Глава 6 Герои

Глава 6

Герои

Насколько нам известно, в африканской мифологии нечасто встречается Герой, который одновременно являлся бы Демиургом, создателем всего сущего, а в другом аспекте трикстером – хитрецом, обманщиком. В преданиях чаще фигурирует существо, обладающее лишь некоторыми из этих качеств. Хубеане (Хобиана) племен бавенди и бапеди, который, как говорят, был сыном первого человека и творцом других человеческих существ (некоторые называют его первым предком и творцом неба и земли), наделен многими чертами хитреца и ловкача. Особенно ярко эти качества проявляются в зулусском персонаже Хлаканьяне, который также наделен магической способностью к перевоплощениям, но, судя по всему, не принимал никакого участия в создании мира. В современном варианте сказки это человеческое или квазичеловеческое существо. Есть, однако, признаки, указывающие на то, что Хлаканьяна может вести свое происхождение от животных, а некоторые из его приключений в фольклоре банту приписываются Зайцу. Заяц никогда не выступает в роли Демиурга, но Паук, главный трикстер Западной Африки, фигурирует в легендах яо, рассказывающих о сотворении мира, а народы конго и дуала, живущие на территории Анголы, связывают Паука с небом. Рождению Хлаканьяны сопутствуют некоторые чудесные обстоятельства, они же окутывают рождение Райангомбе, героя фольклора кизиба: оба начали говорить еще до того, как родились, а последний сразу после появления на свет съел целого буйвола. Хубеане демонстрирует комбинацию хитрости и истинной или притворной глупости, которая напоминает о Тиле Уленшпигеле и Насреддине. Ум его главным образом проявляется в способности избегать ловушек.

Похожие истории рассказывают о Галикалангье. Этот персонаж знаком племени вахехе, живущему к северу от озера Ньяса, а также племенам аньянджа и яо, населяющим территории, расположенные южнее озера. В этих историях мать героя еще до рождения ребенка обещает отдать его Демону[27]. Однако выполнить свое обещание ей не удается, поскольку ребенка, как оказалось, не так легко застать врасплох. Ребенок хитер, но все его уловки – это исключительно меры самозащиты, злые шутки над окружающими не его конек.

Мы уже упоминали Тсуи-Гоаба, вождя Раненое Колено – обожествленного героя готтентотов. Неизвестно, можно ли его отождествлять с Хейтси-Эйбибом. Если тождества не существует, следовательно, последнего нужно считать самостоятельным героем. Впрочем, сейчас, к сожалению, уже слишком поздно восстанавливать связующие звенья между записями отдельных рассказчиков.

Рождение Хейтси-Эйбиба можно назвать чудесным, он был наделен способностью к перевоплощениям. Он сражается с врагом человечества, Гаунабом, или Га-го-рибом (Низвергающим), в обычае которого было швырять людей головой вперед в глубокую яму: он обычно сидел возле ямы и бросал вызов каждому проходящему мимо, требуя кинуть камень ему в лоб. Но камень рикошетировал, убивая метателя, так что тот падал в яму. Наконец слухи о том, что таким образом погибло уже много людей, дошли до Хейтси-Эйбиба, и он отправился к Гаунабу. Отказавшись бросить камень по требованию Гаунаба, он вскоре отвлек его внимание и кинул камень, ударивший Гаунаба ниже уха, «так что он умер и упал в свою собственную яму. После этого наступил мир, и люди жили счастливо».

В другой версии рассказывается об этих двух персонажах, гонявшихся друг за другом вокруг ямы и поочередно кричавших:

Упади, Хейтси-Эйбиб!

Упади, Га-гориб!

Наконец Га-гориб столкнул Хейтси-Эйбиба в яму. Но тот попросил яму: «Поддержи меня немного!» – и она держала его, пока он не выбрался. Они снова принялись гоняться друг за другом вокруг ямы. Хейтси-Эйбиб снова упал и снова выбрался, но на третий раз в яму свалился его соперник, который «оттуда не выбрался». «С того дня люди вздохнули свободно и избавились от своего врага, потому что он был побежден». Некоторые отождествляют Га-гориба с Гаунабом, врагом, ранившим Тсуи-Гоаба в колено.

Эту историю рассказывают и про Тсуи-Гоаба, а также, что еще более примечательно, про Шакала. Это позволяет предположить, что Хейтси-Эйбиб, как и другие герои, в первоначальном варианте истории был животным. Шакал – любимый герой готтентотского фольклора, и многие из его подвигов банту приписывают Зайцу.

