Обман или история?

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Обман или история?

Однажды Человек, Которого звали Иисусом, сказал Своим друзьям, что во время посещения Иерусалима Его убьют враги. «Как? — недоумевали они. — Ведь Он же утверждал, что имеет власть над смертью!»

Так имел Он эту власть или нет?

Что можно сказать о воскресении Иисуса из Назарета? Быть может, это жестокий обман? Или самое фантастическое событие во всей истории? То или другое — третьего не дано.

Если кто-то когда-нибудь и подвергался смертельной опасности, так это Иисус. Не раз и не два Он говорил о Своей грядущей смерти и воскресении, даже назначил встречу ученикам после Своего воскресения. Однако Его последователи просто забыли об этом. Ученики настолько обрадовались предстоящему наступлению царства, которое, как они надеялись, Он утвердит Своей властью, и настолько были заняты спором, кто какое место в нем займет, что их ум просто отказывался воспринимать любую мысль о том, что Ему что-то может повредить.

Но если Иисус — как Он утверждал — на самом деле был Сыном Божьим, можно было предполагать, что Он имеет власть над смертью. Не так ли? Ведь все сотворенные Им чудеса, Его глубокое и в то же время простое учение, вся Его святая жизнь, все совершенные Им исцеления и возвещенные обетования — все это, по сути дела, ничего не значило бы, если бы Он не имел власти над смертью.

Вы можете проследить всю Его жизнь и восхититься каждым ее мигом, все это может убедить вас и даже привлечь к Нему, но если Иисус из Назарета умер как обычный, смертный человек, если это был Его конец, тогда мы можем просто-напросто забыть все, что с Ним связано. Одно из двух: или Он был Богом, или не был. Если Он — Бог, тогда даже смерть должна была подчиняться Его повелениям. Он мог свободно отдать Свою жизнь и так же свободно вернуть ее. Если же Он был обычным человеком, просто мучеником, умершим за доброе дело, если все, что произошло в тот день неподалеку от Иерусалима, было всего лишь рядовым убийством, еще одним распятием среди тысяч других, которые устраивали римляне, тогда сегодня этот мир пребывает в такой тьме, какую невозможно вообразить. Безысходная тьма!

Итак, проблема Христова воскресения или утверждает христианство, или разрушает его. Если воскресения не было, то христианство — это просто еще одна этическая система. Может быть, полезная, или даже утешительная, но не спасающая. Пустой гроб — вот что радикально отличает христианство от всякой другой религии! Когда я был в Индии, то наблюдал религиозные обряды индусов — от ужасных до возвышенных. Я видел, как в восточных странах, в бесконечно разнообразных, на первый взгляд, формах человек стремится к миру и внутреннему очищению, надеясь когда-то его отыскать или однажды совершить открытие. Эти люди искренни в своих намерениях. Они посвящены. Глубоко серьезны и трезвы. Но у них нет пустого гроба! Я наблюдал за буддистами, за монахами, одетыми в желтое и держащими в руках пальмовые зонты, за их колесом молитвы и сложным ритуалом. Свыше четверти миллиарда человек пытаются найти ответ в этой созерцательной и покорной религии. Благочестие? Да, оно у них есть. Но нет пустого гроба!

Я изучал философские системы Китая, этические учения Конфуция, Лао-Цзы и Мао и видел, что за всем этим красочным великолепием, за мудростью, сокрытой в небольшой красной книге, чувствуется внутренний духовный голод. Почему? Потому что там нет пустого гроба!

Я путешествовал по исламскому миру, отмечая его покорность и изучая откровения пророка, весть которого охватила половину земного шара. Беседуя с последователями Мухаммеда, я видел их пламенную искренность и непостижимое благочестие. Но я нигде не видел пустого гроба!

Я ходил по земле Палестины, видел потомков Авраама, справедливо гордившихся тем, что в их наследии — законы, которые они свято соблюдают. Пустой гроб был здесь, прямо среди них, но лишь немногие признали Человека, Который сказал, что выйдет из него, и вышел!

Я хотел бы, чтобы все они, чтобы все вы прошли по крестному пути вдоль иерусалимских улиц, мимо Голгофы, в тот склеп в саду, ставший могилой, из которой наш Господь вышел однажды утром почти две тысячи лет назад. Я много раз стоял у него, я входил вовнутрь — и вновь чувствовал разницу между христианством и любой другой религией. В этом склепе пусто — вот в чем разница! Человек, Который покоился в нем, вышел оттуда через три дня! «Я семь воскресение и жизнь», — сказал Он. Конфуций не мог так сказать! Будда не мог! Не мог Мухаммед! И не мог Авраам! Могила Конфуция хранит истлевшее тело. Останки хранят могилы Будды и Мухаммеда.

