Преподобный Пафнутий Боровский (+ 1477)

Преподобный Пафнутий Боровский (+ 1477)

Память его празднуется 1 мая в день преставления и 16 июля вместе с Собором Российских чудотворцев, прославленных свт. Макарием в 1541 и 1549 гг.

Прп. Пафнутий родился в 4 верстах от города Боровска, в родовом своем селе Кудинове. Дед его был крестившийся татарский баскак Мартин, а родителей его звали Иоанн и Фотиния. Двадцати лет он постригся и стал духовным сыном старца Никиты, постриженника прп. Сергия Радонежского, который был потом игуменом Высоцкого монастыря (см. житие прп. Афанасия — 12 сент.) и основал в Костроме Богоявленский монастырь, где умер и был погребен. Пробыв 13 лет игуменом своего монастыря, прп. Пафнутий удалился на безмолвие в лес за 3 версты от города, где и возник новый Пафнутиев Боровский монастырь. Братии он был живым образом подвижнической трудолюбивой жизни: он работал в саду, рубил дрова, зимой плел сети. По понедельникам и пятницам он не принимал пищи, в среду питался хлебом, а в остальные дни разделял с братией трапезу, но ел очень мало. Перед причащением Святых Тайн он пребывал целую неделю в полном безмолвии и воздержании. 

Первой добродетелью он считал милосердие и нищелюбие — во время голода он ежедневно кормил более 1000 человек, раздал все монастырские запасы. Поучая братию краткими притчами, он рассказывал, что умер один нищелюбец и никак не мог перейти огненную реку в рай. Но явились нищие, легли мостом, и он перешел в рай. При этом он объяснял, что души переносятся в рай ангелами, но Господь открыл таким образом судьбу этой души к нашему вразумлению: «Одна милостыня может спасти человека, если живет он законно». Князья и бояре искали его руководства, несли ему дары; но ласковый и снисходительный со смиренными, он был суров к сильным мира сего и говорил им в глаза жестокую правду. Незадолго до смерти он сказал: «Шестьдесят лет я общался с князьями и боярами и нашел, что это одно испытание для души, а пользы никакой!» Дмитровский князь Георгий Васильевич признавался, что, когда он шел к нему на исповедь, у него колени подгибались от страха. Зато с духовными чадами своими он не прекращал общения и по смерти их. Тот же князь Георгий явился ему по смерти и сказал: «Твоими святыми молитвами Бог дал мне добро. Особенно же потому, что когда я шел на безбожных под Алексин, покаялся тебе во всех грехах!» 

Обидчиков своих преподобный прощал и молился за них. Был такой случай: боровский князь Василий Ярославич (внук Владимира Андреевича Храброго; см. житие прп. Сергия Радонежского — 25 сент.) питал к нему вражду и подослал татарина поджечь обитель. Но преподобный принял его так ласково, что варвар покаялся во всем и ушел. После этого князь этот попал в плен к татарам, но ему удалось бежать. Когда же он узнал, что преподобный во время его бедствия молился за него, князь пришел к нему с покаянием и после всегда почитал его. Пришел к иноку Иосифу земляк, которого старец совсем не знал, и сказал, что хочет быть монахом. Но старец сказал: «Напитавши этого человека, отпусти его, потому что он недобрый!» Оказалось потом, что тот в молодости убил монаха. Пришел в обитель неизвестный инок Старец сказал: «Видите ли, что и ради иноческого чина не очистился от крови!» Это был боярин Иоанн Котов, отравивший князя своего Димитрия Шемяку в 1453 г. Господь даровал прп. Пафнутию редкий дар рассуждения и управления душами и Сам неисповедимыми путями Своими открывал ему глубины сердечные учеников его. 

