочих, изгнав детей интеллигенции и «бывших». К счастью, в послевоенное время об этом не вспомнили. И не было за все время ни одного выпуска, ни одного учителя, кто не хранил бы в своем сознании название школы, и это ощущение причастности к истории города и страны передавалось и передается из поколения в поколение. После Великой Отечественной войны, когда говорить по-немецки язык не поворачивался, и школы переходили на другие иностранные, Петришуле первая вернула в город немецкий как язык для углубленного изучения в школе.

На фасаде Петришуле – три даты. Первая – «1760», год, когда заложили уже каменное здание, причем точно неизвестно, чью идею тогда воплощали: то ли замысел Растрелли (с которым дружил финансировавший строительство барон Штегельман), то ли Трезини (с которым не менее приятельствовал Крюйс). Вторая дата – «1915» – дата последней перестройки здания (оно постепенно доросло с двух– до пятиэтажного). Третья – «1958» – год, когда в школе провели капитальный ремонт.

В 1962 г. отмечалось 250-летие Петришуле (с некоторым опозданием), о чем средства массовой информации, в том числе и зарубежные, сообщили всей стране и миру[713]. В послевоенные годы в «школе № 222» учились будущие актеры и деятели кино Михаил Козаков, Лидия Федосеева-Шукшина, Роман Громадский, Николай Фоменко. Про знаменитого литературоведа Юрия Лотмана обычно говорят: «работал в Тартуском университете», но в первую очередь – онпетришулевец. Школа воспитала 25 чемпионов мира в разных видах спорта. Ее выпускник – Г. Шатков – первый советский олимпийский чемпион по боксу.

В 1980-е гг. перед Гороно ставился вопрос о возвращении школе изначальной специфики, однако был получен отказ на том основании, что в районе есть уже языковая школа № 207 (английская). Наконец, в ноябре 1989 г. между руководством школы и представителями Немецкого общества (Е.А. Гейзер, А.А. Битнер) была достигнута устная договоренность о намерениях совместно возрождать немецкую школу. Немецкое общество обязалось осуществить набор в первый немецкий класс, а дирекция школы – обеспечить учебный процесс. В августе 1990 г. набор под надуманным предлогом сорвали, открытие немецких классов уже без участия ненадежных партнеров отодвинули на год[714].

…В апреле 2010 г. старейшая школа Петербурга Петришуле (№ 222) отметила 300-летний юбилей. Праздник принял общегородской масштаб, на Малой Конюшенной улице образовалась своеобразная «галерея славы» школы. От памятника Гоголю до Чебоксарского переулка расположились интерактивные площадки (спортивная, художественная, музыкальная, костюмная фотостудия). В самой школе открылся музей и состоялся торжественный прием почетных выпускников[715].

Музейная экспозиция пополняется с помощью выпускников – они приносят снимки, выпускные документы, грамоты, рассказывают об интересных страницах из истории учебного учреждения. Из прошлой, имперской жизни Петришуле уцелели тетрадки с сочинениями. Например, в 1916 г. ученики писали сочинение «Несчастная жизнь Евгения» по произведению Пушкина «Медный всадник». Бесценные тетрадки с пожелтевшими листками вместе с дореволюционными фотографиями, старинными учебниками и измерительными приборами теперь хранятся в школьном музее[716].

Актовый зал – исторический, с отреставрированными елизаветинскими изразцовыми каминами. В конце 1990-х гг. удалось его подновить благодаря активности тогдашнего генконсула Германии Дитера Бодена. Но портреты, когда-то украшавшие стены, давно в запасниках Русского музея. Музейщики готовы дать цифровые копии, но это нужно печатать. Утрачены деревянные скамьи, когда-то располагавшиеся по периметру всего зала, только две чудом уцелели[717]. Зато сохранились изысканные светильники, а недавно обнаружили… шахту лифта. Когда-то на нем директор поднимался из кабинета в свою квартиру на последнем этаже[718].

В Петришуле есть хорошая традиция – преемственность поколений. В 2010 г. в ней трудились 12 учителей, которые сами когда-то сидели здесь за партами. А их однокашники с удовольствием приводят сюда своих детей. Помимо тех, кто живет в микрорайоне, в Петришуле ежегодно набирают и по городу, человек тридцать, – это дети бывших петришулевцев. В Петришуле, есть несколько классов с углубленным изучением немецкого языка, преподаватели которого стажировались в Германии. Предпочтение при приеме в немецкие классы отдается детям российских немцев. Школа давно и плодотворно сотрудничает с учебными заведениями Германии, а ее выпускники свободно говорят по-немецки.

Так возродилась Петришуле – школа, в стенах которой не прекращался учебный процесс. Гораздо сложнее обстояло дело с возобновлением богослужений в стоящей рядом Петрикирхе. После вынужденного, под угрозой страшных репрессий прекращения существования лютеранских общин Ленинграда в 1938 г. лютеранских богослужений в городе не было 40 лет. Только в 1977 г. разрешили лютеранские богослужения на финском языке в г. Пушкине (бывш. Царское Село) неподалеку от Ленинграда[719].