Но могила Иисуса Христа пуста! Во всем мире нет гробницы, в которой можно найти хоть одну кость тела Сына Божьего. В тот день Он навсегда попрал смерть, и пустая могила стала тому свидетельством!

Друг мой, если ты ищешь чего-то достоверного, то оно здесь!

Но почему воскресение достоверно? Как мы можем быть уверенными в этом? Да, это было воскресение, после которого небольшая горсточка людей, в основном необразованных, преследуемых и гонимых, перевернула весь языческий мир. Это сделало воскресение. Люди пошли во все концы света, преображая языческое мироустроение не доводами, но пламенным свидетельством о воскресшем Господе! Они с радостью отдавали свою жизнь, ибо верили, что это правда!

Люди могут лгать в мыслях, могут распространять ложь вокруг себя, лгать словом, на бумаге, криком или лжепророчеством, но они никогда не умирают за ложь, если знают, что лгут!

Но, быть может, ложь распознается только в самом конце? Быть может, эти люди становятся жертвой обмана? Может быть, они искренне заблуждаются? Быть может, они просто невольные жертвы какого-нибудь мошенничества или галлюцинации, которая кажется им вполне реальной и убедительной? Что, если вся история с воскресением представляет собой хорошо продуманный обман? А может быть, это просто освященная веками легенда, и по прошествии столь долгого времени нам только кажется, что все это действительно было?

Одно дело — пойти в церковь в пасхальное воскресенье. Риска здесь немного. Быть может, все это будет стоить весеннего костюма, который вы в любом случае купили бы, потраченного на поездку бензина и пяти долларов, которые вы пожертвуете на церковный сбор. Однако предположим, что настали тяжелые времена, и Иисус уже не так популярен, как сегодня. Допустим, что в этой благодатной стране за нами начинают охотиться, нас начинают преследовать и гнать — и все за то, что мы верим в воскресшего Господа. Со всех сторон вам говорят, что эта вера очень сомнительна, и вы знаете, что, сказав хотя бы одно слово против Иисуса, вы избавите себя от бед и, быть может, даже сохраните свою жизнь. Что тогда?

Действительно ли мы уверены, что воскресение совершилось? Уверены настолько, что готовы встретить вышеописанную ситуацию? Ведь если воскресения небыло, мы вполне могли бы забыть нашу веру во Христа. Не важно, что во многом другом мы уверены вполне: все непременно разрушится, если воскресение не совершилось.

Предположим, что на какое-то время мы оказываемся современниками Иисуса. Его святая жизнь свидетельствовала, что Он был именно Тем, Кем Себя называл. Чудеса, учение, жизнь, которую Он прожил, исцеления, сострадание, любовь — все об этом свидетельствовало. Кроме того, были пророчества, исполнившиеся в Его жизни и смерти. От этих свидетельств никто не может просто так отмахнуться. Пророчества о Его рождении, служении и смерти. Кто-то подсчитал, что в Ветхом Завете содержится более трехсот пророчеств, и все они сбылись в Иисусе. Что это? Случайность? Совпадение?

Быть может, вы найдете кого-нибудь, в ком тоже исполнилось одно или два пророчества. Не знаю. Однако вероятность того, что все они сбываются в одном человеке лишь благодаря случайному стечению обстоятельств, столь мала, что просто приходишь в изумление! Один скептик предположил, что Иисус просто подстраивался под эти пророчества, просто умышленно строил жизнь в их ключе, чтобы тем самым упрочить Свои притязания. Но разве мог Иисус выбрать время Своего рождения или то, как Он родится? Выбрать место? Разве мог Он решить, как Ему умереть? Быть может, чтобы подогнать Свою жизнь под пророчества, Он подкупил римских солдат, и только поэтому те бросали жребий, деля Его одежды? (См.Ин. 19:23, 24). Быть может, Иисус Сам призвал стражника, чтобы тот пронзил Его копьем, дабы убедиться в Его смерти? Может быть, Он выбрал и место, куда они Его положат? Вряд ли!

В своей книге «Наука говорит» Питер Стоунер уверяет, что согласно теории вероятности совпадение здесь просто исключено. Взяв только восемь из трехсот упомянутых пророчеств, он доказывает, что вероятность их исполнения в жизни одного человека составляет лишь единицу к десяти в семнадцатой степени, то есть речь идет о том, что они могли сбыться лишь в одном случае из 100 000 000 000 000 000! Чтобы мы могли наглядно представить эту ошеломляющую цифру, Питер Стоунер предлагает взять такое же количество долларовых монет и разложить их по территории Техаса. Они покроют весь штат слоем толщиной в шестьдесят сантиметров. Теперь берем один доллар из всей этой немыслимой кучи, как-нибудь помечаем его и, тщательно все перемешав, раскладываем по всему штату. Находится желающий, которому мы завязываем глаза и говорим, что если он хочет, то может объехать весь Техас и найти тот самый доллар, который мы пометили. Какова вероятность того, что он найдет его с первой попытки? В таком же положении оказались бы и пророки, если бы они писали, исходя только из своей человеческой мудрости. А ведь мы взяли лишь восемь пророчеств! Но если учесть все триста? Одним словом, мы можем быть вполне уверены: Иисус действительно был Тем, Кем Себя называл.

