Инки

Инки

Правители инков утверждали, что их род по прямой происходит от Солнца через своего предка Манко Капака, а следовательно, как представители Солнца на земле, императоры правили по божественному праву. Власть правителя был абсолютной: теоретически Сапа Инка (Верховный Инка) рассматривал всех мужчин в своей империи как своих сыновей, а всех женщин – как своих законных супруг. Его контроль над столь обширной территорией мог, однако, обеспечиваться только благодаря эффективному управлению, отлаженной военной организации и при поддержании среди подданных некоторой степени довольства. Его правление было в самом деле настолько эффективно, что он фактически неограниченно контролировал своих подданных, и его режим был одним из наиболее автократических форм правления, когда-либо осуществлявшихся на практике.

Рис. 16. Головные уборы императора и чиновников, обозначающие их социальное положение и происхождение

Знать императорской крови и «инки по привилегии» составляли высшую аристократию, представлявшую собой инструмент, посредством которого Инка правил. Обе эти группы принадлежали к классу инков и имели право носить разнообразные варианты головной повязки и большие ушные подвески, которые носил сам Сапа Инка. Эти огромные ушные подвески стали причиной того, что инкские аристократы получили от испанских хронистов прозвище Орехонес (Длинноухие).

Лица императорской крови были представителями наследственной знати: они вели свой род от инкских правителей начиная с легендарного основателя династии Манко Капака и образовывали группы, называемые панаш, состоящие из всех потомков каждого правителя по мужской линии.

«Инки по привилегии» не являлись инками по рождению, хотя некоторые из них благодаря политическим бракам и союзам были в родстве с правителями инков, предшествовавших Инке Пачакути. Главной причиной для предоставления привилегий тем племенам, которые жили в окрестностях Куско между Кикиханой, расположенной в долине Вилканота, и Абанкаем, стало то, что они были союзниками, говорящими на языке кечуа. Стремительное расширение небольшого государства инков до империи с территорией, простиравшейся от Боливии до Кито, которое произошло в течение царствования Инки Пачакути, привело к тому, что власти потребовались тысячи подготовленных чиновников. По этой причине в первые дни существования империи любой, кто мало-мальски выказывал административные способности, не важно, какого он был происхождения, становился подходящим кандидатом для проведения в жизнь инкской политики в новозавоеванном селении. Множество групп таких «инков по привилегии» были отправлены в отдаленные части империи, туда, где наблюдались волнения среди туземцев, которым они должны были подавать пример послушания верховным распоряжениям и приобщать их к культуре инков. Однако не всех их расселили таким образом, поскольку, когда они пришли на помощь во время войны с чанка, Инка Пачакути обещал, что этим людям будут предоставлены места в административной структуре Куско. Из тех, что остались, были сформированы десять айлью (организационных единиц, состоящих из родственных групп); каждое из двух главных подразделений в структуре Куско (Ханан Куско и Урин Куско) состояло из пяти айлью.

Это двухчастное деление на Ханан и Урин, очевидно, было пережитком традиционного, еще доинкского представления о социальной организации и, по сообщениям хронистов, имело значения «верхний» и «нижний» соответственно. Существуют две точки зрения на происхождение этой организационной структуры Куско. Согласно первой, изначально инки жили в Урин Куско, и только потом поселение разрослось до Ханан Куско, так что десять императорских панак, подобно десяти айлью, встраивались в структуру Куско по мере формирования. Каждый правитель инков основывал свою собственную панаку, а первым правителем, происходящим из Ханан Куско, был Инка Рока. Вторая точка зрения предложена Зуидемой, согласно которой все панаки как составные части структуры инкских представлений о социальной организации возникли одновременно.

Принцип «пятичастного деления» (пятерка как минимальная счетная единица, которая легко могла удваиваться до десяти, и далее происходил переход на метрическую систему мер) стал очень важным организационным элементом инкской династии после того, как инки завязали отношения с государством Чиму. Зуидема отмечает, что только первые десять из двенадцати правителей были представлены в структуре Куско. Пять из них принадлежали к Ханан Куско и пять к Урин Куско. Он заключает отсюда, что взаимосвязь между Ханан и Урин может быть истолкована в свете родственных отношений с Инкой – Инкой Пачакути, который был инициатором реорганизации Куско. Те, кто жил в Ханан Куско, были ближайшими родственниками Инки Пачакути, а потомки самых первых правителей, как вторые по значению, стали жить в Урин Куско. Теоретически при таком взгляде на эту структуру правитель всегда принадлежал бы к Ханан Куско, а его более дальние родственники, внебрачные братья и второстепенные потомки принадлежали бы к Урин Куско.

Зуидема также вычленяет базисный принцип структуры, основанный на делении общества на три группы:

кольяна — непосредственные (законные) – правящая аристократия – родственники Инки;

пайан — второстепенные родственники – помощники и слуги Инки;

кайао — население, не относящееся к кольяна.

Кроме того, Зуидема находит, что это деление на три группы может быть расширено до «пятичастного деления», которое предусматривает заключение брачных отношений внутри группы, и деление на Ханан и Урин может быть частью соответствующего деления.

Теоретически такая структура была распространена на всей территории империи, но усиленное ее внедрение отражает тот факт, что ей противодействовали местные традиции, которые инки всячески старались адаптировать.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.