Глава 6 ВЕРА — ФУНДАМЕНТ ПОДГОТОВКИ К ПРИЧАСТИЮ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 6

ВЕРА — ФУНДАМЕНТ ПОДГОТОВКИ К ПРИЧАСТИЮ

Однажды, беседуя с иудеями, Господь наш Иисус Христос сказал: «Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие» (Ин. 6, 55). Что означают слова Господа?

По учению Церкви, во время совершения литургии наитием Святого Духа хлеб и вино становятся Телом и Кровью Христовыми. Это — самый важный момент богослужения; хор в это время поет песнопение «Тебе поем…». После освящения Святых Даров вид хлеба и вина для человеческого глаза не изменяется. Однако их вещество становится совершенно иным по своей природе. Теперь под видом хлеба и вина на святом престоле находятся истинное Тело и истинная Кровь Господа Иисуса Христа.

Иеросхимонах Сампсон (1898–1979) как-то поведал своим духовным чадам о чудесном случае, происшедшем во время служения литургии в Александро-Невской Лавре. «Однажды я, — рассказал старец, — удостоился видеть в чаше Плоть и Кровь Христовы. Епископ Стефан служил в Успенской митрополичьей церкви. Я вынес чашу на амвон для причащения народа. Он прочел „Верую, Господи, и исповедую“, открыл покровец по прочтении молитвы и обомлел: в чаше Плоть человеческая и Кровь. Тогда он обращается ко мне: „Виждь, отче, что делать?“

Он повернулся через левое плечо, а я с чашей через правое, вошли в алтарь, поставили ее на престол и стали молиться, чтобы Господь сотворил милость. Владыка четверть часа молился с воздетыми руками.

Потом после его молитвы посмотрели в чашу — Плоть и Кровь Христовы опять сотворились в виде хлеба и вина. Тогда владыка вышел и причастил людей.

Свидетелями этого чуда были митрополит Гурий и отцы Лев и Варсонофий»[15].

Всё, что сотворил Бог, делится на материальное и нематериальное, воспринимаемое и не воспринимаемое человеческими чувствами. В таинствах Церкви Божией также присутствуют эти элементы: духовное, которое наши органы чувств не ощущают, и вещественное, которое подвластно чувственному восприятию.

Тем не менее мы не лишены возможности познавать духовную сторону творения Божия. Она постигается не нашими чувствами, а умом и сердцем. Это относится и к церковным священнодействиям. Однако нужно знать, что рассудок и душа становятся способными понимать и ощущать происходящее в таинствах только при наличии в сердце человека веры.

Особенно восприимчивой к благодатной стороне священнодействий человеческая душа становится в результате напряженного духовного труда. Так, подвижник Элладской Церкви старец Иероним Эгинский (1883–1966) достиг просветленного состояния духа, когда после рукоположения во священника сорок дней подряд служил Божественную литургию. Однажды во время совершения таинства он собственными глазами увидел, как вино и хлеб видимым образом преложились в Тело и Кровь Господа. После долгой и слезной молитвы подвижника Пречистые Тайны приняли свой обычный вид, и он смог причаститься. Чудо так сильно подействовало на Иеронима Эгинского, что он в тот же день отказался от совершения литургий. С этого времени старец только пел на клиросе и произносил проповеди.

Когда мы готовимся к причащению, для нас очень важно укрепить в себе веру в то, что нам предстоит принять в себя Тело и Кровь Самого Христа. Без такой непоколебимой уверенности причащаться просто не имеет смысла. Демоны же, зная об этом, всячески стремятся посеять семена сомнения в сердце человека.

Церковный историк Созомен рассказывает следующий случай. Когда святой Иоанн Златоуст во время литургии причащал верующих, к нему подошла некая женщина, последовательница еретика Македония. Как только она, не имея веры, приняла Божественное Причастие, мгновенно Тело Христово в ее устах превратилось в камень. Женщина ужаснулась от такого предивного чуда и рассказала о случившемся всему народу, показав и сам камень. Она раскаялась в своем заблуждении и от ереси обратилась к истинной вере.

Македоний, отрицавший Божество Святого Духа, был осужден Церковью в 381 году на II Вселенском Соборе. Однако, как известно из истории, новые лжеучения и после этого продолжали по временам волновать Церковь, порой улавливая в свои сети значительное число христиан. В этом нет ничего удивительного: ереси — одно из средств борьбы диавола с Церковью. Представления об Евхаристии у многих древних и современных еретических сообществ в корне отличаются от православного учения об этом таинстве. Различные еретики утверждают, что в хлебе и вине Евхаристии Христос присутствует символически, образно, преизбытком Своей благодати или пребывает в них невидимо, не изменяя их природы. Но Святая Церковь всегда исповедовала веру в то, что во время евхаристического священнодействия хлеб и вино действительно прелагаются, пресуществляются, преобразуются в истинные Тело и Кровь Господа. Такая вера — непререкаемый догмат Церкви. Всякий христианин, трактующий таинство Евхаристии иначе, перестает быть членом Православной Церкви.

