Время апостолов и мужей апостольских (30—130 гг.)

Время апостолов и мужей апостольских (30—130 гг.)

1. После вдохновенной проповеди ап. Петра перед народом, собравшимся в Иерусалим по случаю праздника иудейской Пятидесятницы, многие уверовали во Христа и крестились. Так свершились слова Спасителя: «И Я говорю тебе: ты – Петр (камень), и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф 16:18). Быстрый рост иерусалимской общины вызвал жесткую реакцию со стороны большинства верующих иудеев во главе с первосвященниками. Веру в уже свершившийся приход Мессии в лице Иисуса из Назарета они считали кощунством, несмотря на предсказания ветхозаветных пророков, которые убедительно свидетельствовали в пользу такого исповедания. Можно указать на ряд причин, по которым еврейский народ в большинстве своем не захотел увидеть в Иисусе ожидаемого в те времена Мессию. Прежде всего следует указать на его «жестоковыйность», т. е. на непреодолимое упрямство: этот эпитет-упрек по отношению к еврейскому народу постоянно фигурирует в словах Всевышнего, переданных нам всеми великими пророками. Не менее характерными чертами его представителей являются обостренное честолюбие, граничащее с гордыней, а также устойчивое и глубокое чувство сопричастности своей нации, беззаветная любовь к ней, оборотная сторона которой – ревность, особенно если речь идет о Яхве, и потому нежелание делиться своей богоизбранностью с другими народами. Иудеи, не желавшие признавать Иисуса Сыном Божиим, как правило, ждали Мессию, «грядущего во славе», который Своей властью положит к их ногам весь мир, так что Мессия «в зраке раба» никак не отвечал честолюбивым притязаниям таких людей.

Вышесказанное делает понятным, почему первые преследования членов иерусалимской общины исходили от иудеев и их первосвященников – ведь римские власти считали эту общину сектой, возникшей в рамках иудаизма, а по отношению к национальным религиям они старались проявлять терпимость. Даже название «христиане» как свидетельство причастности к религии, отличной от иудаизма, появилось позднее и в среде евреев, родившихся или живших вне пределов Иудеи, так называемых эллинистов. Тогда учение Иисуса уже проповедовал ап. Павел: «Варнава пошел в Таре искать Савла и, нашед его, привел в Антиохию. Целый год собирались они в церкви и учили немалое число людей, и ученики в Антиохии в первый раз стали называться Христианами» (Деян 11:25–26).

2. Первым мучеником христианской Церкви был диакон иерусалимской общины эллинист Стефан – человек высоких нравственных качеств, свято чтивший синайское законодательство и книги пророков, однако культовую практику иудаизма он считал позднейшим и незаконным добавлением, предлагая ее изменить, чем вызвал гнев синедриона (кстати, библейская критика нового времени подтверждает факт позднейшего, «жреческого» происхождения иудейского культа[5]).

Помимо своих прямых обязанностей по общине Стефан, «исполненный веры и силы, совершал великие чудеса и знамения в народе». Будучи человеком образованным, он читал также проповеди и вел споры с фарисеями, которые «не могли противостоять мудрости и Духу, Которым он говорил. Тогда научили они некоторых сказать: мы слышали, как он говорил хульные слова на Моисея и на Бога. И… схватили его и повели в синедрион, и представили ложных свидетелей» (Деян 6:8,10–13). Длинную речь в свое оправдание он закончил словами: «Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому… Стефан же, будучи исполнен Духа Святого, воззрев на небо, увидел славу Божию… и сказал: вот я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога» (Деян 7:51–56). Тогда вывели св. Стефана за город и там забили камнями до смерти.

