IV. Мечтательность

IV. Мечтательность

Этот род прелести есть следствие неуместной деятельности воображения во время молитвы. Когда мы молимся, то ум должен у нас молчать, а сердце говорить. Никаких образов не должно быть, как равно, впрочем, и сердце должно содержать себя в благочестии, то есть должно быть сокрушенно и смиренно (Пс. 50, 19). Один из величайших делателей сокровенной молитвы, достигший истинного созерцания божественных вещей, преп. Симеон Новый -308-

Богослов, так описывает мечтательное молитвенное делание прелестников этого типа:

«Отличительные свойства [сего] образа [молитвы] таковы: когда кто, стоя на молитве и воздевая на небо руки свои, и очи свои, и ум свой, держит в уме божественные помышления, воображает блага небесные, чины ангелов и обители святых, и кратко, все, слышанное в Божественных Писаниях, собирает в ум свой и рассуждает о том тогда во время молитвы, зря на небо, и подвигает тем душу свою к вожделению и любви Божией, а иной раз извлекает даже слезы и плачет.

...При этом образе (молитвы, если кто на нем одном останавливается, бывает, что мало-помалу молящийся так) начинает кичиться в своем сердце, сам того не понимая. Ему кажется, что делаемое им есть от благодати Божией в утешение ему, и он молит Бога сподобить его всегда пребывать в таком делании. А это есть... знак прелести...

Такой человек, если убезмолвится крайним безмолвием (то есть сделается затворником), то ему едва ли можно не сойти с ума... Но если и случится, что не сойдет он с ума, все же невозможно ему будет стяжать добродетели или бесстрастие. Стоя на этом пути, прельщаются и те, которые видят свет телесными своими очами, обоняют благовония своим обонянием, слышат голоса своими ушами и подобное. Некоторые из таких взбесновались и в безумии ходят с места на место. Другие прельстились, приняв диавола, преобразившегося и явившегося им в виде Ангела света, а они того не распознали и остались неисправимыми до конца, не желая слышать совета ни от какого брата. Иные из таких сами себя лишили жизни, быв подвигнуты на то диаволом; иные бросились в пропасть; иные удавились. И кто может пересказать разные прелести, какими прельщает их диавол, когда они неисчислимы?..

...Если же и случится кому из употребляющих сей образ (мечтательной молитвы. — Еп. Варнава) не пострадать ни от какого из тех зол, о коих мы сказали, по причине сожительства с братиями [потому что им подвергаются особенно те, которые живут уединенно], то все же он всю свою жизнь проведет,

24

не преуспев в духовной жизни» .

Примером этого прелестного делания являются:

-309-

Католическая мистика

Выше уже были указаны случаи ненормального духовного устроения католических святых25. Здесь я еще укажу на некоторые черты из жизни одного из самых знаменитых подвижников Запада, именно — Франциска Ассизского. В нем соединились вместе указанные крайности: необузданное тщеславие и самомнение, с одной стороны, и чудовищная мечтательность и воспаленное воображение — с другой. (Стоит оговорить здесь, что в действительности часто совмещаются оба вида прелести и разделяют их в аскетике так для удобства описания и для более легкого наблюдения за самим собой.)

Итак, Франциск Ассизский начал свой подвиг со следующих гордых слов26: «Знаете ли, что будет день, когда весь мир преклонится передо мною?» Чем дальше, тем эти страсти (тщеславие и гордость) росли в нем все больше. Через пять приблизительно лет после вступления на стезю, которая должна была привести к его прославлению, 14 сентября 1224 года, на рассвете, находясь около своей кельи, Франциск так уже молится ко Христу: «...я прошу Тебя только о двух милостях... Первая — это, чтобы я... мог душою и телом пережить все те страдания, которые Ты испытал... И вторая милость... чтобы... я мог почувствовать всем существом моим ту неограниченную любовь, которою горел Ты, Сын Божий...» Если просьба вторгается в мир сказок, то было бы странно, если бы она не исполнилась. Ибо, как в сказках, так и в прелестном состоянии, все желания человека исполняются, ибо там и здесь заправилы одни — бесы,

тх 27

всегда охочие угодить страстям и мечтаниям человеческим. И мы видели уже , что Франциск получил, как ему казалось, то, о чем он молился...