Конечно, в человеческих умах всегда возникал вопрос: как обычные хлеб и вино становятся Святыми Дарами? На это преподобный Иоанн Дамаскин, выдающийся православный богослов, отвечал так: «Ибо как Бог всё, что ни сотворил, сотворил действием Святого Духа, так и ныне действием Святого Духа совершает то, что превышает естество и чего нельзя постигнуть, разве только одной верой. Дух Святой нисходит и совершает то, что превыше слова и разумения»[16]. Поэтому Евхаристия и именуется таинством.

Один из самых прославленных святых Православной Церкви, преподобный Арсений Великий, для назидания учеников как-то поведал им о неком подвижнике египетского Скита. Будучи человеком праведной жизни, этот монах, однако, по своему невежеству заблуждался относительно Святых Даров. Он говорил, что христианин во время причащения принимает не Тело Христово, но его образ в виде хлеба. Два скитских старца, услышав о его мнении, сильно обеспокоились о спасении своего собрата. Они знали его простоту и великие подвижнические труды, поэтому пришли к нему и начали убеждать:

— Не думай так, отец, но исповедуй по преданию Святой Соборной Апостольской Церкви. Мы веруем, что хлеб есть само Тело Христово, а в чаше — сама Кровь Христова, а отнюдь не образы. Хотя непостижимо, каким образом хлеб может быть Телом, но, так как Господь сказал о хлебе: «Сие есть Тело Мое», мы веруем, что хлеб есть истинное Тело Христово.

— Если я не буду удостоверен в этом опытом, то пребуду в сомнении, — стоял на своем старец.

— Давай будем молиться Богу в течение всей следующей недели, чтобы Он объяснил нам таинство, и мы веруем, что Бог нам поможет, — предложили скитяне.

Старец согласился, и все трое уединились в своих хижинах. Неделя прошла в усердных молитвах и духовных подвигах. Через семь дней старцы пришли в храм. Во время совершения литургии у них отверзлись духовные очи и все трое увидели вместо хлеба Младенца, а вместо иеромонаха, преломляющего хлеб, ангела, который заклал Младенца. Когда же они приступили к принятию Святых Тайн, сомневающемуся старцу было подано кровавое мясо. Увидев его, он испуганно закричал:

— Господи! Верую, что хлеб есть Тело Твое!

И тотчас кусок кровоточащего мяса стал по виду обычным хлебом. После причащения два старца-скитянина, поблагодарив Бога за чудо, сказали своему собрату, обретшему веру:

— Бог знает, что люди не могут употреблять сырое мясо, и поэтому Он прикрыл Свое Тело видом хлеба, а Кровь видом вина.

Святые отцы I Вселенского Собора, следуя точному смыслу Священного Писания, сообразуясь со Священным Преданием и подкрепляясь в своей вере общеизвестными чудесами, указали христианам, с каким душевным расположением необходимо приступать к Святому Причащению: «На божественной трапезе мы не должны просто видеть предложенный хлеб и чашу, но, возвышаясь умом, должны верою разуметь, что на священной трапезе лежит Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира (Ин. 1, 29), приносимый в жертву священниками, и, истинно приемля честное Тело и Кровь Его, должны веровать, что это знамения нашего воскресения»[17].

Что происходит, если человек приступает к святой чаше, не имея истинной веры? Если он делает это злонамеренно, на него обрушивается гнев Божий; если без злого умысла — Господь различными способами вразумляет его. Расскажем об одном из таких случаев.

В XIX веке Россию захлестнули волны так называемых либерализма и гуманизма, однако государственная власть в это время еще строго следила за тем, чтобы православные граждане империи хотя бы раз в год приступали к причастию. Причем элемент принуждения в этой заботе правительства о спасении своих подданных иногда граничил с кощунством.