Оранта. 2-я половина III в. Катакомбы Каллиста

Известный историк Церкви В. Болотов предложил интересный этимологический анализ понятия «мученичество», который здесь уместно привести. Русское слово «мученик» ассоциируется, прежде всего, с физическими страданиями, хотя произошло оно от греческого «?????» – свидетель. Таким образом, значение, принятое в русском языке, подчеркивает второстепенную черту факта, в то время как главной является свидетельство предмета и сущности веры, что требует от мученика высокой силы духа, героизма и подвижничества. За таким бесстрашным исповеданием обычно следует физическая мука, а часто и смерть: «…будут предавать вас на мучения и убивать вас; и вы будете ненавидимы всеми народами за имя Мое» (Мф 24:9). Правда, эти слова Спасителя относятся к последним временам, но как и все, сказанное Им, вечно и потому верно для времен любых. Даже в новейшей истории нетрудно вспомнить гонения со стороны фанатично настроенных приверженцев враждебных христианству религий и учений, например сторонников коммунистического мифа.

Возвращаясь к казни Стефана, надо отметить важный факт, приведенный в «Деяниях»: свои одежды лжесвидетели положили у ног юноши по имени Савл, ученика упоминавшегося ранее авторитетного законоучителя Гамалиила, и Савл «одобрял убиение его» (Деян 8:1). Этот Савл разорял христианские общины в Иудее и вне ее, а верующих заключал в тюрьмы. В первое время преследования касались преимущественно эллинистов, апостолы были в относительной безопасности и находились в Иерусалиме.

Тогда же начали возникать первые христианские общины вне Иерусалима, их членами были, как правило, евреи-эллинисты. Случаи обращения язычников, правда единичные, описаны в «Деяниях» (например, вельможа царицы эфиопской и хранитель ее сокровищ, или сотник полка италиков Корнелий). Все обращенные были обязаны строго выполнять предписания Закона, и это обстоятельство, особенно процедура обрезания как демонстрация причастности к завету с Богом, служило серьезным препятствием в деле обращения язычников, а значит, превращения христианства в мировую религию, к чему оно было призвано Спасителем.

Переломным моментом в процессе распространения христианства, и не только в этом, несомненно, явилось чудесное обращение Савла, крещенного с именем Павел, которое подробно и неоднократно описано в «Деяниях» (главы 9 и 22–26). Провидению было угодно избрать беспощадного гонителя христиан Савла и сделать его первоапостолом Павлом, «апостолом язычников», наряду с первоапостолом Петром. Вот уж, воистину, «Святой Дух дышит, где хочет»; этот факт свидетельствует также об отсутствии прямой связи между земными делами человека и возможностью обрести благодать, о чем говорилось во Введении.

Павел происходил из состоятельной фарисейской семьи из г. Тарса в Киликии, на юге современной Турции. Как эллинист и человек выдающихся способностей, он в совершенстве изучил греческий язык и получил хорошее общее и религиозное образование в знаменитой иерусалимской школе Гамалиила, что выгодно отличало его от других апостолов. По рождению Павел был римским гражданином, и это обстоятельство часто помогало ему сравнительно благополучно выходить из тяжелейших ситуаций, связанных с апостольской деятельностью. Вся жизнь Павла после обращения – непрерывная цепь напряженных миссионерских трудов, о чем подробно рассказано в «Деяниях», а его богословские и этические взгляды составляют содержание 14 посланий, входящих в Новый Завет. Из событий чрезвычайной важности для истории христианства, в которых роль ап. Павла была решающей, следует назвать Апостольский Собор в Иерусалиме. Он состоялся около 50 г. и был, прежде всего, вызван острой необходимостью решить вопрос об условиях приобщения язычников к христианской Церкви; подобная проблема уже возникала для иудеев, особенно эллинистов, считавших, что с приходом Спасителя многие предписания Закона должны быть смягчены или отменены вовсе.

