Русколань, Византия, Рим и Европа

Русколань, Византия, Рим и Европа

Разгром А. Винитара дал возможность гуннам в течение нескольких лет наладить общественную и хозяйственную жизнь Русколани и несколько реорганизовать войско. Войско было, как и в Рассении. разделено на старшее и полевое. Старшее войско (акациры) теперь располагалось на территории Русколани родовыми объединениями, которые возродились благодаря смешению старших воинов с местными народами.

Полевое войско превращалось в походное войско, которое во главе с гетманом теперь могло совершать быстрые походы, не обременяя себя семьями и большими обозами. Ставка старшего войска находилась на Верхнем Дону. Все эти мероприятия были закончены к 390 году с.л. В 391 году полевое гуннское войско во главе с гетманом Белоревом вторглось на родину семитов-сарматов. К 397 году оно разгромило Каппадокию, Сирию и Мессопотамию, создав серьёзную угрозу Византии с востока. Это было последнее серьёзное вторжение потомков русов и ариев на Ближний Восток.

Император Византии Феодосий I Великий (умер в 395 году с.л.) осознавал опасность для империи вторжения гуннского войска на Ближний Восток и укрепления позиций гуннов на Кавказе и в Причерноморье и, видимо, считал положение Ромеи (Византии) безнадёжным. Для этого были веские основания, так как Ромея занимала исконные территории русов (нисейцев, троян, фракийцев и македонян). Возрождение Русколани вполне могло привести и к возрождению Бореи. Желая сохранить хоть какую-то часть империи, он разделил её на две части между своими сыновьями Аркадием и Гонорием.

Аркадию он отдал Ромею, а Гонорию Рим. Этот шаг Феодосия I можно было бы считать делом выдающегося государственного деятеля, если бы не последующая гибель Западной Римской империи, которая оказалась неспособной сопротивляться многочисленным противникам, обрушившимся на неё не без содействия Византии. Ромейская (Византийская) империя сохранялась продолжительное время именно потому, что её дипломаты умели ловко стравливать своих противников, оставаясь в большинстве случаев вне их непосредственного военного воздействия.

«Дары» греков-ахейцев (данайцев) усовершенствовались настолько, что превратились в основу межгосударственной и международной политики периода Ромеи. Пока русы громили готов, Ромея была заинтересована в принятии готов в состав империи на разных условиях. Но когда гуннское войско создало угрозу Ромее с востока, имперцам стало ясно, что нужно найти им противовес. Начался лихорадочный поиск сил. способных отвлечь угрозу. Такой силой, оказавшейся способной отвести угрозу от Византии, вновь явились готы.

К 400 году с.л. обстановка на Балканах выглядела следующим образом. В Дакии расположился готский народ гепидов во главе с Ардарихом. который признавал своё подданство гуннам и был личным другом Руга (Ругилы), ставшим после смерти Белорева (Баламбера) гетманом гуннского войска. Остроготы, ушедшие с визиготами в 376 году в пределы Ромеи, не ужились там. Позже их военноначальники Алатей и Сафрах увели своих остроготов в Паннонию и поселились на берегах Дуная.

Мятежный готский конфедерат Гайна попытался захватить власть в Константинополе, но проиграл столкновение с его населением и бежал за Дунай. Для гепидов Ардариха на Дунае складывалась явно неблагоприятная обстановка. Для Византии же, наоборот, эта обстановка была наиболее благоприятной, потому что позволяла направить гуннов и других русов на запад. Византийские дипломаты сделали всё, чтобы натравить гуннское войско на готов.

В 400 году с.л. гунны вновь появились на Дунае. Они объединились с гепидами Ардариха и совместными усилиями легко разгромили федератов Гайны. Его самого схватили и обезглавили. Остроготы Алатея и Сафраха в Паннонии и бежавшая к ним часть федератов обратились к Риму, который и двинул свои войска им на помощь. Это был роковой шаг Гонория, который как раз и спас Ромею. Римлянам не удалось соединиться с остроготами. Гунны окружили войско римского военноначальника Гаудеция. Чтобы освободиться из окружения, Гаудеций вынужден был отдать в заложники своего сына Аэция, который в гуннском войске сдружился со своим сверстником Атталом (Аттилой) — племянником гетмана Руга (Ругилы).

Этот поход гуннского войска, планировавшийся как частный для наказания федератов, испугал не только римлян, но и многие другие народы, обитавшие на Дунае, в том числе злейших врагов гуннов алан, которые давно покинули свою родину. Страшась гуннского войска, они в 405 году с.л. ворвались в Италию, но были окружены войсками Стилихона. Вождь алан Радагайс за намерение захватить и казнить римских сенаторов сам был предан аланами и казнён. Свевы, вандалы, бургунды тоже двинулись на запад.

Паннония опустела. Гунны и другие русы без серьёзных столкновений заняли Паннонию и к 420 году укрепились в ней. Свевы, бургунды, вандалы, аланы, остатки остроготов и визоготов, бросившиеся на запад в пределы Римской империи, наводили ужас своими разбоями и ещё больше — рассказами о мнимом варварстве гуннов. А так как нажим с их стороны нарастал, то римляне вынуждены были впустить бургундов в долину Роны, вандалов, свевов и алан — даже в Испанию, визиготов — в Аквитанию, франков — в Галлию.

