РИТУАЛЬНОЕ СУПРУЖЕСКОЕ ВОЗДЕРЖАНИЕ

РИТУАЛЬНОЕ СУПРУЖЕСКОЕ ВОЗДЕРЖАНИЕ

В прошлом все еврейские женщины обязаны были соблюдать строгие предписания, касающиеся ритуального воздержания в супружеской жизни; многие еврейки и в наши дни следуют этим правилам. Отличительная черта иудаизма состоит в том, что он предписывал воздержание от половой жизни не только в течение 5 дней каждый месяц — такова примерная продолжительность менструации, — но и в течение последующих 7 дней; лишь по прошествии этого срока супруга могла принять очистительную ванну, после чего разрешалась интимная близость. Уже в библейские времена книга «Левит» предписывала такой срок воздержания после менструаций.

Любопытно, что христиане, много взявшие от иудаизма, в этом вопросе за иудеями не последовали. У них не возбранялись даже сексуальные сношения во время менструаций; об этом говорил, например, знаменитый иезуит Санчес[104], а святой Фома утверждал, что если жена и не должна настаивать на выполнении мужем супружеского долга во время ее менструаций, то ей, по крайней мере, не следует отказывать ему в близости под этим предлогом, дабы не вынуждать к длительному воздержанию[105]. У мусульман половые сношения запрещались только непосредственно во время менструаций, в эти дни женщины «повязывали пояс», чтобы показать: все, что выше пояса, по-прежнему доступно. Индусские женщины неприкосновенны лишь 4 дня в месяц — считается, что столько дней продолжается менструальное кровотечение[106].

Итак, днем первого соития был у евреев 8-й день после 7 дней воздержания. Вообще цифра 8, похоже, обладала для древних иудеев магической силой: на 8-й день новорожденному мальчику делали обрезание, на 8-й день Пасхи закалывали жертвенного барашка, на 8-й день после завершения строительства освящали новую синагогу. Чаще всего первое сношение после ритуального воздержания совпадало по времени с овуляцией у женщины — она наступает на 13–14-й день после начала менструации. Таким образом, подавляющее большинство древних евреев и немало современных явились «детьми 8-го дня», т. е. с самого рождения несут на себе чисто иудейскую «мету».

Если раввин не давал особого разрешения, то нарушить законы супружеской чистоты считалось грехом не менее тяжким, чем, скажем, проигнорировать День прощения. Талмуд предсказывал женщинам, преступившим запрет, смерть при родах[107]. Сексуальное же сношение во время менструации, согласно Библии, покрывало виновного несмываемым позором. Если жена скрыла от мужа свое состояние и он по неведению сошелся с ней, то мог потребовать развода; аналогичным образом развода могла потребовать жена, если принуждена была уступить домогательствам мужа во время менструации[108].

Боязнь осквернения менструальной кровью была у евреев настоящей манией. Римляне, чтобы подорвать их нравственность, издали указ о том, что мужья обязаны иметь сношения с женами во время менструации[109]. На голландской гравюре XVIII в., помещенной в «Энциклопедии иудаизма», изображен муж у постели жены: она показывает ему предмет туалета, запачканный кровью, и он, воздевая руки к небу, бежит прочь, охваченный паникой. Это глубокое отвращение к женским отправлениям проявляется у еврейских мужчин и в наши дни. Мастерс и Джонсон пишут, что один американский сын Израиля в 24 года имел первое сношение с женщиной, у которой в тот момент была менструация. Когда она ему об этом сказала, эффект был оглушительным, а главное — длительным: четыре года после этого у него была неполная эрекция, а когда он женился, то оказалось, что нет и эякуляции, — так подействовало на него воспоминание о нечистом влагалище[110]. О законах супружеской чистоты напоминали в День прощения — самый торжественный день в году. Некоторые особенно набожные иудеи даже не позволяли женам приближаться к ним в дни, следующие за менструацией. Еврейка Глюкель Хамельн рассказывает в своих «Мемуарах» (написанных три века назад), как она хотела подойти к умирающему мужу, но тот оттолкнул ее: еще не прошло 7 дней после менструации, и она была «нечистой».

На протяжении всего периода менструации и последующей ритуальной нечистоты супруга должна была вести себя в высшей степени сдержанно и целомудренно. Мудрецы разъясняли женщинам, что ежемесячные кровотечения являются карой, ниспосланной Еве после смерти Адама, и приводили в пример великих евреек — библейских героинь, которые соблюдали законы супружеской чистоты в эти периоды. В эпоху Иерусалимского Храма женщина во время менструаций переселялась из своего дома в так называемый «дом нечистоты» и ее называли «отлученной». У потомков Соломона в Эфиопии женщины, как бы в память о библейских временах, по сей день удаляются во время менструаций в хижину, построенную на некотором расстоянии от деревни.

