Мишна седьмая

Мишна седьмая

КРОВЬ ХОДЯЩИХ НА ДВУХ ногах ПОДОБНА КРОВИ ЖИВОТНЫХ, ДЕЛАЯ ЗЕРНО СПОСОБНЫМ воспринять ритуальную нечистоту, А ЗА КРОВЬ ШЕРЕЦА НАКАЗАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖАТ.

Объяснение мишны седьмой

КРОВЬ ХОДЯЩИХ НА ДВУХ ногах — то есть кровь человека — ПОДОБНА КРОВИ ЖИВОТНЫХ — у которой есть статус одной из "семи жидкостей" (см. ниже), ДЕЛАЯ ЗЕРНО — а также другие виды пищи — СПОСОБНЫМ воспринять ритуальную нечистоту.

По закону Торы, семь видов жидкостей, смочив съестные продукты, делают их восприимчивыми к ритуальной нечистоте: вино, пчелиный мед, оливковое масло, молоко, роса, кровь и вода. Основание для этого есть в тексте Торы — в частности, о крови скотины, птиц и зверей сказано (Дварим 12:24): "На землю выливай ее, как воду". Отсюда следует, что статус крови подобен статусу воды — как вода делает продукты способными воспринимать ритуальную нечистоту, так и кровь тоже делает продукты способными воспринимать ритуальную нечистоту.

По-видимому, в мишне сказано "делая зерно" (а не "съестные продукты", например) потому, что так говорит Тора (Ваикра 11:38): "Но когда будет зерно полито водой..."

Итак, из этой мишны мы узнаем, что кровь человека тоже способна сделать продукты восприимчивыми к ритуальной нечистоте. Однако кровь шереца не обладает этой способностью, как следует из сказанного в Торе (Ваикра 11:29): "А вот кто нечист для вас из мелких живых существ, кишащих на земле" — "для вас" лишь нечисты они, но не для чего-нибудь иного: они не способны передать ритуальную нечистоту чему бы то ни было.

А ЗА КРОВЬ ШЕРЕЦА НАКАЗАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖАТ. То есть: мишна подразумевает, что в другом аспекте человеческая кровь и кровь шереца подобны: употребивший их в пищу не преступает запрет Торы: "И никакой крови не употребляйте в пищу, где бы вы ни жили, — НИ ПТИЧЬЕЙ [крови], НИ [крови] ЖИВОТНЫХ: душа всякого, кто употребит в пищу кровь, будет отторгнута от народа ее" (Ваикра 7:26-27). Отсюда видно, что лишь кровь птиц и животных (скота и зверей) запрещена, однако этот запрет не касается крови шереца. И также этот запрет не относится к человеческой крови: ее статус — статус крови шереца, и поэтому тот, кто употребил в пищу кровь человека, не преступил букву запрета Торы употреблять в пищу кровь. (Однако мудрецы распространили этот запрет и на человеческую кровь — см. Рамбам, Законы о запрещенных видах пищи 6:2.)

Что же касается крови шереца, то человек, употребивший ее в пищу, хоть и не нарушил запрета Торы насчет употребления в пищу крови, нарушил другой запрет: запрет употреблять в пищу шереца. Дело в том, что с точки зрения галахи кровь шереца и плоть его — одно и то же, поэтому употребивший в пищу кровь шереца все равно оказывается виновным — но виновным в нарушении другого запрета Торы.

По поводу выражения "кровь ходящих на двух [ногах]" (а не просто "кровь человека") комментаторы Мишны высказывают различные соображения:

Автор "Тосфот Йомтов" говорит, что так сказано для того, чтобы распространить эту галаху и на евреев, и на неевреев;

"Тифэрет Исраэль" говорит, что выражение "кровь ходящих на двух [ногах]" включает в себя также существо, называемое Мишной "адон гасадэ" (см. тр. "Килаим" 8:5);

"Мишна ришона" открывает, что здесь имеется в виду кровь, вытекшая из человека в результате кровопускания — то есть как результат лечебного средства. О том, что кровь трупа создает способность воспринимать ритуальную нечистоту, Мишне вообще говорить незачем: "Мишна ришона" приводит цитату из Торы, из которой это следует совершенно недвусмысленно. Однако распространяется ли это на кровь, получаемую при кровопускании, неясно — и поэтому следует сказать об этом отдельно. Потому-то Мишна и говорит: "кровь ходящих на двух [ногах]" — то есть кровь живого человека, а не мертвого.