В Новом завете Собору посвящена 2 гл. послания ап. Павла к Галатам и 15 гл. «Деяний»; хотя постановления Собора изложены обоими авторами одинаково, некоторые важные моменты, касающиеся взаимоотношений между его участниками, представлены по-разному. Так, в более поздних «Деяниях» евангелист Лука описывает ситуацию в спокойных тонах: между некоторыми иудео-христианами и группой верующих из антиохийской общины во главе с ап. Павлом возникли разногласия в вопросе о том, возможно ли спасение без процедуры обрезания и вообще без строгого соблюдения предписаний Закона. Чтобы разрешить возникший спор, Павел и Варнава отправились в Иерусалим, где «Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения сего дела… Петр, встав, сказал им: мужи братия! вы знаете, что Бог избрал из нас меня, чтоб из уст моих язычники услышали слово Евангелия и уверовали; и Сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам… Что же вы ныне искушаете Бога, желая возложить на выи учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы?.. После… начал речь Иаков и сказал: Симон изъяснил, как Бог первоначально призрел на язычников, чтобы составить из них народ во имя Свое… Посему я полагаю не затруднять обращающихся к Богу из язычников, а написать им, чтобы они воздерживались от оскверненного идолами, от блуда, удавленины и крови, и чтобы не делали другим того, чего не хотят себе» (Деян 15:6,7—10,13–20). Таким образом, по решению Собора обращение язычников не должно было быть для них излишне стеснительным. (Талмуд такие максимально упрощенные законы называет заповедями Ноя.) Для обращенных иудеев соблюдение Закона осталось обязательным. Согласно автору «Деяний» на Соборе царило полное единодушие. Однако в описании этого же события самим ап. Павлом тон несколько иной: Павел с Варнавой и Титом отправились из Антиохии в Иерусалим, чтобы отчитаться о своей миссионерской деятельности перед «особо знаменитейшими», как говорит он не без скрытой иронии, поскольку тут же добавляет: «И в знаменитых чем-либо, какими бы они ни были когда-либо, для меня нет ничего особенного: Бог не взирает на лице человека» (Гал 2:6). «Особо знаменитейшими» Павел называет участвовавших в работе Собора апостолов Петра, Иоанна и Иакова, «брата Господня», первого епископа Иерусалима. Главный результат Собора ап. Павел излагает так: «Увидевши, что мне вверено благовестие для необрезанных, как Петру для обрезанных, – ибо Содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников, – и узнавши о благодати, данной мне, Иаков и Кифа и Иоанн, почитаемые столпами, подали мне и Варнаве руку общения, чтобы нам идти к язычникам, а им к обрезанным» (Гал 2:7–9).

Несмотря на четкие и обоснованные текстами Священного Писания решения Собора, иудео-христиане продолжали требовать от обращенных язычников более строгого соблюдения Закона, чем серьезно обострили отношения между различными группами христиан, особенно в цитадели иудео-христиан Иерусалиме. В связи с этим Павел упрекнул в лицемерии даже ап. Петра, используя достаточно резкие выражения: «Когда же Петр пришел в Антиохию, то я лично противостал ему, потому что он подвергался нареканию. Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных. Вместе с ним лицемерили прочие Иудеи… я сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-Иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-Иудейски?» (Гал 2:11–14). Так что обстановку в христианских общинах того времени не назовешь безоблачной, однако несмотря на разногласия и даже ссоры, неизбежные в человеческих коллективах, первохристиане в полной мере обладали чувством живого единства всех «во Христе», драгоценным даром ощущать себя «чадами Божиими». Далее в этом же послании Павел написал потрясающие слова: «Законом я умер для закона. Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал 2:19,20). Это исповедание первоапостола уже два тысячелетия служит многим христианам источником надежды на спасение, являясь одновременно целью их духовных трудов. Оно определяет одну из наиболее характерных черт Православия, особенно русского: не «подражать Христу», к чему призывает верующих название одной из самых известных католических книг по практическому богословию, а «жить во Христе», «сораспяться со Христом», стремиться к тому, чтобы «жил во мне Христос».

3. Постановления Иерусалимского Собора вызвали значительную активизацию проповеднической деятельности, сделали ее более эффективной; трудами апостолов благовестие в сравнительно короткий срок распространилось до самых отдаленных областей империи и за ее пределы. Проповедники самоотверженно, не щадя сил и жизни, выполняли завет Спасителя: «И проповедано будет сие Евангелие Царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам» (Мф 24:14).