Однажды в Великий пост воспитанников Пажеского корпуса стройными шеренгами вели в храме к святой чаше. Дмитрий Шепелев, юноша, просвещенный «передовыми» идеями того времени, поделился с шагавшим рядом с ним товарищем своим мнением о происходящем: хоть его и заставляют причащаться, он всё равно не верит в то, что в чаше — Тело и Кровь Христовы. С таким настроением Дмитрий и принял Святые Дары. Однако во рту вместо хлеба и вина он ощутил вкус мяса, и холодный скепсис его ума мгновенно улетучился под напором ледяного ужаса, охватившего неверующую душу. Онемев, Дмитрий застыл перед священником не в силах проглотить Частицу. Священник заметил, что с юношей произошло нечто необычное, и попросил его войти в алтарь. Здесь, придя немного в себя, с Частицей во рту Дмитрий покаялся в своем сомнении и только после этого смог проглотить преподанные ему Святые Дары.

После происшедшего с ним чуда Дмитрий Александрович Шепелев стал глубоко верующим человеком. Никакие модные атеистические веяния уже не могли поколебать его приобретенную личным опытом веру в Бога и Святые Тайны.

В подготовке к причащению укрепление веры имеет исключительную значимость. Принимая в уста Святые Дары, мы должны твердо веровать в то, что приемлем Пречистые Тело и Кровь Господа. Святые Дары остаются для наших чувств хлебом и вином только для того, чтобы не смущать нас видом и вкусом человеческой плоти. Господь может за каждой Евхаристией показывать людям истинный вид Святых Тайн, но Ему нужна не наша вера в Его чудеса, а наше доверие к Его словам: «Хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя» (Ин. 6, 51).

Господь во время Тайной вечери взял хлеб, благословил его, преломил и, раздавая ученикам, сказал: «Приимите, ядите; сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все; ибо сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26, 26–28). Когда мы готовимся к причащению, то должны погрузиться своим умом в созерцание того, что происходило на Тайной вечере. Нам необходимо запечатлеть в своем сознании слова Спасителя, сказанные Им Своим ученикам. Это нужно для того, чтобы укрепить свою веру. Ведь, участвуя в Евхаристии, мы сподобляемся принять те же Тело и Кровь Христовы, которые Он преподал тогда Своим апостолам. А чтобы получить божественную благодать, которую получили апостолы на Тайной вечере, мы должны иметь и такую же веру, какой обладали они. К сожалению, нашу слабую веру часто колеблют наветы лукавого. Более того, подчас среди верующих находятся люди, дерзающие приступать к Святым Дарам с весьма смутными представлениями о них и даже не пытающиеся позаботиться об укреплении своей веры. Слава Богу, вразумляющему и их, и нас Своими чудесами!

В древности существовал обычай: хлеб и вино, необходимые для совершения Евхаристии, в храм приносили сами миряне. Надо сказать, что тогда христиане старались не загружать своих духовных пастырей хозяйственными заботами приходов. Так вот, однажды знатная римлянка, придя на литургию, которую служил святитель Григорий Двоеслов, подала в алтарь просфоры для совершения таинства. В конце богослужения она вместе с другими христианами приступила к святой чаше. Однако, когда очередь дошла до нее, она усмехнулась, услышав сказанные святителем слова: «Преподается животворящее Тело Господа нашего Иисуса Христа». Святитель Григорий спросил:

— Чему же ты смеешься?

— Мне странно, владыка, — ответила женщина, — что хлеб, который я испекла из муки своими руками, ты называешь Телом Христовым.

Святитель Григорий, желая насадить в ее сердце веру в таинство, помолился Богу, и тотчас вид хлеба изменился, и все увидели окровавленную человеческую плоть. Присутствовавшие в храме христиане пришли в благоговейный трепет и прославили Господа, еще более укрепившего этим чудом их веру. К ним же присоединилась и виновница происшедшего, осознавшая свое заблуждение. После того, как по молитве святителя Григория Святые Дары приняли прежний вид, она с твердой верой причастилась Тела и Крови Христовых.

Для чего нужны чудеса? Господь творит их не для удовлетворения человеческого любопытства. Он совершает чудеса для того, чтобы пробудить или укрепить в человеке веру, помочь ему в трудных житейских обстоятельствах и решить волнующие его духовные проблемы. Блажен человек, который, увидев чудо, поверил Христу и Его Церкви, но блаженнее тот, кто верит и без чудес.

Христу нужна наша вера, но вера осознанная и основанная на истинных догматах Церкви. Поэтому, готовясь к причащению, мы должны знать церковное учение о таинстве Евхаристии. Церковь заповедует нам твердо верить, что в этом великом таинстве хлеб и вино становятся Телом и Кровью Христа. Господь присутствует в Святых Дарах не только Телом и Кровью, но и всем Своим Божеством, Которое нераздельно соединено с Его человеческой природой. Поэтому, когда мы причащаемся, как пишет преподобный Ефрем Сирин, «Тело Господа новым [таинственным] способом соединяется с нашими телами и чистейшая Кровь Его вливается в наши жилы: весь Он вселяется во всех нас, по благости Своей»[18]. А святой Иоанн Дамаскин объясняет: «Сие таинство называется Причащением, потому что чрез оное мы делаемся причастниками Божества Иисусова»[19].