Стоп! Несмотря на всю Его безгрешную жизнь, несравненное учение, все совершенные Им чудеса, несмотря на все исполнившиеся пророчества, все это для нас сводится лишь к одному. Все наши вычисления рушатся или, напротив, сохраняют силу в зависимости от того, как мы ответим на следующий вопрос: была ли у Человека Иисуса власть над смертью? Вышел ли Он из гроба? Если нет, то в таком случае он — самый величайший обманщик, которого когда-либо видел мир. Если, называя себя Богом, он не смог победить смерть, то перед нами — бессердечный обман, и даже если мы приведем целую кучу свидетельств, касающихся других областей его жизни, они нисколько не придадут веса его утверждениям, но лишь усугубят эту чудовищную ложь!

Чего хорошего в Боге, Который, обещая всем даровать жизнь, не смог исполнить Своего обетования? Что толку в кресте, который может простить, но не может спасти? Какой смысл в благовестии, которое ограничено прошлым и не имеет никакого будущего? Иисус сказал: «Я есмь первый и последний и живый; и был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти» (Откр. 1:17, 18).

Правда ли все это? Верю, что да! Большинство из нас знает о воскресении только из Библии, однако лишь немногие потратили время на то, чтобы исследовать это повествование и выяснить, что же в нем говорится о воскресении Иисуса из Назарета. Кроме того, только немногие читали признания скептиков, сделанные помимо их воли. Остановимся на этом подробнее. Если бы вы занялись изучением данного вопроса, вы изумились бы обилию доказательств, которые вам открылись. Я не собираюсь приводить их прямо здесь, поскольку не знаю, с чего начать, однако о некоторых я прочитал совсем недавно и до сих пор удивлен тем, что обнаружил. Было немало скептиков, которые, вознамерившись опровергнуть воскресение, кончали тем, что становились преданными учениками живого Христа. Подобно величественному Гибралтару, который ни на пядь нельзя сдвинуть с места, пустой склеп неколебимо стоит в истории человечества, дабы все могли его видеть!

Однажды студент университета спросил Джоша Макдауэлла, который в свое время тоже был скептиком: «Профессор Макдауэлл, почему вы не можете отвергнуть христианство?» «По одной простой причине, — ответил тот. — Есть одно событие в истории, от которого я не могу отделаться поверхностными объяснениями, — воскресение Иисуса Христа».

Представим ту субботнюю ночь и попытаемся понять, как развивались события. Иисус мертв. Он положен в могилу, ко входу привален большой камень. Камень опечатан римской печатью, вокруг — римские стражники, которых ждет смерть, если они вдруг надумают уснуть. Где ученики Иисуса? Они попрятались. Их надежды разбиты. И вот неожиданно гроб оказывается пустым — в нем сидит ангел, который, глядя на пришедших поутру скорбящих женщин, говорит им: «Он воскрес. Его нет здесь!»

Какие чудные, какие величественные слова! Никто никогда не говорил ничего подобного. Его нет здесь! Он воскрес! В этих словах — единственная надежда всего человечества, ваша и моя, и слава Богу, что никогда ни один скептик не смог и не сможет их опровергнуть! Не смог, однако не потому, что не хотел или не пытался! Есть, конечно, упорствующие, даже если свидетельство слепит им глаза, как полуденное солнце!. У них свои теории насчет того, что произошло в то воскресное утро. Мне кажется, некоторые из них мы можем рассмотреть, поскольку они, по-видимому, только укрепят нашу веру. Однако прежде всего обратимся к той версии, которую иудейские вожди навязали римским стражникам, узнав, что Иисус исчез: «Когда же они шли, то некоторые из стражи, вошедши в город, объявили первосвященникам о всем бывшем. И сии, собравшись со старейшинами и сделавши совещание, довольно денег дали воинам и сказали: скажите, что ученики Его, пришедши ночью, украли Его, когда мы спали… Они, взявши деньги, поступили, как научены были» (Мф. 28:11-15).

Эта версия, конечно, не лишена противоречий. Если стражи спали, то как могли узнать, что произошло? Здесь больше растерянности священников, чем чего-либо другого. Нет, стражники не спали. Сон на посту карался смертью, и это строго соблюдалось. Но даже если один из них не смог совладать с дремотой, то разве могли заснуть сразу все?