Рассказывают, что когда-то Хейтси-Эйбиб дружил со Львом и они часто вместе охотились. Лев был более успешным охотником, но Хейтси-Эйбиб обычно изобретал какую-нибудь уловку, чтобы выманить у Льва большую часть добычи, а затем высмеивал Льва за его спиной. Дочь Льва, которой он приносил добычу, начала страдать от голода. У Хейтси-Эйбиба тоже была дочь. И вот в один прекрасный день дочери встретились у источника, куда они пришли за водой. Дочь Льва присела, чтобы наполнить свои кувшины, но дочь Хейтси-Эйбиба потребовала уступить ей место, а когда та отказалась, дочь Хейтси-Эйбиба принялась насмехаться над неудачливым охотником Львом, говоря, что Хейтси-Эйбиб перехитрил его. Придя домой, дочь Льва рассказала обо всем своему отцу, и тот на следующий день, во время охоты, стал заботиться о сохранности своей добычи. Тогда Хейтси-Эйбиб сказал: «Эти две девчонки поссорят нас – лучше убьем их обеих!» Лев согласился и убил свою дочь, а Хейтси-Эйбиб снова обманул его, колотя палкой по шкуре, на которой он спал, а дочь его в это время где-то пряталась. Когда Лев узнал об обмане, он погнался за Хейтси-Эйбибом и его дочерью, но они сумели ускользнуть и нашли прибежище под землей. В отчаянии Лев стал умолять Хейтси-Эйбиба вернуть дочь к жизни, что тот в конце концов и сделал.

Пирамиды из камней, встречающиеся по всей Южной Африке, называют могилами Хейтси-Эйбиба. Судя по их количеству, ловкач умирал не раз и все время возвращался к жизни. Блик цитирует любопытную сказку «Пожиратель изюма».

Хейтси-Эйбиб и его семья, странствуя, достигли некой долины, где обнаружили в большом изобилии спелые ягоды той разновидности, что именуется «дикий изюм». Хейтси-Эйбиб поел этих ягод и тяжело занемог. «Я чувствую, что жить мне осталось недолго, – сказал он своему сыну Урисебу, – когда я умру, накрой мое тело камнями… и прошу тебя, не ешь ягоды с деревьев в этой долине. Ибо если ты поешь их, то умрешь так же, как и я». Жена Урисеба сказала: «Твой отец заболел, потому что поел ягод из этой проклятой долины. Давай скорее похороним его и уйдем отсюда».

И вот Урисеб и его жена похоронили Хейтси-Эйбиба, засыпали его могилу камнями, как он просил, и ушли. Вскоре, готовясь расположиться на ночлег, они вдруг услышали, что из долины доносится «какая-то песня». Потом они различили слова:

Я отец Урисеба,

Отец этого нечистого,

Я тот, кто отведал этого изюма и умер

И, умерев, живу.

Жена, заметив, что шум исходит от могилы старика, послала Урисеба посмотреть. Через некоторое время он вернулся и сообщил, что видел следы, похожие на отпечатки ног его отца. Тогда жена сказала: «Это он» – и велела Урисебу подкрасться к отцу и отрезать тому отступление к могиле, «а когда ты поймаешь его, не давай ему ускользнуть».

«Он сделал, как было сказано, и Урисеб и его жена очутились между могилой и Хейтси-Эйбибом и схватили старика. «Отпустите меня! – взмолился тот. – Я умер, я могу заразить вас!» Но жена Урисеба сказала мужу: «Держи хитреца!» Хейтси-Эйбиба привели домой, и здоровье его с того дня было крепче прежнего!»

У Хубеане способность воскресать после смерти уступила место поразительной изобретательности, направленной на ускользание от смерти. О Хубеане говорят, что он был сыном Рибимби (Рибиби, Левиви), первого человека, но рождение его было самым обычным и ни с какими чудесами не связано. Сначала он отличился своей феноменальной тупостью – Хубеане буквально воспринимал даваемые ему указания и выполнял их наоборот. Так, однажды он вместе со своей матерью отправился собирать бобы. Мать нашла в бобовых зарослях спящего бушбока (лесную антилопу), убила его и положила на дно корзины, засыпав животное бобами. Потом она отослала Хубеане домой с корзиной, сказав ему: «Если по дороге встретишь кого-нибудь, кто спросит тебя, что ты несешь, отвечай: «Бобы моей матери», а сам помалкивай, что там бушбок». Разумеется, по дороге домой Хубеане встретил соседа, который поинтересовался, что у мальчика в корзине. Хубеане ответил: «Я несу бобы моей матери, но сам-то знаю, что в корзине бушбок».