Греческое слово ????????? означает «посылать», «посланник». В христианстве апостолами считают ближайших учеников Иисуса, призванных распространять Его учение. В узком смысле апостолами называют первых 12 учеников по числу колен Израилевых; поэтому число 12 не может быть изменено, и после предательства Иуды Искариота остальными апостолами был избран новый, Матфий (Деян 1:26). К первым двенадцати Иисус впоследствии добавил еще семьдесят учеников «и сказал им: жатвы много, а делателей мало… Идите! Я посылаю вас, как агнцев среди волков. Не берите ни мешка, ни сумы, ни обуви» (Лк 10:1–4).

О благовествовании первоапостолов рассказано в «Деяниях апостолов». Описание проповеднической деятельности ап. Павла доведено там до его первого путешествия в Рим в качестве подсудимого. Эти сведения дополнены текстами посланий самого апостола. С первых же дней своего обращения Павел вызывал острую ненависть ортодоксальных иудеев и подвергался настойчивым преследованиям с их стороны не только как апостол Христа, но и как предатель веры отцов. Во время своей обширной миссионерской деятельности ап. Павел посетил множество мест как на востоке империи, так и на западе, однако здесь следует подробнее рассказать о первом пребывании его в Греции, поскольку этот эпизод будет упомянут в дальнейшем изложении. Греки и особенно образованные афиняне в большинстве своем были в то время убежденными язычниками, весьма искушенными в тонкостях высокой философии. Потому проповедь Павла они восприняли скептически, а о воскресении Иисуса иронично предложили послушать в другое время. В Афинах тогда существовал ареопаг – собрание наиболее уважаемых и ученых граждан, которые на холме Арея вершили высший суд и следили за соблюдением законов; основал это учреждение в начале VI в. до н. э. Солон. Выступая в ареопаге, Павел на вопрос, какого Бога он предлагает исповедовать им, ответил так: «Афиняне! по всему вижу я, что вы как-то особенно набожны, ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам» (Деян 17:22–23). Далее евангелист Лука (апостол из 70) пишет: «Некоторые же мужи, приставши к нему, уверовали; между ними был Дионисий Ареопагит и женщина, именем Дамарь, и другие с ними» (Деян 17:34). Член ареопага Дионисий, первый епископ Афин, был одним из образованнейших афинян; обратившись, он в течение трех лет сопровождал ап. Павла, помогая ему в миссионерской деятельности, а затем был Павлом рукоположен в епископы. Дионисий Ареопагит написал ряд трудов по христианскому богословию, дожил до глубокой старости и в самом конце I в. во время гонений Домициана мученически погиб. С его именем связана одна из глубочайших богословских систем восточного христианства, повлиявшая также на богословие и религиозную философию Запада, так называемые Ареопагитики. Богословие Ареопагитик в основе своей апофатично, т. е. в нем утверждается, что в силу абсолютной трансцендентности Бога миру наши суждения о Нем могут носить лишь отрицательный характер. Чем больше земных одежд-имен удастся совлечь, рассуждая о Боге, тем ближе к Нему удается подойти. В этом смысле Он есть «неведомый Бог», на жертвенник Которому в Афинах обратил внимание первоапостол. В известной современным исследователям христианской литературе творения св. Дионисия встречаются лишь в конце VI в., а в VIII в. с комментариями св. Максима Исповедника они уже широко известны. Это обстоятельство и ряд других серьезных аргументов дали основание приписать авторство Ареопагитик анонимному автору VI в., назвав его Псевдо-Дионисием. Обсуждение интересной проблемы авторства корпуса Ареопагитик, в которой, по-видимому, еще рано ставить точку, будет продолжено в следующей главе. Здесь же хочется решительно возразить против общепринятой теперь добавки «Псевдо», придающей имени пренебрежительный оттенок, совершенно неуместный по отношению к религиозному гению, каковым, несомненно, является автор Ареопагитик.