Что касается деятельности его воображения, то в этом отношении Франциск превзошел всех своих предшественников: он мог свободно силою воображения, сосредоточенного на крестных страданиях Спасителя, разгонять свою кровь по соответствующим направлениям, то есть к местам язв Господних на руках, ногах и правой стороне груди; так что кровь наконец пробивалась наружу и образовывала шрамы, получившие названия «стигматов».

Представление в уме событий из жизни Христа привело к тому, что Франциск даже стал внешним образом копироватъ28 их. Что, конечно, есть дело гордостное. Наконец, он -310-

скончался со словами: «Я исполнил то, что должен был исполнить... Я

29

возвращаюсь к Богу; да умилосердится Он над вами» . А сам как будто бы уже не нуждался в милосердии?..

Индийская мистика

Хотя она не христианская, и даже настроена враждебно по отношению к христианству, но я позволю себе сказать несколько слов по поводу ее учения о способах развития в человеке внутренней силы, потому что всеми подобными учениями, родственными между собою, слишком сейчас увлекаются, а люди времен антихристовых, к которым нам нужно готовиться, едва ли не будут воспитаны целиком на этой мистике оккультистов, представляющей полную противоположность христианской.

30

У индийских йогов (особенно этому учит Раджа-Иога) все дело заключается в развитии воображения и фантазии. «Воображение — это та способность, которая больше всего имеет значения в индийской мистике», — говорит писатель, взявшийся в свое время распространять оккультные идеи в русском обществе31. Столь выдающаяся роль воображения с практической стороны объясняется очень просто. При отсутствии идеи Личного, Живого, Любящего Бога, что же остается делать человеку, когда на него надвигаются события, которые он не в силах предотвратить? Верующий христианин поплачет, помолится, и Бог совершит для него, если нужно будет, и чудо. А так как йоги, при всей их близости к демонам (о которой имеющим низшую степень посвящения не сообщается), не в силах изменить определения Божий, зависящие от покаяния человека и наличия у него правой веры, то они измыслили свое «спасение», — именно, — защищаются от несчастий, во-первых, верой в фатализм («что будет, то будет, ничего не поделаешь, нечего заранее посему и волноваться») и, во-вторых, воспитанием своего духа таким образом, чтобы при возможных ударах судьбы (эпидемии, войне, личном несчастье, приближении смерти) не растеряться и постараться замкнуться в своем внутреннем мире, наглухо отгородясь от внешнего. Этот мир фантазии дает йогу, благодаря долгому самовоспитанию, иллюзию внутреннего спокойствия32. Понятно, что на высших степенях посвящения, когда йоги входят в непосредственные отношения с демонами и «активная» или «пассивная» кон-311-

центрация33 переходит в состояние погружения в нирвану, прелесть сообщает человеку полную нечувствительность к миру. И они этим довольны, говоря о сем, как о чем-то великом.

V. Врачевства против прелести

«Никак не прими, — говорит преп. Григорий Синаит, — если увидишь что-либо чувственными очами или умом, вне или внутри тебя, будет ли то образ Христа, или ангела, или какого святого, или если представится тебе свет... Будь внимателен и осторожен! Не позволь себе довериться чему-либо, не вырази сочувствия и согласия, не вверься поспешно явлению, хотя бы оно было истинное и благое. Пребывай холодным к нему и чуждым, постоянно сохраняя ум свой безвидным, не составляющим из себя никакого воображения и не запечатленным никаким изображением. Видевший что-либо в мысли или чувственно, хотя бы то было и от Бога, и принимающий поспешно удобно впадает в прелесть, по крайней мере, обнаруживает свою наклонность и способность к прелести, как принимающий явления скоро и легкомысленно. Новоначальный должен обращать все внимание на одно сердечное действие, одно это действие признавать не прелестным, — прочего же не принимать до времени вступления в бесстрастие. Бог не прогневается на того, кто, опасаясь прелести, с крайней осмотрительностью наблюдает за собою, если он и не примет чего посланного от Бога, не рассмотрев посланное со всей тщательностью; напротив того, Бог похваляет такого за его благоразумие»34.