Однажды он увидел во сне, что сажает вырванное с корнем дерево и ухаживает за ним. В это самое время один брат впал в грех. Не обличая его прямо, старец привел его к покаянию тем, что виноватый сам сознался во всем, и старец долго после этого заботился о нем. В другой раз преподобный увидел во сне, что эфиоп бросает горящие головни в кельи двух братьев и похваляется, что он сожжет весь монастырь. Проснувшись, старец послал за братьями, расспросил их, и они сознались, что хотели бежать, показали собранные вещи и принесли покаяние. Один брат, все и всех осуждавший в обители, сам видел во сне, что в церковь входит преподобный, указывает на него и говорит: «Это хульник, выгоните его вон!» И эфиопы потащили его из церкви. Проснувшись, он пошел к старцу каяться. Заболел инок Константин. Утром, когда инок Иосиф, ухаживавший за больными, подошел с молитвой к келье настоятеля, тот сказал ему в окно: «Некто сотворил молитву и сказал: „Старец Константин отошел ко Господу". Я же, проснувшись, открыл оконце и никого, кроме тебя, не увидел!» Иосиф же возразил-. «Я только что от Константина, он еще жив!» Старец послал его опять к Константину, и Иосиф нашел его только что скончавшимся. Учеников своих преподобный учил безропотному терпению и упованию на Единого Бога. Среди них были иноки высокой духовной жизни, например: Иосиф, будущий игумен Волоколамский (память его 9 сент.); его брат Вассиан, составитель жития преподобного; Пафнутий, будущий архиепископ Ростовский, — его, еще новоначального инока, старец назвал однажды симоновским архимандритом. Это предсказание в свое время сбылось. Были еще и Евфимий, прозорливец, Иннокентий, оставивший описание последних дней и кончины прп. Пафнутия, и другие. Имел прп. Пафнутий и дар чудотворения: у одного инока болел глаз, старец благословил ему прочесть 1000 Иисусовых молитв. Он прочел 500, исцелился и пошел благодарить преподобного, но тот не дал ему вымолвить ни слова и приказал сначала идти окончить данное ему правило. 

Прп. Пафнутий соорудил в обители церковь и украсил ее «чудно вельми» — говорит его биограф. Иконописцам-мирянам он дал заповедь не вкушать в обители мяса. Раз они забыли и принесли пирог с мясной начинкой. В нем оказались черви, и его выбросили, но иконописец Дионисий успел отведать мяса и заболел чесоткой. Преподобный отслужил молебен с водосвятием, велел ему омыться святой водой, и Дионисий исцелился. Один юноша убил из лука в монастырском лесу, где охота запрещалась, ворона. И сейчас же голова его повернулась и так и застыла. Он пошел к преподобному с покаянием. Старец отслужил молебен и осенил его крестом со словами: «Силою Честного и Животворящего Креста обратись наперед», и юноша исцелился. Раз воры увели монастырских волов, но всю ночь невидимая сила удерживала их около монастыря. Утром их нашли рабочие и привели к преподобному. Он велел их накормить и отпустить, заповедовав больше не красть. Боярыне Габуриной было видение: невысокий, сгорбленный старец с большой белой бородой отгонял от нее демонов, и голос сказал ей: «Пафнутий, который в Боровске, отгоняет от тебя демонов!» Боярыне удалось в приоткрытые монастырские ворота увидеть своего заступника, когда он шел с братией в трапезную, и она послала в монастырь богатую милостыню. 

Как схимник прп. Пафнутий никогда не литургисал, но в последний год его жизни на Пасху нигде не могли найти священника — и он сам совершил Божественную литургию. После нее он сказал: «Ныне душа моя еле осталась во мне». Наступали последние дни его жизни. В четверг 3-й недели по Пасхе, 24 апреля, он вышел после утрени с учеником своим Иннокентием на пруд, выкопанный им самим, и стал объяснять ему, как остановить воду, которая прорвала запруду. Потом они пошли к литургии, и Иннокентий попросил его прийти на работы после обеда, но старец сказал: «У меня есть другие нужды, сущий союз разрешится хочет!» Ученик смутился и не знал, что сказать. Старец же прибавил: «В такой же четверг я освобожусь от своей немощи!» В пятницу и субботу он пищи не принимал, был у Божественной литургии, исповедался и в воскресенье причастился Святых Тайн. Он сильно ослабел и в церкви стоял опершись на жезл. В пятницу после панихиды он сказал: «Эта панихида мне нужна, больше я ее не услышу». В субботу сказал: «Отселе я уже не услышу всенощного бдения». Во вторник, готовясь причаститься Святых Тайн, он весь день пел каноны и стихиры и всю ночь провел стоя на молитве, лишь изредка присаживаясь. В среду, в праздник Преполовения, преподобный причастился Святых Тайн. Мирян, князей и бояр он не хотел принимать и ничего больше не ел, выпил только немного воды с медом (сыты). Говорил, что не мирской властью и богатством, но изволением Божиим и Его Пречистой Матери основалась его обитель и что Ей Одной он ее оставляет. Братию наставлял жить в смирении и содевая свое спасение в страхе и смирении, не возносясь над немощными, и кончил словами: «Ей, чада, спешите делать добро!» Он был уже в полном изнеможении. Наступил четверг 1 мая, старец сказал: «Вот пришел день». Потом продолжал: «Этот день, четверг, о котором я вам говорил раньше!» Братия еще не понимала. 