Реконструкция кубикулы в катакомбах Каллиста

Вернемся к трудам апостольским. После путешествия ап. Павла на суд кесаря, чем заканчивается описание его миссии в «Деяниях», он долго жил в Риме и по некоторым свидетельствам совершил поездку на запад, дойдя до Испании. Затем ап. Павел был вторично арестован и в конце правления Нерона, около 67 г., обезглавлен.

Миссионерская деятельность ап. Петра очень обширна; с нее начинается время апостольского благовествования. К сожалению, в «Деяниях» дела первоапостола описаны, по сути, лишь до Иерусалимского Собора. Причину этого нетрудно понять, поскольку автор «Деяний» был постоянным спутником ап. Павла. В Посланиях св. Лука упоминается неоднократно, именуясь «сотрудником» и «врачом возлюбленным». Историк IV в. бл. Иероним сообщает, что во второй год императора Клавдия, т. е. в 42-й или 43 г. ап. Петр оставил Антиохию и пришел в Рим для борьбы с предтечей гностицизма Симоном Волхвом, где остался руководить римской общиной вплоть до мученической смерти, попросив своих палачей распять его вниз головой, так как считал себя недостойным быть распятым, как Спаситель. Это свидетельство, а точнее легенда о четвертьвековом пребывании ап. Петра в Риме, которая до нашего времени упорно повторяется некоторыми верующими католиками, не подтверждается другими источниками, такими надежными, например, как послания ап. Павла, и даже противоречит им. Скорее всего ап. Петр пребывал в качестве римского епископа лишь последние годы своей жизни, когда община, притом многочисленная, уже существовала, и там принял смерть мученика одновременно с ап. Павлом, как утверждает церковная традиция.

С именем ап. Иоанна в Новом Завете связаны четвертое Евангелие, Откровение св. Иоанна Богослова – Апокалипсис – и три послания. Деятельность ап. Иоанна проходила, главным образом, в Эфесе, он был «учеником, кого Иисус любил» (Ин 19:26). Во время гонений Домициана он был сослан на остров Патмос, где написал Апокалипсис, а в самом конце I в., вернувшись в Эфес, – свое Евангелие. Св. Иоанн дожил до глубокой старости и умер в начале II в., оставив учеников, так называемых мужей апостольских, среди которых наиболее известны св. Поликарп Смирнский и св. Игнатий Антиохийский. Иоанн со старшим братом Иаковом Зеведеевым вместе с братьями Петром и Андреем были первыми и ближайшими учениками Иисуса, Который «поставил Симона, нарекши ему имя Петр; Иакова Зеведеева и Иоанна, брата Иакова, нарекши им имена Воанергес, т. е. «сыны Громовы»; Андрея…» (Мк 3:16–18). Имя «сыны Громовы», по-видимому, означает проповеднический дар. Св. Иаков стал первым апостолом-мучеником: «В то время царь Ирод поднял руки на некоторых из принадлежащих к церкви, и убил Иакова, брата Иоаннова, мечом; видя же, что это приятно Иудеям, вслед за тем взял и Петра…» (Деян 12:1–3), но ап. Петр чудесным образом спасся; это было около 44 г.

Достоверных сведений о деятельности других апостолов крайне мало, хотя существует обширная литература, содержащая множество легенд, что, прежде всего, связано с острым желанием каждой общины вести свое происхождение от апостолов. Так, во второй части книги будут даны комментарии к известному рассказу о миссионерском путешествии ап. Андрея в русские земли. Даже крупнейший историк раннего христианства Евсевий в т. III «Церковной истории» смог написать лишь следующее: «Св. Апостолы и ученики Спасителя нашего рассеялись по всей вселенной. Фоме, как говорит предание, выпал жребий идти в Парфию (Персию), Андрею – в Скифию, Иоанну – в Азию, где он жил и умер в Эфесе. Петр проповедовал, вероятно, иудеям, рассеянным в Понте, в Галатии, в Вифинии, в Каппадокии и в Асии, а под конец, находясь в Риме, распят был на кресте, головою вниз, каковой образ страдания избрал сам. Но что сказать о Павле, который благовествование Христа пронес от Иерусалима до Иллирика и напоследок в Риме при Нероне принял мученичество». Проповедническую деятельность апостолы совмещали с организационной, создавая новые общины; в этом им помогали пророки и учители: «И Он поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания тела Христова» (Еф 4:11–12). Подробные сведения о странствующих апостолах, пророках и учителях и об устройстве общинной жизни приведены в так называемом Дидахе, учении двенадцати апостолов, – замечательном памятнике древнехристианской литературы, написанном, по-видимому, на рубеже I и II вв.; полный текст Дидахе был обнаружен лишь в конце XIX в.

