***

***

Под именем «Видения пророка Даниила», «Последнего видения Даниила», «Диегезы Даниила» и т. п. фигурируют различные памятники апокалиптической литературы, в основном византийского происхождения. Объединяет их то, что они написаны от имени библейского пророка и по форме являются подражанием канонической Книге Даниила. Все они состоят из пророчеств о правителях Константинополя, грядущих бедствиях и конце света. Многие из этих пророчеств перекликаются с Откровением Псевдо-Мефодия. Схожесть обоих памятников такова, что уже в Средневековье их нередко путали друг с другом.

«Видения Даниила» получили у византийцев характер сильно политический, – отмечал исследовавший этот памятник В. М. Истрин. – Каждое новое царствование прибавляло кое что к литературе предсказаний. Все это описывалось в пророческом тоне post eventum… Каждый новый автор, приспособляя пророчество к современным ему событиям, наполнял предшествующее ему время выдержками из других подобных памятников, значение которых могло быть для него уже потерянным. Поэтому-то и мы далеко не всегда можем отличить, что в данной редакции «Видения» первоначально, а что «вторично» [783]. Пророчества эти повторяют мотивы Сивиллиных книг и прочей эллинистической оракульной литературы. В образах добрых и злых правителей, появляющихся на страницах «Видения», исследователи находят черты позднеримских императоров Константина Великого (306-337) и Юлиана Отступника (361-363), византийских басилевсов Ираклия I (610-641), Льва III (716-741) и Константина V (741-742), а некоторые моменты восходят даже к Александру Великому и его преемникам диадохам.

Словом, Видение пророка Даниила – это многослойный памятник, создававшийся на протяжении веков. Византийский греческий оригинал был вскоре переведен на сирийский, славянский, грузинский и другие языки. Официальная Церковь, по-видимому, относилась к этому сочинению негативно. В «Стихометрии» патриарха Никифора в ряду запрещенных книг упоминается некий «псевдоэпиграф Даниила». Множество греческих редакций Видения, не говоря уже о переводах, весьма разнятся между собой. Не во всех списках находится и пророчество об Антихристе. Наиболее полно рассказывается о нём в греческом варианте Видения пророка Даниила, содержащемся в Codex Canonicianus (XV в.), и в близкой ему славянской версии Видения из «Хрисмологиона» Николая Спафария (1635-1709). Нижеследующий перевод выполнен по изданию этих текстов В. М. Истриным (1897).

По этим рукописям мы видим, как Антихрист превращается в фольклорный персонаж. Его рождение от маленькой рыбки, пойманной в море, его уродливая, гротескная внешность, его незадачливое чудотворство удовлетворяли вкусам верующего простонародья, окруженного сказками о диковинных народах, злых колдунах, страшных великанах и чудовищах. Показательно, что ученый Николай Спафарий, передавая тот же сюжет, постарался избавить свой рассказ от наиболее одиозных моментов.

Возможно, рассказ об Антихристе вообще составлял некогда отдельное произведение, восходящее к ранневизантийской эпохе, и только впоследствии был вставлен в Видение пророка Даниила. Об этом свидетельствует то, что в других редакциях Видения подобный красочный рассказ отсутствует. Так обстоит дело в «Видении Даниила о последних временах» (Codex Barberino), где в этом месте дублируется соответствующий пассаж Откровения Псевдо-Мефодия, а также в «Последнем видении Даниила» (Codex Veneto st. Mara), где в нескольких фразах излагается общая традиционная схема явления «сына погибели». Издатель «Последнего видения» X. Шмольд датирует его началом XIII в. Мы включили его в сборник в качестве образца сочинений подобного рода. Материал, содержащийся в этом памятнике, охватывает основные положения византийской апокалиптической традиции, сложившейся ещё в VII-VIII вв.

Перевод трёх следующих вариантов «Видения Псевдо-Даниила» сделан составителем по изданиям: Sckmout H. Die Schrift «?›m Jungen Daniel» und «Daniels letzte Vision». Dissertation. Hamburg, 1972. S. 122-130; VassilievA. Anecdota Graeco-Byzantina. Pars I. Mosquae, 1893. P. 38-41; Истрин В. М. Указ. соч. С. 5-50.