Когда Хубеане подрос, его отправили пасти овец и коз. Однажды он наткнулся на мертвую зебру. Когда вечером жители деревни спросили его, где сегодня кормилось стадо, Хубеане ответил: «У черно-белой скалы». Вернувшись на следующий день к тому же месту, он увидел, что гиены уже грызут скелет зебры. Когда вечером ему задали тот же вопрос, он ответил, что повел овец к «гиеновой скале». Люди, уже изрядно озадаченные накануне «черно-белой скалой», ничего не могли понять, поэтому на следующий день несколько человек отправились вместе с Хубеане и, к своему недовольству, обнаружили, что потеряли ценный запас мяса. «Когда ты в следующий раз увидишь тушу мертвого животного, – сказали они Хубеане, – забросай ее ветками, а сам беги в деревню и зови людей». На следующий день Хубеане камнем убил маленькую птичку, забросал ее ветками и созвал всю деревню – нетрудно представить себе разочарование ее жителей. Несколько человек взяли на себя труд объяснить Хубеане, что он должен был привязать птичку к поясу и принести ее домой. В следующий раз Хубеане попытался проделать это с убитой им антилопой – при этом туша животного волочилась по земле и шкура его была безвозвратно испорчена. Короче говоря, Хубеане был источником постоянных огорчений для своих родных и остальных жителей деревни. Однажды отец отправился вместе с ним, чтобы присмотреть за стадом, а сын заявил, что на вершине высокой скалы есть вода. Когда отец поднялся на скалу, Хубеане выдернул колышки, облегчавшие подъем. Потом Хубеане побежал домой и съел обед, приготовленный для отца, потихоньку наполнил опустевший горшок коровьим навозом, вернулся к скале, помог отцу спуститься и притворился, что всего лишь бегал взглянуть на стадо. Когда Хубеане и отец вернулись домой, Хубеане принялся упрекать слуг за то, что они так медленно подают на стол обед. Если вы не поторопитесь, сказал он им, обед превратится в коровий навоз – что, собственно, и случилось.

Эта и другие подобные проделки наконец вывели отца и жителей деревни из себя, и они решили избавиться от Хубеане. Сначала они подсыпали яд в его пищу, но он настоял, что будет есть только из миски своего брата; потом они вырыли яму на том месте, где обычно сидел Хубеане, утыкали дно острыми кольями и прикрыли яму ветками. Но Хубеане пришел и сел в другом месте. Тогда жители деревни спрятали человека в связку тростника, чтобы он мог проткнуть Хубеане копьем, когда тот подойдет поближе. Но Хубеане снова что-то заподозрил и выбрал эту связку, чтобы попрактиковаться в метании дротиков. Поняв, что они никогда не смогут застать Хубеане врасплох, окружающие решили оставить его в покое.

В ранних формах мифа Хлаканьяна, вероятно, фигурировал как Заяц или существо из семейства куньих. В одной из историй, пересказанных Каллауэем, говорится, что одним из имен героя было Укаиджана (Маленькая Ласка), «да он и был похож на ласку…». Однако, поскольку Ласка не является главным героем зулусского фольклора, ее появление можно объяснить более поздним искажением мифа. Каллауэй считает, что Хлаканьяна – это существо, напоминающее нашего Мальчика-с-пальчика. Хлаканьяна начал говорить еще до рождения, а появившись на свет, сразу выходит в крааль, садится среди людей и ест мясо. Он надувает своих родителей и других жителей деревни, но встречает с их стороны больше терпимости, чем Хубеане. Покинув дом, Хлаканьяна встречает людоедов и одерживает над ними победу. А вот любопытный эпизод, который может указывать на то, что когда-то Хлаканьяна фигурировал в мифологии в роли культурного героя[28]. Выкопав несколько съедобных клубней, он отдает их своей матери, чтобы та приготовила их к обеду. Мать съедает клубни сама, а когда Хлаканьяна требует вернуть клубни, мать отдает вместо них горшок для молока. Этот горшок он одалживает мальчикам, которые доят коров в разбитые глиняные черепки. Один из мальчиков разбивает горшок и, выслушав упреки Хлаканьяны, отдает ему взамен ассагай (копье с железным наконечником). Хлаканьяна продолжает серию обменов, каждый раз получая предмет большей ценности взамен утраченного. Мена заканчивается, когда Хлаканьяна получает боевой ассагай, а «то, что он с ним сделал, я расскажу в другой раз». В этой истории примечательны два момента. Во-первых, Хлаканьяна является в некотором роде двигателем прогресса: он предлагает горшок для молока вместо черепков, ассагай для резки мяса вместо тростинок с заостренными краями, топор для рубки хвороста, который женщины, вероятно, ломали руками, и т. д. Во-вторых, та же история, правда с несколькими вариациями, рассказывается о Зайце, который встречает людей, работающих деревянными мотыгами, и предлагает им мотыги железные, а также вручает людям стрелы с железным наконечником вместо деревянных.