И даже если заснули и, проснувшись, увидели, что ученики Иисуса пытаются пробраться в склеп (а иначе как бы они узнали об этом), разве не одолели бы эти сильные римские воины нескольких перепуганных безоружных учеников? Они просто взяли бы их под стражу вместе с Телом!

Скажем и о камне, который лежал у входа. Здесь есть нечто любопытное. Известно, что тем, кто переписывал Библию, было запрещено добавлять в текст что-нибудь свое или на чем-то заострять внимание. Однако они могли делать замечания на полях. И вот в одной из древних рукописей на полях напротив стиха, в котором говорится о камне, сделано такое примечание: «Камень, который были не в силах откатить двадцать человек». По-видимому, это написал тот, кто сам видел камень и был поражен его величиной и весом! Возможно ли, чтобы несколько учеников откатили его, не разбудив стражников?

Стража знала, что произошло. Она видела все, видела ангела, слетевшего на землю и легко, словно какой-то булыжник, откатившего этот валун, которому не помогла и римская печать. Видела Сына Божьего, вышедшего из гроба и возвестившего: «Я есмь воскресение и жизнь!» Воины были так взволнованы, так перепуганы, что не могли рассказать священникам ничего другого, кроме истины!

Иудейские вожди ни в чем не сомневались. Они даже не пошли ко гробу, дабы убедиться, что он пуст. Почему они не провели тщательного расследования и не искали Тело? Ведь если бы им это удалось, христианство умерло бы, даже не родившись!

Есть и такие «знатоки», которые считают, что рассказы о воскресении — это просто фальсификация, устроенная учениками Иисуса. Однако возможно ли, чтобы эти устрашенные, запуганные люди, спрятавшиеся в горнице от страха перед иудеями, люди, которые не верили в воскресение даже тогда, когда им рассказали об этом, не верили и думали, что после всего случившегося их вера в Иисуса — всего лишь ошибка, — разве могли они все это выдумать? Вряд ли!

Иные утверждают, что в то утро ослепшие от слез женщины в темноте пришли не к тому гробу и что мертвый Иисус лежал где-то поблизости. Однако если это и так, разве мог ошибиться ангел? Если пустой гроб действительно оказался не тем, то можно было просто заглянуть в соседний и там найти Тело. Обследовать несколько склепов на окраине Иерусалима было бы гораздо легче, чем в поисках свитков осматривать пещеры вокруг Мертвого моря.

Говорят, что на кресте Иисус не умер, что это был просто обморок, после которого Он пришел в себя. Неправда. Иисус был по-настоящему мертв. Удар копьем, а также истечение крови и воды не оставляют никакого сомнения. Врачи подтверждают, что именно крови и воды и следует ожидать в случае распятия, когда жертва умирает от разрыва сердца. От него Он и умер. От сокрушенного сердца!

Возможно ли, чтобы Человек, много часов проведший без пищи, подвергнутый пыткам и оскорблениям, Человек, Который был при смерти в Гефсиманском саду и не мог нести крест, возможно ли, чтобы Он пришел в себя в закрытой пещере? Разве мог Он откатить камень, для чего нужна просто сверхчеловеческая сила, — и сделать это, не потревожив стражников? И затем выйти из могилы на израненных ногах? Нет, невозможно. Всякое иное объяснение просто не выдерживает критики. Больше всего во всей этой истории поражает растерянное молчание врагов Христа, их совершенная неспособность по-своему объяснить случившееся. Молчание, которое оглушает!

Что сделал Бог? Зная, сколь важным будет факт воскресения, зная, что от него зависит судьба плана спасения и что в его истинности станут сомневаться. Бог устранил всякую возможность недостоверности. Он хотел, чтобы мы были уверены, — и все-таки одной убежденности недостаточно.

Недостаточно принять доказательство. Убежденность и безусловная преданность — разные вещи.

Пилат слышал, что Христос воскрес, это не давало ему покоя всю жизнь — но не спасло. Духовные вожди тоже знали, что это правда, но единственное, что их заботило, — держать под контролем всякое сообщение о воскресении Христа. Они знали, но это знание не преобразило их сердец!

Фома тоже слышал — слышал и не поверил. Лишь увидев пронзенные руки Спасителя, он стал думать по-другому и благоговейно склонил перед Ним колени!

Но небольшая кучка последователей, изучив все, что было известно, не только уверовала, но стала жить и действовать, исходя из этой веры. Воскресение наложило на их веру печать уверенности, и с нею они были готовы встретить смерть!

Эта уверенность станет и твоей, когда ты дочитаешь книгу до конца. Теперь самое лучшее время, чтобы всецело положиться на Господа Иисуса Христа и без остатка довериться Ему, нашему Спасителю. Ему можно доверять. И ты можешь быть в этом уверен.