8.15. Видение Нового Иерусалима

В последних восьми главах, начиная с 40-й, идет описание видения нового царства Божия, инструкция для вернувшихся из плена, как должен быть устроен храм, как должны совершаться там жертвы и приношения, как должен быть устроен там город, и как должна быть разделена земля между людьми. И здесь мы сразу видим, что это установление не было исполнено после того, как израильтяне вернулись в Землю Обетованную. Но в описании нового Иерусалима, нового храма, несомненно, присутствуют черты, которые повторяются затем в книге Откровения апостола Иоанна Богослова. Эти повторения показывают, что действительно Завет, который Господь заключит с Израилем, не есть завет, который заключен с кем-то — с Ездрой или с Зоровавелем, а именно Завет, который Христом приносится на землю. Видение этого города — это не отстроенный после разрушения Иерусалим, поскольку он был отнюдь не так славен и величественен. Это видение уже нового Иерусалима, это видение откровения и явления Царства Божия на земле. И вот описывается город с равным измерением своих стен, описывается 12 ворот, над которыми имена колен Израилевых, точно так же, как мы видим потом и в Апокалипсисе, причем, видение это сопровождается явлением Господа и ангела, который имеет некую трость для измерения, как это происходит в Апокалипсисе.

Размеры и устройство храма описаны так тщательно не случайно. «Ты, сын человеческий, возвести дому Израилеву о храме сем, чтоб они устыдились беззаконий своих, и чтобы сняли с него меру» (Иез. 43:10). Здесь следует искать духовный смысл.

Иезекииль видит, как Слава Господня возвращается в храм снова (мы помним, что Слава Божия оставила храм в Иерусалиме), проходит через восточные врата храма и снова оказывается там, где ей и должно быть. Отрывок из 44 главы читается в качестве паремии на Богородичные праздники, потому что там говорится, что Господь войдет затворенными вратами, и никто более, кроме Него, не сможет этими вратами пройти, что Он воссядет после этого как князь, и произойдет это тогда, когда в течение семи дней будет совершаться очищение и приноситься жертвы. И по окончании этих дней, в восьмой день, войдет уже Господь Сам для того, чтобы воссесть в этом храме. Читается это как вторая паремия, изображая нетленное рождение Девою Богородицею Христа, Который есть откровение и явление Славы Божией. Снова совершается явление пребывания Бога среди Своего народа.

Описывается поток, который истекает из-под храма и превращается в великую реку, и эта река впадает в мертвое море, оживляет это мертвое море, исцеляет его, и оно снова населяется рыбами и другой живностью. Конечно, этот источник, этот поток живой воды, у которого растут деревья, — это тоже пророчество о благодати Духа Святого, Которым исполнена будет Церковь. В откровении Иоанна Богослова очень много текстуальных заимствований как раз из книги пророка Иезекииля, которые, по-видимому, свидетельствуют о том, что речь идет об одном и том же. Например: «И был я в духе и вот престол стоял на небе и на престоле был сидящий и сидящий был видом подобен камню… и радуга была вокруг престола, а вокруг престола 24 престола, а на них видел я 24 старца, которые были облечены в белые одежды» (Откр. 4:3–4). Причем посреди престола четыре животных, исполненных очей спереди и сзади, и «первое было подобно льву и другой тельцу и третье лицо, как человека» и т. д., то есть, снова оживает перед нами видение Иезекииля.

Обращу ваше внимание вот на что: в пророческих книгах у Исаии, у Иеремии звучит тема отвержения культа, отвержения жертвоприношений, не сопровождаемых праведностью. И возникает такое ощущение, что ничего не нужно, никакого культа, никакого богослужения, а требуется только справедливость, добро, разные хорошие дела, вера в Бога. Здесь же как раз оказывается, что устроение новозаветной земли тоже сопровождается очень четким уставом о том, как надо совершать богослужение, и запретом от этого устава отступать: Когда мы видим в Апокалипсисе старцев вокруг престола, то мы видим их совершающими богослужение, видим четверо животных, которые стоят вокруг престола и вопиют: «Свят, Свят Господь Вседержитель, Который был, есть и будет». Животные воздают славу, старцы поклоняются — то есть видение Нового Иерусалима, новой реальности сопряжено с богослужением. Это заставляет задуматься и о смысле нашего богослужения, что это не просто некоторая такая устарелая обрядность, которую нужно отменить, изменить и для того только собираться, чтоб вместе попеть под гитару и почитать Священное Писание, но что здесь, конечно, тоже есть некое явление новой небесной реальности, которая в Писании перед нами предстает именно в виде стройного и согласного славословия и поклонения Богу Вседержителю.

Отличие видения Иезекииля от видения Иоанна Богослова в том, что Иезекииль подробно описывает храм, а евангелист Иоанн говорит, что в этом городе нет храма, потому что Сам Господь является храмом для людей своих. Здесь некоторое окончательное исполнение и завершение пророчества о том, что «Я буду их Богом, Я буду их городом, Я буду ограждением, Я буду их храмом», что не будет никогда ночи в этом городе, потому что там Господь — освящение его и Слава его. «Всего кругом восемнадцать тысяч. А имя городу с того дня будет: "Господь там"» (Иез. 48:35).