У кизиба мы встречаем более земного, близкого людям героя по имени Киби – могучего охотника, пришедшего вместе со своими собаками из Уньоро. Похожей фигурой является Мбега в Узамбара – основатель клана вождей Вакилинди. Эти персонажи могут служить типичным примером миграции более прогрессивных представителей коренного населения. Но не будем останавливаться на этой проблеме, а перейдем к мифу, представляющему огромный интерес. Он встречается не только на территории, населенной народами группы банту, но также и за ее пределами. Герой истории часто безымянный, впрочем, басуто называют его Мосаньяна или Литаолане. Тэйлор включает эту историю в категорию мифов о природе, считая ее драматизацией процесса смены дня и ночи: солнце, поглощенное тьмой, вновь появляется, торжествующее и невредимое. Современные специалисты сомневаются, что подобный феномен может быть персонифицирован примитивными племенами. Я не буду пытаться разрешить эту проблему, а просто расскажу историю о Мосаньяне.

Люди – несомненно, население всего мира, по крайней мере, в этом убежден рассказчик – были проглочены чудовищем по имени Холумолумо, вместе с людьми в его брюхо попал скот, собаки и домашняя птица. Единственной, кому удалось спастись, была беременная женщина, которая вымазала себя золой и укрылась в загоне для телят. Холумолумо заглянул в крааль, но принял женщину за камень, «ибо от нее пахло золой», и не тронул ее. Он дошел до горы, возвышавшейся у деревни, но не смог перешагнуть ее, потому что плотно поел, и присел отдохнуть.

Через некоторое время женщина родила ребенка. Она оставила его буквально на несколько минут, чтобы принести еды. Вернувшись, она обнаружила не ребенка, но взрослого мужчину, вооруженного копьем. «Эй! А где же мой ребенок?» – спросила женщина, а мужчина ответил: «Это я, матушка!» Он спросил, куда делись все люди. Мать ответила, что всех их, а также скот, собак и птицу проглотил Холумолумо. Мужчина спросил, где сейчас этот Холумолумо. «Выйди и посмотри, сын мой». Мать взобралась на ограду крааля, указала на ущелье, открывавшее вход в долину, и сказала: «Та огромная туша, что закрывает все ущелье, и есть Холумолумо».

Сын взял копья и, несмотря на мольбы матери, отправился взглянуть на чудовище, то и дело останавливаясь по пути, чтобы наточить свои копья о плоские камни. Увидев юношу, Холумолумо открыл рот, чтобы проглотить его, но не смог подняться и дотянуться до юноши, который тем временем обошел чудовище кругом и дважды вонзил в него копье. Холумолумо умер.

«Потом юноша достал свой нож, но мужчина в брюхе Холумолумо закричал: «Не режь меня!» Юноша отошел и воткнул нож в другом месте, тут уже корова сказала: «Му-у!» Потом залаяла собака, закричал петух. На этот раз юноша проявил упорство и разрезал-таки брюхо чудовища, из которого вышли все люди и животные».

Они сделали юношу своим вождем. Но, как всегда, нашлись среди людей завистники. Они решили убить вождя. «Давайте схватим его, – сказали они, – разожжем большой костер и бросим в огонь». Но «когда злые люди попытались схватить вождя, он ускользнул от них, они поймали другого человека и бросили его в огонь». Возможно, это надо понимать так, что вождь прибег к помощи магии и злодеи были введены в заблуждение. «А вождь спросил: «Что вы делаете с этим человеком?»

Тогда заговорщики решили вырыть яму на том месте, где обычно сидел вождь, но тому удалось избежать ловушки – правда, не как Хубеане, который отказался сесть на свое любимое место, а потому, что вождь был чудесным образом предупрежден. Потом вождя пытались столкнуть с обрыва, но «он сбежал, и люди сбросили в пропасть другого человека», которого вождь впоследствии вернул к жизни.