Среди многочисленных христианских общин, основанных благовестниками в I и начале II веков выделяются четыре наиболее древние, авторитетные и многочисленные: колыбель Церкви – иерусалимская община, в основном иудео-христианская, затем антиохийская, созданная ап. Петром; после падения Иерусалима в результате иудейской войны 69–70 гг. и разрушения Храма наиболее влиятельной стала римская община и, наконец, основанная евангелистом Марком александрийская в Египте. В последующие века такие центры стали называться митрополиями; каждая из них включала несколько более мелких епископатов. Если читатель, взяв карту этого региона, соединит теперь отрезком прямой Иерусалим с Римом, а Антиохию (нынешняя турецкая Анталия) с Александрией, то получится крест с вершиной в Иерусалиме, основанием – в Риме, а его боковые концы соединяют Антиохию и Александрию. Здесь у автора, как и для аналогичного замечания в конце Предисловия, отсутствуют какие-либо комментарии, т. к. он плохо понимает, что такое так называемая сакральная география.

4. В предыдущем пункте речь шла о миссионерской деятельности апостолов и других проповедников, близких к ним по характеру служения: «И иных Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих, учителями; далее, иным дал силы чудодейственные, также дары исцелений, вспоможения, управления, разные языки» (1 Кор 12:28). Их трудами христианство распространялось в мире, они основывали общины и в первые десятилетия после смерти Иисуса были практически единственными руководителями Церкви. Однако к концу века, когда стало ясно, что ждать второго пришествия Христа можно еще очень долго, Церковь стала устраиваться в мире, превращаясь в организацию с необходимой для существования всякого земного учреждения иерархией служителей. Таким образом клир, т. е. избранное сословие церковных пастырей, пополнился должностями административного характера – епископами, пресвитерами и диаконами, которые в отличие от странствующих апостолов, пророков и учителей были прикреплены к определенным общинам, где совершали богослужебные действа, заведовали церковным имуществом и осуществляли надзор над своей паствой. Поначалу власть администрации Церкви имела не столько правовой, сколько благодатный и свободный характер, но со временем она становилась все более жесткой, с четко разделенными обязанностями служителей. Главой общины стал епископ (????????? – надзирающий, руководящий) – лицо, которое по благодати Святого Духа было наделено правом вершить управление общиной, включая заведование церковным имуществом, наставлять в вере, совершать богослужебные действия и рукополагать, подобно апостолам в первые времена, в священный сан. Пресвитеры избирались из числа наиболее уважаемых и обычно старейших членов общины; в ранней Церкви пресвитерами иногда называли епископов, и наоборот. Они помогали епископам совершать богослужения и подвергали наказаниям провинившихся. Во время таинства евхаристии – вкушения тела и крови Христовой – им прислуживали диаконы. Диаконы (???????? – служение) кроме прислуживания при богослужениях занимались сбором пожертвований для бедных и заботились о вдовах и сиротах, одно время должность диакона могли занимать женщины. Администрация также обеспечивала контакты Церкви с внешним миром, который был настроен по отношению к общинам весьма враждебно. Христиан считали безбожниками, поскольку они категорически, более жестко, чем иудеи, отвергали языческих богов и отказывались оказывать божественные почести императорам. Отрицание христианами земных благ и обычных радостей жизни делало их в глазах язычников человеконенавистниками. Все это вызывало у простого люда ненависть к христианам, чем воспользовался Нерон, обвинив их в поджоге Рима. Этот грандиозный пожар, уничтоживший значительную часть Вечного города, был устроен, как считали многие, самим императором. Результатом стало первое великое гонение на христиан 64 г.; вот как это событие описал Тацит в своих «Анналах», созданных в начале II в.: «Нерон, чтобы побороть слухи, приискал виноватых и предал изощреннейшим казням тех, кто мерзостями навлек на себя всеобщую ненависть и кого толпа называла христианами. Христа, от имени которого происходит это название, казнил при Тиберии прокуратор Понтий Пилат; подавленное на время это зловредное суеверие стало вновь прорываться наружу, и не только в Иудее, откуда пошла эта пагуба, но и в Риме, куда отовсюду стекается все наиболее гнусное и постыдное и где оно находит приверженцев. Итак, сначала были схвачены те, кто открыто признавал себя принадлежащими к этой секте, а затем по их указаниям и великое множество прочих, изобличенных не столько в злодейском поджоге, сколько в ненависти к роду людскому. Их умерщвление сопровождалось издевательствами, ибо их облачали в шкуры диких зверей, дабы они были растерзаны насмерть собаками, распинали на крестах, или обреченных на смерть в огне поджигали с наступлением темноты ради ночного освещения. Для этого зрелища Нерон предоставил свои сады; тогда же он дал представление в цирке, во время которого сидел среди толпы в одежде возничего или правил упряжкой, участвуя в состязании колесниц. И хотя на христианах лежала вина и они заслуживали самой суровой кары, все же эти жестокости пробуждали сострадания к ним, ибо казалось, что их истребляют не в видах общественной пользы, а вследствие кровожадности одного Нерона»[6]. Эти свидетельства великого римского историка очень важны для понимания отношения языческого мира к христианам. Здесь надо отметить, что формальным основанием для гонений был только поджог, а никак не причастность, как тогда считали, к «зловредной иудейской секте», хотя до сих пор многие церковные историки склоняются к версии, согласно которой казнить за поджог христиан, чтобы отвести подозрения от себя, Нерона уговорила его любимая наложница, иудейка Поппея Сабина.