Итак, действия сердца: чувство покаяния, слезы, сокрушение о своих грехах, самоукорение, память смертная, страх Божий, смирение — вот верная стезя к получению спасения и истинной молитвы и, если то будет угодно Господу, дара видений. Сознание собственных грехов и почитание себя ниже всякой твари и самих бесов35 пусть, как заноза, врастет в наше сердце. Только тогда мы можем надеяться, что прелесть и демоны нас не погубят, а благодать Божия нас восприимет. Иначе конец наш — погибель вечная, и очень легко может быть, что наступит она еще здесь.

-312-

§ 2. Непосредственное общение с духами тьмы и прямое служение сатане.

Есть множество наивных людей на свете,которые думают, что магия, колдовство и тому подобные вещи существуют только в тьмы сказках.

В свое время я собрал1 много книг по бе лой и черной магии и по всем отраслям сатанизма и, ознакомившись с ними2, хотел выступить с обличением тех планов, которые сатана проводит в мир тайно и явно через своих поклонников и намерен проводить и дальше, вплоть до времен антихриста и своего низвержения с ним вместе в езеро огненно и жупелно, где будут мучимы день и ночь, во веки веков (Откр. 20, 10). Я, говорю, хотел это сделать, но удержал от писания мою руку тот, кто знал лучше меня и других обо всех этих вещах (2 Фес. 2, 7) и однако не предал сего письменам.

Да христианин должен и сам ясно видеть и понимать, что если существуют бесы, то должны существовать и маги — их поклонники и служители, — и магия, то есть догма и культ бесовские. А «неверного ничем не уверишь», как сказал некогда по этому же поводу одному интеллигенту преп. Серафим Саровский . Посему я ограничусь здесь только сообщением некоторых соборных правил Православной Церкви, запрещающих занятия магией.

Соборные правила никак не обнимают всех видов волхвования; отсюда вытекает необходимость в дополнительных постановлениях, выражающих отношение Церкви к наиболее важным течениям сатанинской мистики, распространяющейся в обществе (что требует скорейшего рассмотрения, и притом не только со стороны частных лиц, а со стороны самой Церкви или хотя бы ее правящих органов). Но приведу немного из тех постановлений, что

4

имеются .

По правилам церковным:

• Покаявшийся в волшебстве подлежит епитимий, положенной для убийцы5, то есть отлучению от Св. Тайн на двадцать лет и более.

• Обаятели6, изготовители предохранительных талисма-

-313

7

нов, колдуны, гадатели подлежат шестилетней епитимии .

• Закосневшие в этих «языческих вымыслах» совершенно извергаются из Церкви8.

• Ходящие к чародеям (и к гадалкам) или приводящие их к себе на дом, или впускающие к себе в квартиру для гадания и волхвования подвергаются

~9 - -10

пятилетней или шестилетней епитимий .

• Приходящие, «презрев исповедание, им вверенное», к колдунам и прорицателям или к обещающим чрез демонов избавить от какого-либо вреда подвергаются осуждению с отступниками от веры, то есть отлучаются на восемь-двенадцать лет и даже на всю жизнь от Св. Тайн, смотря по тяжести обстоятельств, которые вынудили их решиться на такое дело11.

Столь же предосудительны занятия спиритизмом, гипнотизмом, теософией и прочим12.

По всем этим вопросам можно было бы написать громадныи том, но пусть это сделают другие, разумеется, взяв благословение у тех, кому вверены ключи Царства Небесного.

-314-