Долгие десятилетия «немецкая тема» в советской печати после войны была закрытой и никак не обсуждалась. И лишь с объявлением в конце 1980-х гг. «гласности» и горбачевской «перестройки» ее начали открыто освещать. Появились книги и исследования эту тему, передачи на радио и по телевидению, устраивались специальные выставки. В 1990 г. поставлен вопрос о восстановлении исторической справедливости. На страницах «Ленинградской правды» появилась большая статья журналиста В. Угрюмова, озаглавленная «Бассейн… имени святого Петра» (Приложение 4). Изложив суть проблемы, автор с горькой иронией отмечал, что главный лютеранский храм России известен ныне как плавательный бассейн Балтийского морского пароходства. Стараясь соблюсти объективность, журналист все же делал такой вывод: «НЕ ДОЛЖНО возникать дилеммы: храм или бассейн. Людям нужно и то, и другое. Но бассейн в храме – это вандализм»[720].

В следующем, 1991 г. «защитники бассейна» уже вели лишь арьергардные бои. Любители «церковного плавания» организовали письмо за подписью более 130 представителей организаций, пользовавшихся услугами бассейна. Понимая все же, что «бассейн в церкви – это ненормально», они взывали к городским властям: «убедительно просим найти возможность построить взамен новый бассейн». Сторонников «водных процедур» поддержал спортивный обозреватель «Ленправды» М. Эстерлис, сопроводив их письмо статьей-призывом: «Не торопитесь „спускать воду“!» (Приложение 5).

Но времена быстро менялись. 26 апреля 1992 г. в г. Пушкине состоялось официальное представление в качестве пробста Санкт-Петербурга и области пастора общины Немецкой Евангелическо-Лютеранской Церкви в России Франка Лотихиуса. В этот сан его возвели епископ Харальд Калнинь и профессор из Мюнхена Георг Кречмар[721]. А 1 июля 1992 г. Петросовет утвердил решение Комиссии по имуществу о передаче здания церкви немецкой лютеранской общине. О том, как дальше развивались события, рассказал в интервью «Вечернему Санкт-Петербургу» пробст Франк Лотихиус:

«В начале июля (1992 г.) мы сообщили нашим читателям о том, что решением комиссии мэрии по определению форм сдачи в аренду памятников здание собора св. Петра и Павла, где располагается бассейн Балтийского морского пароходства, с 1 января 1993 года передается в безвозмездное пользование вашей общине. Как сегодня обстоят дела с Петрикирхе?

– Во-первых, мы до сих пор не имеем на руках официального документа, подтверждающего передачу. Было намерение договориться с администрацией бассейна о совместном использовании собора до января. Но они запросили свыше 50 тысяч в месяц, и мы вынуждены были отказаться. Во-вторых, БМП усложнило ситуацию. По-видимому, им стало невыгодно содержать бассейн, и его неожиданно закрыли. Не согласовав свои действия ни с инспекцией по охране памятников, ни с нами, спустили воду из чаши. Здание теперь под угрозой и может дать трещину. Но это, похоже, никого не волнует. Я уже не раз советовался с немецкими специалистами по поводу реставрации храма, но теперь возникла совершенная новая ситуация, которую мы расцениваем как саботаж… Уволили сотрудников бассейна, во всем обвинив лютеран. Но мы всегда говорили, что готовы принять участие в судьбе работавших в Петрикирхе людей. Например, взять на свое обеспечение сроком на год-два тех, кому осталось немного дотянуть до пенсии.

– Остается надеяться, что проблемы, о которых Вы говорите, все-таки разрешатся. Но готова ли община поднять собор?

– Будет создана комиссия, куда войдут как западные эксперты, так и специалисты ГИОП. Она решит, можно ли восстановить его в первоначальном виде. Пока же не могу определенно ответить на этот вопрос. Однако средства на восстановление, думаем, найдутся. К возрождению немецкого лютеранского храма в Петербурге одобрительно относится и консульство Германии»[722].

31 октября 1992 г., в день Реформации, в церкви Св. Петра совершено первое богослужение, которое провели епископ Карл Калнинь и пастор общины Франк Лотихиус[723].

В ноябре 1992 г. Верховный Совет России впервые предусмотрел выделение из государственного бюджета средств на восстановление храмов, переданных различным религиозным организациям. Предполагалось что на восстановление храмов Санкт-Петербургской (православной) митрополии выделят 90 млн (неденоминированных) руб. Около 4 млн руб. – лютеранским общинам – Петрикирхе и Мариенкирхе. По этому поводу в петербургской печати появились такие комментарии: «Все это, на первый взгляд, замечательно. Но возникает немало вопросов и проблем. Ведь уже ноябрь, а поступление денег на счета религиозных организаций еще только ожидается. Израсходовать же средства они должны до 1 января. Времени осталось мало, а неистраченные суммы могут повлечь уменьшение финансирования на будущий год. Впрочем, это только первый опыт, из которого и государство, и религиозные организации наверняка извлекут какие-то уроки»[724].