Когда заговорщики предприняли свою последнюю попытку, вождь уже не сопротивлялся, а позволил убить себя. «Говорят, что его сердце выскочило из груди и превратилось в птицу».

Это пример ясного и логически связного изложения. Некоторые из деталей этой истории могут быть заимствованы из других историй. Процесс взаимозаимствования вообще присущ народным преданиям. Иногда герой избегает смерти, иногда, пройдя через смерть, он возрождается к жизни. Порой он выходит из всех передряг целым и невредимым и «с тех пор живет счастливо», наслаждаясь заслуженными почестями.

Быстрое взросление героя Мосаньяны (хотя рождение его само по себе не чудесно) напоминает нам о Хлаканьяне. Любопытный вариант ронга приписывает аномальное рождение герою Бокеньяне, чья мать, первый предок нанди, обварила кипятком голень, из которой и появился ребенок. Создавая свои истории, народ словно хочет донести до нас мысль, что герой-освободитель, способный на подвиги, которые не под силу среднему человеку, не может явиться в этот мир обычным способом.

Мы уже упоминали о существовании историй о герое, который первоначально был животным. К числу таких историй можно причислить и ту, что представляет собой очень древнюю форму легенды, распространенную ныне среди народа не, живущего на территории Берега Слоновой Кости. В этой истории волшебный калебас проглотил всех людей и животных, за исключением одной овцы, которая позднее принесла ягненка. Когда ягненок подрос и окреп, он боднул калебас и разбил его.

Чудесное рождение мы видим в случае с Галикалангье, который во всех остальных отношениях не имеет ничего общего с Мосаньяной, за исключением неоднократного спасения от смерти, в этом он напоминает Хубеане. Здесь обстоятельства, предшествующие рождению, совершенно иные и варьируются в нескольких версиях сказки. Впрочем, все версии сходятся в том, что мать обещает свое дитя некоему существу, которое помогает ей выпутаться из трудного положения, – в данном случае это Гиена. Женщина собрала в лесу хворост и понимает, что не сможет поднять тяжелую вязанку на голову; Гиена предлагает свою помощь и спрашивает, что она получит взамен. С поразительной готовностью женщина обещает отдать свое еще не рожденное дитя. Не успела женщина дойти до дому, как ребенок появился на свет, потребовал положить его в глиняный черепок и поджарить (каланга, отсюда его имя) на огне. В результате ребенок вырос чрезвычайно быстро. Когда Гиена пришла, чтобы забрать младенца, мать велела Гиене самой найти ребенка и обещала привязать тому на ногу колокольчик, чтобы его можно было отыскать среди других детей. Галикалангье взял множество колокольчиков и привязал их к ногам своих товарищей, велев им отзываться на его имя. Пришлось Гиене уйти несолоно хлебавши. В следующий раз мать послала сына собирать бобы туда, где пряталась Гиена. Галикалангье отправил вместо себя жука, а сам пошел играть с товарищами. Тогда, спрятав Гиену в вязанку хвороста, мать послала за ней сына. Галикалангье взглянул на вязанку и заметил: «Я могу принести вязанку в три раза тяжелее этой», его слова так напугали Гиену, что она убежала. Снова потерпев неудачу, мать велела сыну смастерить ловушку. Когда стемнело и Гиена спряталась за ловушкой, мать сказала, что западня захлопнулась. «Разве? – спросил сын. – Моя ловушка всегда захлопывается трижды». «Что же это за ловушка, что захлопывается трижды?» – подумала Гиена и пустилась бежать. Наконец мать выбрила сыну полголовы и сказала Гиене, что та может прийти за сыном, когда тот уснет у огня. Но Галикалангье встал ночью, выбрил матери полголовы и спрятался за хижиной. Гиена пришла и, найдя человека, соответствующего описанию, убила мать Галикалангье.

Герой Качирамбе племени ньянджа, тоже несколько раз избежав смерти в очень схожих обстоятельствах, прощает свою мать и убивает Гиену. Точки соприкосновения с легендой о Хубеане очевидны. Столь же ясно видны и отличия.

Герой Райангомбе по своему рождению напоминает Хлаканьяну и Галикалангье. В остальных отношениях он отличается от прочих героев. Райангомбе побеждает одного прославленного воинаи глотает другого, атот, проложив себе ножом путь на свободу, убивает Райангомбе. Эта история может представлять собой более позднюю и изрядно искаженную вариацию мифа.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.