Пережившие туман

Пережившие туман

Вспышка света от дальнего маяка — и вновь ужасный непроглядный мрак, глухое молчание. Я вижу эту схему не только в Книге Иова, но и повсюду в Библии. Вспомним старца Авраама, приближающегося к столетнему юбилею и все еще цепляющегося за обещание сделать его прародителем великого народа. Четверть века прошло с тех пор, как эта прекрасная мечта превратилась в мираж — и вдруг сын все–таки появляется на свет, один–единственный сын. Когда же Бог вновь заговорил с Авраамом, Он призвал его к испытанию веры, не менее суровому, чем то, которому подвергся Иов. «Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака, — потребовал Господь, и каждое Его слово, словно кинжал, пронзало грудь Авраама, — и принеси его во всесожжение».

А потом Иосиф: Бог говорил с ним во сне и привел его сперва на дно колодца, а потом в египетскую тюрьму. За что? За то, что он послушно следовал указаниям Бога. Моисей, избранный Богом освободитель еврейского народа, сорок лет скитался по пустыне, укрываясь от солдат фараона. Давид, помазанный в цари по приказу Господа, сделался жалким изгнанником — десять лет он жил в пещере, постоянно опасаясь смерти от руки противника.

Странное послание направляет нам Господь: своеобразная азбука Морзе — то ясное сообщение, то долгое молчание. Прекрасный пример можно найти во второй книге Паралипоменона: один из немногих хороших царей, Езекия, столь угодил Богу, что получил пятнадцатилетний довесок к определенному ему ранее сроку Жизни. А что потом? «Оставил его Бог, чтобы испытать его и открыть все, что у него на сердце».

Большинство этих ветхозаветных персонажей вошли в почетный список героев веры из Послания к Евреям 11. Некоторые называют эту главу «Залом славы верных», а я бы назвал их «Пережившими туман», ибо почти всем этим героям знаком тягостный и страшный период испытания, время, когда сгущается туман и все ориентиры исчезают из виду. Послание к Евреям с мрачными подробностями перечисляет беды, выпадающие на долю верных: пытки и издевательства, бичи и цепи, побиение камнями и распиливание надвое.

Святые доказывают свою святость, упорно цепляясь за убеждение, что «на самом деле» все обстоит не так, как нам видится, что мир незримый столь же надежен и реален, как окружающая нас действительность. Они продолжают полагаться на Бога, хотя бы мир рухнул. «Мир не был достоин их», — подводит итог своему поразительному перечню Послание к Евреям и добавляет загадочный комментарий: «посему и Бог не стыдится их, называя Себя их Богом». На мой взгляд, эта фраза уравновешивает высказывание Дороти Сейерс о трех величайших унижениях Бога. Больше всего Богу приходится стыдиться Церкви, но она же приносит Ему мгновения заслуженной гордости, о чем и свидетельствуют праведники, о которых говорит Послание к Евреям.

Любимцы Бога отнюдь не застрахованы от тягостного Божьего молчания. Напротив, их это испытание постигает в первую очередь. Как говорит Поль Турнье: «Где нет места сомнению, там нет места и вере». Вере нужна неуверенность, подчас смятение. Библия дает нам множество примеров того, как Бог заботится о людях, — иные из них весьма выразительны, — но гарантий она не дает. Гарантия стала бы препятствием к вере.