Когда в 1992 г. здание храма возвратили Евангелическо-Лютеранской Церкви, процесс его интенсивного разрушения прогрессировал. Совместно с немецкими специалистами разработали схему реставрационных работ, первым и основным этапом которой являлось сооружение перекрытия над чашей бассейна. Это должно было приостановить процесс отклонения стен от основной оси.

В конце декабря 1992 г. петербургские лютеране отмечали праздник Рождества Христова. По этому случаю в сочельник 24 декабря в Петрикирхе провели вечернюю молитву. Это – первое рождественское богослужение в соборе Св. Петра и Павла после 1936 г. В рождественские дни 1992 г. архиепископ Михаил (Мудьюгин) писал: «Ныне же сбывается святое пророчество апостола Павла: „Слово Божие не знает уз“ (2 Тим. 1, 9). И встречая Рождество Христово 1992 года во вновь отданной верующим Петрикирхе, пожелаем лютеранам, как и христианам других вероисповеданий, успехов в святом дела веры и возрадуемся вместе, что слово Божие начало достигать сердца людей, утешая их и умиротворяя…»[725]

К этому времени мэрия пообещала официально передать храм немецкой лютеранской общине уже до начала нового, 1993 г. Пробст Франк Лотихиус заявил, что представители Балтийского морского пароходства мирно покидают стены бывшего своего бассейна. К радости пробста и прихожан, на чердаке Петрикирхе нашлись четыре колокола[726].

В сентябре 1994 г. в Санкт-Петербурге созван Генеральный Синод Евангелическо-Лютеранской Церкви России и других государств СНГ, который утвердил устав Церкви, принял отставку Х. Калниня и провел выборы нового епископа. Им стал 69-летний Георг Кречмар[727].

Евангелическо-Лютеранская Церковь в России, на Украине, в Казахстане и Средней Азии (ЕЛЦ) является сообществом связанных друг с другом Региональных церквей, а также общин, не принадлежащих к Региональным церквам. Руководители Региональных церквей, архиепископ и его заместитель образуют Епископский совет. В 1990-х – начале 2000-х гг. верховное духовное руководство в ЕЛЦ осуществлял епископ Георг Кречмар. Верховным законодательным органом ЕЛЦ является Генеральный Синод, созываемый каждые 5 лет. Верховным законодательным органом соответствующей Региональной Церкви является Синод этой Церкви, созываемый ежегодно. Текущее руководство осуществляется Консисторией, в состав которой входят члены президиума Генерального Синода, 2 члена Епископского совета, архиепископ и его заместитель, а также Главный управляющий Центрального церковного управления. Председателем Консистории является архиепископ. Заседания Консистории проводятся 2–3 раза в год. Канцелярия архиепископа и Центральное церковное управление ЕЛЦ расположены в церкви Св. Петра в Санкт-Петербурге[728].

В настоящее время церковь Св. Петра является кафедральным собором. 30 октября 1996 г. в ее стенах состоялся Епископский совет Евангелическо-Лютеранской Церкви, посвященный Дню Реформации, отмечаемому 31 октября, и 420-летию Евангелическо-Лютеранской Церкви в России. На пресс-конференции, состоявшейся после заседания Совета, епископ Евангелическо-Лютеранской Церкви в России, Украине, Казахстане и Средней Азии д-р Георг Кречмар рассказал о том пути, который прошла возрожденная в 1988 г. Церковь, ее проблемах и планах на будущее. Д-р Кречмар, в частности, сообщил, что с 1988 г. число зарегистрированных лютеранских общин возросло с 50 до почти 600. На сегодняшний день помимо реставрации возрождаемых храмов одной из основных задач для Церкви является возрождение духовного образования. В связи с этим планировалось открыть под Петербургом образовательный центр, чтобы со временем ликвидировать нехватку российских пасторов с хорошей богословской подготовкой.

В 1993–1997 гг. Петрикирхе реставрировалась по проекту и под руководством архитекторов И.А. Шарапана и Ф. Венцеля. По целому ряду причин оказалось невозможно вернуть ей первоначальный вид. Чаша бассейна была просто покрыта, и на новом, находящемся на 4 м выше прежнего уровне оборудовали зал для богослужений и мероприятий культурно-концертного характера[729]. Общая стоимость восстановления храма составила около 6 млн немецких марок. В 1996 г. 1 млн марок выделило правительство Германии, Российское правительство передало храму около 50 млн руб.[730]

А еще через год, 16 сентября 1997 г., состоялось освящение главного церковного зала храма Св. Петра. Это торжество возглавил епископ Евангелическо-Лютеранской Церкви России и других стран СНГ д-р Георг Кречмар.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.