Иисус и самаритянка.

III–IV вв. Катакомбы Via Latina

Примерно в это же время мученически погиб бессменный епископ иерусалимской общины св. Иаков, брат Господень, известный своей праведностью, аскетизмом и строгим выполнением ветхозаветных предписаний, за что был уважаем как иудео-христианами, так и простыми иудеями. При этом он, как уже говорилось, поддержал предложение Иерусалимского Собора об упрощении процедуры крещения язычников. Обстоятельства смерти св. Иакова описал современник этого события знаменитый еврейский историк Иосиф Флавий, согласно которому первосвященник Анан-младший, сын предыдущего первосвященника Анана, «имел крутой и весьма неспокойный характер; он принадлежал к партии саддукеев, которые отличались в судах особенною жестокостью. Будучи таким человеком, Анан полагал, что… наступил удобный момент для удовлетворения своей суровости. Поэтому он собрал синедрион и представил ему Иакова, брата Иисуса, именуемого Христом, равно как нескольких других лиц, обвинил их в нарушении законов и приговорил к побитию камнями. Однако все усерднейшие и лучшие законоведы, бывшие тогда в городе, отнеслись к этому постановлению неприязненно».[7] Христианский автор II в. Гегесиппа утверждает, что св. Иаков был сброшен с крыши Храма, а затем добит камнями. После 70 г., когда в результате иудейской войны пал Иерусалим и был разрушен Храм, гонения на христиан со стороны иудеев прекратились.

