Наша выгода

Наша выгода

Однако все эти прекрасные звания — «свои Богу», венец творения — отражают точку зрения Бога, встать на которую мы не можем. Каковы убытки и прибыли от Божьего плана для нас, живущих на Земле? Мы по–прежнему обитаем в мире, несущем проклятье боли, трагедий, разочарования. Тот процесс, который я описал как сближение — от облака над горой Синай к физическому облику Иисуса и к обитающему внутри нас Духу — может, как это ни парадоксально, восприниматься совершенно иначе: как уход Бога от прямого участия в нашей жизни.

Многие люди вздыхают о «старом добром времени», когда Господь более наглядно и очевидно общался с людьми. Ветхий Завет рассказывает о договоре между Богом и людьми — на определенных условиях Он гарантировал им физическую безопасность и процветание. Новый Завет не дает подобных обещаний. При переходе от зримого присутствия Бога в пустыне к незримому пребыванию Святого Духа кое–что утрачивается — мы лишаемся ясного, неопровержимого доказательства Божьего бытия. Ныне Бог уже не висит у нас над головой в виде облака, и это зрелище не способно внушить нам уверенность. Для некоторых людей — например, для Ричарда — это и впрямь большая утрата.

Бог полагается на свою Церковь, и это значит, что разочарование в Боге станет всеобщим и постоянным. В прежние времена, когда евреям требовалось выяснить волю Бога — узнать, какой боевой маневр выполнить, какую древесину использовать при строительстве святилища, первосвященник умел угадывать правильный ответ. Ныне только в США имеется 1275 деноминаций, а это значит, что в церкви не существует согласия даже относительно наиболее фундаментальных свойств Бога. Смешанные, рассеянные голоса современного христианства — часть цены, которую мы платим за то, что живем сейчас, а не скитаемся вместе с евреями по пустыне, не бредем вместе с учениками вслед за Христом.

Так в чем же наше преимущество? Новый Завет всеми силами старается указать нам на огромный наш выигрыш. Особенно выделяют эту тему Послания к Евреям, Римлянам и Галатам. Так и видишь, как апостол Павел возмущенно отвечает на вопрос: «В чем наш выигрыш».

«Вы что, с ума сошли? Что мы приобрели? Перечитайте Левит, Числа, Второзаконие — тогда и поговорим. Это, по–вашему, «добрые старые денечки»? Кто захочет жить так? Вы готовы каждый день терзаться сомнениями о своей посмертной участи? Вы хотите целый день ходить и оглядываться, как бы не нарушить какие–нибудь правила? Вы готовы совершать сложные обряды, приносить в жертву животных, чтобы лишь один из вас — разодетый в какие–то странные наряды первосвященник — осмелился приблизиться к Богу? Я полжизни посвятил соблюдению этих требований, можете поверить мне на слово. Разница между Законом и Жизнью столь же велика, как между смертью и жизнью, между рабством и свободой, между младенчеством и зрелостью. Разве кто–нибудь пожелает вновь впасть в детство?»

Сам Павел говорит, что путь Ветхого Завета — это «служение смертоносным буквам, начертанное на камнях», это «детоводитель ко Христу». Разве мы хотим всю жизнь провести в детском саду? «Не так, как Моисей, который полагал покрывало на лице свое, чтобы сыны Израилевы не взирали на него, пока не пройдет сияние… Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода».

Божий замысел подвергает риску обе стороны. Мы должны поставить на карту свою независимость, последовав за невидимым Господом, требующим от нас веры и послушания. Бог рискует тем, что мы, подобно израильтянам, так и не станем взрослыми, то есть не научимся любить Его. Видимо, Он считает, что игра стоит свеч.