Слово 8. О послушании и бесстрастии

Слово 8. О послушании и бесстрастии

Вступая в монашество, прежде всего предаются в руководство, отвергают свою волю и дают обещание сохранять повиновение и послушание безрассуд­но. Творят же это не для иной цели, но только что бы достигнуть чистоты душевной и бесстрастия, ибо без этого и иночество не поможет нам, более же напрасно и на осуждение будем носить на себе наименование монаше­ское, если не постараемся делами исправить и оправдать оное. Дела же и исправление иноческое состоит в истинном самоумерщвлении и отвержении всех своих прихотей, желаний, наклонно­стей, пороков и страстей, чтобы все то, что прежде было нам вожделенно, дорого и любимо, Бога ради презреть, попрать, и в конец отринуть свою волю, свое мудрование, самомнение и самолюбие, отнюдь ни к чему земному не прилепляться, все за сор вменять Христа ради; ко всему приключающемуся быть благодушным, всех любить и почитать выше себя, самому же ис­тинною смиренномудрствовать и любить уничижение и поношение. В такое устроение пришедший, поистине носит на себе знамение своего иночества, и неволею почитаем бывает от всех как земной Ангел. Тогда ему все то, что прежде было любимо и желательно, делается отвратительным и тягостным, как то: всякая житейская слава, покой и наслаждение. Вожделенны же нищета, простота и смирение Христово.

Если же мы, вступая в иночество и небрежем, и не внимаем и не стараемся о достижении бесстрастия и чистоты душевной, то зачем и вступаем в монашество? Молиться, поститься, творить милостыню и прочие богоугодные дела можно творить и в мире живя. Вступив же в монашество, и не исполняя дел или обязанностей иноческих, значит служить только соблазном всему братству и давать вину к поношению и порицанию богоугодной иноческой жизни. А потому не больше ли чрез то заслуживаем себе осуждения и наказания от Бога, потому что всему братству причиняет непрестанно скорби и смущение? Следовательно, отраднее и простительнее будет такому, если не имеет наклонности к иноческим подвигам и обязанностям, пусть отойдет и удалится от собраний и селений иноческих, ибо отойдет с ним вместе смущение и смятение, и останется мир, спокойствие и радование духовное, которое даруется достигшим чистоты, бесстрастия и любви, которые есть Сам Бог.