Он хотел идти к литургии, но, узнав, что на пути ждут его миряне, остался в келье. Пришли ученики и молча окружили его одр. Он сказал: «Пришел день, и он умрет!» — «О ком говоришь, отче, что умрет?» — спросил Иннокентий. «О том, о ком вы говорите: „Он болеет", тот, покаявшись, хочет умереть!» — ответил старец. Настал час трапезы. Братия ушли. Старец велел никого более не впускать. «Утомился, — сказал он, — и хочу отдохнуть до вечернего правила: вечером придут ко мне все братия». Иннокентий понял, что настали последние часы старца. Старец погрузился в молитву. Иннокентий, который все время ему прислуживал, велел келейнику не отходить от него, а сам вышел отдохнуть и задремал: ему нездоровилось. Вдруг он услышал в келье пение многих голосов. Он поспешно вошел и спросил: «Кто был здесь?» — «Никто, — ответил келейник, — после твоего ухода он начал петь „Блаженны непорочны", припевая заупокойные стихи. Потом „Святых лик" и прочее». — «Отходит старец ко Господу!» — сказал Иннокентий. Ученики припали к ногам старца, лобызая их, потом на грудь, прося его благословения. Старец не обращал на них внимания. Он молился так: «Молюсь Тебе, Владыко мой, Иисусе Христе! Милостив буди душе моей, да не удержана она будет лукавыми, но да встретят ее ангелы Твои, проводящие сквозь хитрости мрачных мытарств и направляющие ее к свету милосердия Твоего. Знаю я, Владыко, что без заступления Твоего никто не может избыть козней лукавых духов!» 

Речь его стала невнятна, он начал поворачиваться направо и что-то шептал. Ученики поняли, что он видит что-то необыкновенное. В 7 часов вечера, во время вечерни, он вздохнул три раза и тихо скончался, 88 лет от роду, из коих 63 провел в монастыре (в монашестве). 

Погребли его на другой день в 5 часов утра. Отпевал его верный его ученик Иннокентий, который от слез не мог произносить слова погребения. «И никто из мирских людей не был в то время, не прикоснулся ко гробу его, не видел, как полагали его во гроб», — повествует Иннокентий. Но когда на другой день в городе разнеслась весть о кончине преподобного, все пришло в движение, и все пошли в обитель поклониться могиле его. Общецерковное празднование прп. Пафнутию установлено в 1549 г.

• Прп. Пафнутий, во святом Крещении Парфений, уроженец Калужской земли (до вхождения в состав Московского княжества в XIV в. принадлежавшей рязанским князьям). Боровск существует с XIII в., расположен на р. Протее, притоке Оки; ныне центр Боровского р-на Калужской обл. (Калужская епархия). Постриг с наречением ему имени Пафнутий преподобный принял в Покровском Высоком монастыре (основан в 1410 г.) близ Боровска, настоятелем которого впоследствии он был в течение 13 лет, возведен в сан игумена митрополитом Фотием (память его 2 июля). После болезни и принятия схимы ок. 1440 г. оставил игуменство в этом монастыре и основал обитель, прославившуюся как Пафнутиев Боровский монастырь (в той же местности).