Перед причащением священник разделяет Агнец — хлеб, ставший Телом Господним, — на части. У непосвященного человека может создаться впечатление, что разделяют Самого Христа. Конечно, это не так: Христос всегда един и неразделим. Церковь учит нас, что в каждой частице Святых Даров находится не часть Тела и Крови Господа, но всецело присутствует Сам Христос, совершенный Бог и совершенный Человек.

Таинство Евхаристии совершается постоянно в разных частях света. Во всех храмах хлеб и вино прелагаются в Христовы Тайны. Это отнюдь не значит, что появляются новые Тела Господа. На всех престолах во время совершения всех литургий присутствуют одно Тело и одна Кровь Иисуса Христа. По этому поводу восточные Патриархи в «Послании о православной вере» пишут так: «И это не потому, что Тело Господа, находящееся на небесах, нисходит на жертвенники, но потому, что хлеб предложения, приготовляемый порознь во всех церквах и, по освящении, претворяемый и пресуществляемый, делается одно и то же с Телом, сущим на небесах. Ибо всегда у Господа одно Тело, а не многие во многих местах: посему-то таинство сие, по общему мнению, есть самое чудесное, постигаемое одною верою, а не умствованиями человеческой мудрости»[20].

Происходят ли какие-либо изменения со Святыми Дарами после их пресуществления? Нет. После того, как хлеб и вино пресуществились в Тело и Кровь Христовы, они остаются таковыми навсегда. То есть до причащения, во время причащения и после причащения никаких изменений со Святыми Дарами не происходит. Они являются истинными Телом и Кровью Христа, даже если ими никто не причастился. В прежние хлеб и вино они не прелагаются никогда. Поэтому после каждой литургии священнослужители потребляют, то есть вкушают, оставшиеся в чаше Святые Дары, не оставляя ни малейшей частицы.

Свидетельством того, что Святые Дары никогда не прелагаются в прежние хлеб и вино служит Ланчанское чудо. Шел VIII век. В итальянском городе Ланчано в храме Сан-Легонций совершалось таинство Евхаристии. Одного из священников, служившего в тот день литургию, вдруг охватило сомнение, на самом ли деле хлеб и вино превращаются в Тело и Кровь Христовы? Не являются ли они лишь символами, напоминающими о Тайной вечере? Терзаемый сомнениями священник произнес слова Евхаристического канона, и, несмотря на его маловерие, пресуществление произошло. Когда он преломил Евхаристический Хлеб, из его груди вырвался крик изумления. Под пальцами священника преломляемый Хлеб вдруг превратился во что-то другое — он не сразу понял, во что именно. Через несколько мгновений ошеломленный священник осознал, что его руки держат тонкий срез мышечной ткани человеческой Плоти. Взглянув в чашу, он увидел там… Кровь. Собратья священника, привлеченные его криком, окружили престол и с изумлением взирали на Плоть и Кровь Спасителя. Потрясенный чудом, священник исповедал перед ними свои сомнения, а по окончании литургии молча упал на колени и погрузился в долгую молитву. Весть о чуде быстро облетела близлежащие города, и в Ланчано потянулись вереницы паломников.

С тех пор в городе Ланчано почти тринадцать веков хранятся Кровь и Плоть Христовы, материализовавшиеся во время Евхаристии в церкви Сан-Легонций (ныне Сан-Франческо).

После отпадения католической Церкви от Православия Святые Дары стали объектом внимания ученых. Для сознания православного христианина кажется странным, зачем с помощью методов светской науки проводить исследования над великой святыней. Рационализм же западного человека посчитал такие методы допустимыми. С 1574 года над Святыми Дарами велись различные опыты и наблюдения, а с начала 70-х годов двадцатого столетия они стали проводиться на экспериментальном уровне.

Крупный специалист в области анатомии, патологической гистологии и клинической микроскопии профессор медицинского факультета Сиенского университета Одоардо Линоли проводил со своими коллегами исследования в 1970 и 1971 годах и пришел к следующим выводам. Святые Дары, хранящиеся в Ланчано с VIII века, представляют собой подлинные человеческие плоть и кровь. Плоть является фрагментом мышечной ткани сердца, содержащим в сечении миокард, эндокард и блуждающий нерв. Значительная толщина миокарда позволяет сделать вывод, что, возможно, фрагмент Плоти принадлежит левому желудочку сердца. И Плоть, и Кровь относятся к одной группе крови: АБ. К ней же относится и Кровь, обнаруженная на Туринской Плащанице. Кровь содержит протеины, и минералы в нормальных для человеческой крови процентных соотношениях. Ученые особо подчеркнули: более всего удивительно то, что Плоть и Кровь двенадцать веков сохраняются под воздействием физических, атмосферных и биологических факторов без искусственной защиты и применения специальных консервантов.