Мужчина в эти периоды не должен был есть вместе с женой, она не готовила пищу и не прикасалась ни к какой одежде. Во времена Талмуда женщина в дни цикла оставалась дома, однако муж не должен был прикасаться к ней, брать что-либо из ее рук, есть с ней за одним столом, если их не разделял какой-то предмет. Запрещалось также вдыхать запах «нечистой» супруги, слушать ее пение, спать с ней рядом — даже одетым. Под строжайшим запретом были все проявления любви и нежности, супругам следовало «соблюдать дистанцию». Недавно одна еврейка из Марракеша сообщила, что муж даже не разговаривает с ней во время месячных[111]. Чтобы подчеркнуть свое состояние «нечистоты», жена в эти дни скромнее одевалась и переставала пользоваться косметикой[112].

Еще сегодня многие евреи, чтущие традиции, даже в ночь или в день накануне менструации воздерживаются от половых сношений, хотя другие ласки в это время позволяются[113]. Кровотечение может начаться и неожиданно, прямо во время соития. Жена обязана сказать об этом мужу. Если его член еще напряжен, то — плоть слаба! — он не прекратит сношения, но после эякуляции немедленно отправится к раввину, чтобы спросить, как ему очиститься от греха[114]. Если у жены неоднократно начиналось кровотечение во время сношений, муж мог даже потребовать развода.

По истечении 5 дней менструации женщина начинает тщательно проверять, действительно ли кровотечение полностью прекратилось: следующие 7 дней должны быть «чистыми». Если жена не в трауре (тогда вся одежда должна быть черной), она надевает нижнее белье белого цвета, чтобы было видно малейшее пятнышко крови; утром и вечером женщина тщательно исследует свое влагалище, проводя внутри него пальцем или вводя туда на полчаса ватный тампон. Затем она вынимает его и внимательно рассматривает при дневном свете; если тампон вынут вечером, то следует сохранить его до утра. Если женщина не проверялась таким образом 4 дня подряд, все надо начинать сначала. У древних евреев существовал состав из семи компонентов, куда входили, в частности, квасцы и моча, позволявший определить маточное происхождение кровяных выделений[115]. Везде и во все времена существовал эксперт, которому показывали образцы выделений в спорных случаях[116]. Два гинеколога из Израиля сообщили даже, что для жен созданы специальные зеркальца, позволяющие женщине самой определить источник кровотечения[117].

В Нью-Йорке набожные евреи пересылают раввину по почте тампон или белье, запачканные кровью, помеченные номером, что позволяет, не открывая своего имени, узнать мнение специалиста по телефону[118]. Говорят, что в Иудее раввины могли определить происхождение выделений просто по запаху. Так, одному из них принесли 70 образцов крови разных животных, и он распознал все без исключения (один из образцов был взят у вши и, чтобы не писать название мерзкого насекомого, раввин приложил к перечню маленький гребень)[119].

Вечером после последней проверки (если результат был отрицательным) супруга отправляется в так называемую микве, где женщины принимают очистительные ванны. Если она проверялась поздно вечером, то ванна откладывается на завтра, что еще на день продлевает отлучение от мужа. Жена может также отсрочить ванну и возобновление супружеских отношений, сославшись на плохое самочувствие. Запрещено принимать очистительные ванны в День прощения, в другие праздники и во время траура. Многочисленные источники по истории иудаизма упоминают, что враждебные евреям власти неоднократно запрещали микве под страхом наказания вплоть до смертной казни (такой запрет существовал и в СССР). Еще в средние века почти все евреи пренебрегали запретами и оборудовали микве в подвалах своих домов, пользуясь дождевой водой[120]. Микве строили в первую очередь, раньше, чем закладывали синагогу и кладбище. Она была предназначена для замужних женщин менструального возраста; женщины в зрелом возрасте и на пороге старости ходили туда, стремясь продлить молодость. Что касается девушек, их присутствие вызвало бы в микве настоящий скандал: у них еще не было мужей, для которых следовало очищать свое тело.