К концу I в. христианство стало восприниматься римскими властями как самостоятельная религия, независимая от иудаизма, тем более что эта религия не была национальной, подобно иудаизму, и сами иудеи относились к ней, как правило, враждебно. Поэтому появились формальные причины преследования христиан со стороны государства, что оправдало гонения в последние годы правления императора Домициана (81–96) и императора Траяна (97—117). Об отношении римских правителей к христианам в те годы можно судить по переписке проконсула, известного писателя и государственного деятеля Плиния-младшего с Траяном. Плиний допросил двух христианок, назвавшихся диакониссами, но, как он пишет, «не нашел ничего другого, кроме суеверия грубого и безмерного. Дело, мне кажется, заслуживает внимания, особенно в виду большого количества замешанных в нем. Множество людей всякого возраста, положения, и мужчин и женщин, вовлечены в опасность, будут и потом подвергаться ей. Зараза этого суеверия распространилась не по городам только, но и по селам и по деревням». Император отвечал: «Разыскивать их не следует, но если выступают с доносами и обвинениями против них, то нужно казнить их. Однако, если кто не признает себя христианином и докажет это делом, через поклонение нашим богам, тот за раскаяние получает прощение, хотя относительно прошлого он находился под подозрением». Во время правления Траяна пострадали многие мужи апостольские, непосредственные ученики апостолов и продолжатели их миссионерских трудов. Наибольшее число учеников имел ап. Иоанн Богослов, поскольку прожил дольше других апостолов. Среди учеников св. Иоанна, пострадавших при Траяне, наиболее знаменит св. Игнатий Богоносец (Богоносец – перевод его имени, данного при крещении, – Феодор). Игнатий был епископом Антиохии, одним из первых после ап. Петра. Это был широко образованный человек, который прекрасно знал греческую философию, однако его богословские труды целиком подчинены ортодоксальному христианству, он не уклоняется в появившуюся уже тогда ересь гностицизма, в лжеименный гнозис, как называют гностицизм христианские богословы, а активно борется с ним. Он много занимается проблемами церковной иерархии, старается на деле осуществить идею коллегиальности епископата. Пылкость и цельность натуры св. Игнатия с особой силой проявляются после вынесения приговора отдать его на растерзание диким зверям. Он пишет замечательное послание своему другу епископу Смирны св. Поликарпу, тоже ученику ап. Иоанна, и послание римской общине, где просит не предпринимать ничего для его спасения. Игнатий уверен, что мученическая смерть принесет ему горячо ожидаемое соединение с Христом. Он пишет: «Я пишу церквам и всем сказываю, что добровольно умираю за Бога, если только вы не воспрепятствуете мне. Умоляю вас: не оказывайте мне неблаговременной любви. Оставьте меня быть пищею зверей и посредством их достигнуть Бога. Я пшеница Божия: пусть измелют меня зубы зверей, чтобы я сделался чистым хлебом Христовым». И дальше: «Ничто видимое или невидимое не отвратит меня от моего пути ко Христу… Лучше мне умереть за Иисуса Христа, чем царствовать над всею землею. Его ищу, за нас умершего! Его желаю, Его за нас воскресшего! Вот время, когда я начну жить» (цит. по книге «Писания мужей апостольских», Рига, 1994). «Через муки и смерть – ко Христу» – эти слова можно назвать девизом многих христиан того времени. Временем мученической смерти св. Игнатия называют 107 г. Муж апостольский св. Поликарп Смирнский трудился в это же время, но мученическая смерть настигла его в возрасте 86 лет: он был сожжен в Смирне в 155 г. Ученик обоих первоапостолов св. Климент Римский, один из первых римских епископов, был крещен ап. Петром, а ап. Павла сопровождал в его миссионерских путешествиях. Согласно церковному преданию, он мученически погиб в Херсонесе Крымском, куда был сослан для работ на каменоломнях вблизи нынешнего Инкермана. Там он продолжал свою проповедническую деятельность, под влиянием которой многие местные жители крестились. Это послужило причиной преследований со стороны языческих властей: он был вывезен в мере и утоплен. Тело св. Климента приплыло к берегу у мест, где жили его почитатели, и там было похоронено; его нетленные мощи в IX в. обрели свв. равноапостольные Кирилл и Мефодий. Считается, что глава св. Климента в настоящее время находится среди захоронений Дальних пещер Киево-Печерской Лавры. Правда, достоверные сведения о его мученической смерти, как считают историки, пока отсутствуют.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.