Руджеро Бертелли, профессор анатомии Сиенского университета, проводил исследования параллельно с Одоардо Линоли и получил такие же результаты. В ходе повторных экспериментов, проводившихся в 1981 году с применением более совершенной аппаратуры и с учетом новых достижений науки в области анатомии и патологии, эти результаты вновь были подтверждены.

По свидетельствам современников Ланчанского чуда, материализовавшаяся Кровь позже свернулась в пять шариков разной формы, затем затвердевших. Интересно, что каждый из этих шариков, взятый отдельно, весит столько же, сколько все пять вместе. Это противоречит элементарным законам физики, но это факт, объяснить который ученые не могут до сих пор. Помещенная в древнюю чашу из цельного куска горного хрусталя чудесная Кровь уже тринадцать веков предстает взорам паломников и путешественников, посещающих Ланчано. Кроме того, Кровь, будучи приведена в жидкое состояние, остается пригодной для переливания, так как обладает всеми свойствами свежей крови[21].

Какое еще необходимо чудо, чтобы убедить маловеров?

Во Христе нераздельно и неслитно соединены два естества: Божественное и человеческое. Обоим естествам Богочеловека подобает единое Божественное поклонение. Поэтому нам, приступающим к принятию Христовых Тайн, необходимо воздавать им славу и честь, которые подобают Единому Богу. По этому поводу преподобный Иоанн Дамаскин разъясняет: «Не отвергаем поклонение плоти, ибо ей воздается поклонение в единой Ипостаси Слова, которое соделалось Ипостасию для плоти; но не служим твари, ибо поклоняемся плоти не как простой плоти, но как плоти, соединенной с Божеством, потому что два естества соединились в одно Лице и одну Ипостась Бога Слова»[22].

Надо помнить, что, рассуждая о Пречистых Тайнах, нам необходимо придерживаться простоты и не выходить за пределы церковного учения. Как-то раз преподобного Алексия Зосимовского (1844–1928) одна из его духовных чад спросила:

— Не грешно ли думать, что когда приобщаешься Святых Тайн, то теснейшим образом соединяешься и с Божией Матерью?

— Твоя мысль не еретическая, — ответил преподобный, — но лучше совсем не думать о таких вопросах, иначе додумаешься до ненужного и можно даже дойти до сумасшествия. Достаточно думать только о Спасителе и сознательно приобщаться Тела и Крови Христа.

Итак, подведем итоги.

* * *

Готовясь к причащению, мы должны укреплять в своей душе веру. Для этого нам необходимо иметь ясные представления о таинстве Святого Причащения. Конкретно — надо четко знать основные положения учения Церкви, касающиеся нашего приобщения Христовым Тайнам. Вкратце они следующие:

— во время совершения литургии наитием Святого Духа хлеб и вино становятся Телом и Кровью Христовыми;

— после освящения Святых Даров вид хлеба и вина для человеческого глаза не изменяется. Однако их вещество становится совершенно иным по своей природе. Теперь под видом хлеба и вина на престоле находятся истинное Тело и истинная Кровь Господа Иисуса Христа;

— Христос присутствует в Святых Дарах не только Телом и Кровью, но и всем Своим Божеством, Которое нераздельно соединено с Его человеческой природой. Поэтому, как писал святой Иоанн Дамаскин, через таинство Святого Причащения «мы делаемся причастниками Божества Иисусова». Чтобы соединиться со Христом, нам необходимо иметь в своем сердце православную, непоколебимую, осмысленную веру.

2. Таинство Святого Причащения имеет две стороны: духовную, которую наши органы чувств не ощущают, и вещественную, которая подвластна чувственному восприятию. Мы не лишены возможности познавать духовную сторону этого великого таинства. Она постигается не нашими чувствами, а умом и сердцем. Однако нужно помнить, что рассудок и душа становятся способными понимать и ощущать происходящее в таинстве Святого Причащения только при наличии в сердце человека веры.

3. Укрепив в своем сердце веру, во время совершения таинства Евхаристии мы должны своим умом возвыситься над материальным и духовно созерцать Агнца Божия, приносимого в жертву за грехи человечества.

4. Погружаясь в богомыслие о Пречистых Тайнах, нам необходимо придерживаться простоты и не выходить за пределы церковного учения.