Прежде чем окунуться в ванну, женщина должна намылить и тщательно потереть свое тело; кроме того, ей необходимо заранее отправить естественные надобности, чтобы ее сфинктеры открылись для промывания водой[121]. На одной картине Рембрандта мы видим, что женщина перед ванной стрижет ногти. Вода должна омыть все части ее тела, включая лицо и волосы, сразу, а не последовательно. Одним из преимуществ микве, с точки зрения гигиены, было то, что женщина могла лежать в ванне, слегка согнув ноги в коленях: вода таким образом проникала во влагалище и омывала его изнутри; ни у одного другого народа в прошлом не существовало таких процедур[122]. Для того, чтобы молодые замужние женщины научились правильно мыться, у входа в микве сидел раввин и давал посетительницам необходимые наставления[123]. По выходе из микве женщина, памятуя о ребенке, которого, возможно, зачнет этой же ночью, не должна смотреть на неприятные или безобразные вещи[124]. Например, одна еврейка из Марракеша, если ей случалось, выйдя из микве, встретить араба, возвращалась назад и снова принимала ванну[125]. Другие еврейки из Марокко, идя из микве домой, прикрывали лицо покрывалом, чтобы случайно не посмотреть на постороннего мужчину: ведь ночью, подумав о нем в супружеской постели, женщина могла зачать «пащенка»[126].

Даже взрослые дочери не должны знать, что мать отправилась в микве. известно об этом только мужу. Поскольку женщина идет в микве вечером, сумерки скрывают ее от любопытных глаз. У ритуальной ванны находились и хулители: сна могла стать источником заражения, тем более, что некоторые женщины полоскали в ней рот. В некоторых еврейских общинах, например в Сафаде, было принято обмывать в этих ваннах покойников; правда, теперь их, как и везде, обмывают просто на каменной плите.

В свое время было предложено немало объяснений столь длительному супружескому воздержанию после менструации. Иезекииль видел причину в том, что в дни, непосредственно следующие за менструацией, не мог быть зачат ребенок[127]. Также и Филон Александрийский, опередив на два тысячелетия современную науку, полагал, что запрет на супружескую близость в течение довольно долгого времени после менструации объясняется именно тем, что эти дни «бесплодны»[128]. Похоже, древние евреи действительно догадывались, что только в дни, когда близость разрешена, можно зачать дитя, что, несомненно, способствовало, благодаря высокой рождаемости, выживанию иудейского народа вопреки всем попыткам его истребления.

Другое объяснение состоит в том, что длительное воздержание делает последующую супружескую близость особенно заманчивой. После двух недель воздержания, и даже в какой-то мере разлуки, супруги находят друг в друге прелесть новизны. Это как бы новый медовый месяц; такой обычай укрепляет супружеские узы и помогает избежать пресыщенности. Толкователь Талмуда Мейн утверждал, что, если бы не ритуальное воздержание, муж, располагая женой когда угодно по своей прихоти, рано или поздно начал бы испытывать к ней отвращение[129]. Раввины Мюнк и Шварц замечали также, что благодаря периодам воздержания мужчина разумно расходует свою силу, а супружеская любовь не переходит в привычку[130]. Еще один раввин говорил, что супружеский союз только выигрывает от того, что мужу и жене время от времени приходится разлучаться[131]. Англичанка Мария Стопе, гинеколог по профессии, одной из первых занявшаяся проблемами сексуальности и контрацепции, очень интересовалась постменструальным воздержанием у евреев. Она отмечала, что две недели ожидания — это не слишком много, зато по прошествии этого срока, в момент овуляции, желание женщины достигает высшей точки.

Другое преимущество соблюдения ритуальной чистоты гинеколог Л.Биттн видел в том, что женщине приходится утром и вечером на протяжении 7 дней нагибаться, чтобы проверить, окончилось ли кровотечение: при этом мышцы матки и влагалища сокращаются и быстрее иссякают остаточные выделения[132].

Таким образом, ребенок, зачатый «чистыми» супругами после выполнения благочестивого ритуала да еще, как правило, в ночь шаббата, с рождения становится почти священным; кроме того, он особенно желанен для родителей после нового медового месяца как плод любви, а не привычки. Если же родители зачали ребенка, не соблюдая заповедей Священного Писания, они впоследствии будут постоянно ощущать свою вину перед ним, а случись ему когда-нибудь узнать, в каких обстоятельствах был зачат, это будет мучить его всю жизнь так же, как мучит незаконнорожденного ребенка его происхождение[133]. Поэтому естественно, что многие иудеи не решались нарушать законы ритуальной чистоты.

Не слишком длительное половое воздержание положительно влияет на жизнеспособность сперматозоидов, что доказано современной наукой; таким образом, ритуальное воздержание вдвойне положительно сказывается на рождаемости. Раввины предугадали и этот фактор, утверждая, что долгое ожидание оказывает самое благотворное влияние на зародыш, формирующийся в чреве женщины[134]. Что же касается проституток и сожительниц, они не были обязаны соблюдать закон ритуального воздержания и принимать очистительную ванну после менструации: ведь от них не ждали потомства и им не было нужды слишком долго отказывать себе в удовольствиях.