Продолжая преследовать своих врагов, гунны и их союзники в 430 году с.л. достигли Рейна. Этим выходом был значительно расширен ареал распространения русо-арийских народов на западе. Естественно, встал вопрос: что делать дальше? Движение дальше на запад вызывало столкновение не только со своими прежними врагами, но и с Западной Римской империей. Гетман Руг (Ругила) это хорошо понимал. Понимал он также, что его войско уже утратило свою былую боеспособность. Это уже было конно-пешее разноплемённое ополчение, в численности которого гуннские всадники-витязи составляли менее половины. Назревал кризис.

Как всякий умный правитель, Руг (Ругила) интуитивно почувствовал его наступление и попытался остановиться, наладив с Римом дипломатические контакты. Чтобы добиться мира, он даже давал войско для подавления восстания багаудов в Галлии. Но преждевременная смерть в 434 году оборвала деятельность гетмана Руга (Ругилы) — одного из самых выдающихся военных деятелей всех времён и народов. Управление войском перешло к детям его брата Мундзука — Атталу и Бледу. Это трагически сказалось на судьбе гуннов и их союзников в целом.

Чтобы понять, почему в дальнейшем разразилась катастрофа, необходимо проанализировать сложившуюся ситуацию. Возрождённая гетманом Белоревом Русколань была федерацией этнически родственных народов. Двинувшиеся на запад с гетманом Ругом русы встали во главе разноплемённого союза, который при своём движении на запад становился всё более этнически разнородным, а потому неустойчивым. Причём в нём становилось всё меньше и меньше русов и всё больше и больше других союзников.

По сведениям западных авторов, в число этих союзников входили: часть остроготов, гепиды, тюринги, герулы, алеманны, руги, турклинги, булгары, а также много римлян и греков, предпочитавших справедливость гетманов русов (какими были Белорев и Руг) произволу и корысти цивилизованных чиновников Ромеи и Рима.

У западных авторов нет упоминания о русах, кроме ругов. И это вполне понятно, потому что германские хронисты считали ругов германским племенем, а между гуннами и русами не находили различий ни во внешнем виде, ни в языке, потому что язык был один. Различия если и были, то, видимо, на уровне различий между современными великорусами, белорусами, малорусами, казаками, сибиряками, поморами и т. д.

Бросается в глаза то, что представители чуждых народов, входивших в окружение гетмана, уже составляли большинство. Теперь в этой неестественной федерации господствовала иная идеология. Объединяла все эти этнически чуждые народы не созидательная борьба за освобождение родной страны и этнически родственных народов, а захватническая, грабительская идеология. Влияние этнически чуждых элементов росло.

К моменту объявления гетманом Аттала оно стало настолько сильным, что совет глав родов и волхвов стал всё больше и больше подменяться известным нам уже по Македонии советом товарищей гетмана. Все решения теперь принимались лично гетманом в кругу его приближённых. По существу Аттал (Аттила) стал управлять как император. Такая трансформация управления вызывала беспокойство совета глав родов и волхвов, который со старшим войском (акацирами) остался в Русколани.

Развязка, естественно, не сулила ничего хорошего, тем более что этому всячески способствовали ромеи, стремившиеся вбить клин между советом глав родов и волхвов и ставкой гетмана. После прихода к власти необузданного и непредсказуемого Аттала византийцы умножили контакты с советом глав родов и волхвов Русколани. Разумеется, при этом они широко использовали подкуп. Одаривая глав родов и волхвов подарками, они постепенно внесли раскол в их среду.

Очередное вручение подарков оказалось, как показалось кому-то из глав родов и волхвов, несправедливым. Последовал донос обиженного на других, получивших подарки побогаче. Аттал организовал карательную экспедицию, обвинённых казнил, от необвинённых добился формальной покорности. Но эта расправа имела то последствие, что старшее войско (акациры) постепенно перестало поставлять степных витязей ставке гетмана, сила которой постепенно стала таять.

Однако Аттал не был бы Атталом, если бы не отомстил византийцам за их коварство. Он санкционировал поход присоединившихся к нему народов на Балканы. Это разноплемённое войско дошло до стен Константинополя. Было сожжено 70 городов — от Сирмия до Наиса. В это время возникает распря между братьями Атталом и Бледом, вероятнее всего из-за отношения к совету глав родов и волхвов. В 445 году Аттал убивает своего брата и становится единовластным правителем.

В 447 году Феодосий II заключил с Атталом унизительный мир. Он обязывался платить ежегодную дань и уступил южный берег Дуная от Сингидуна до Наиса. И всё же несмотря на большие потери Византия выиграла главное — она внесла раскол в правящие верхи Русколани, что ускорило переход к имперской системе власти, а вместе с этим к отделению этой власти от народа, к утрате поддержки с его стороны и последующему падению этой имперской власти, а также существенному ослаблению Русколани.

Расправа над некоторыми главами родов и волхвами, а также убийство брата Бледа оттолкнули от Аттала многие народы русов, так как это деяние шло в разрез с Заповедями Богов и Великих Предков и Родовыми Устоями. По существу Аттал превратил себя в изгоя. Теперь отношение к нему русо-арийского мира стало отрицательным, естественно, оно было перенесено на тех воинов русов, которые поддержали Аттала.

Это и нашло своё отражение в «Велесовой книге». Таким образом, раскол был многоплановым, а поэтому имел катастрофические последствия, и не только для ставки гетмана, ставшего по существу императором. В этой связи интересна личность самого Аттала. Мы имеем характеристику западного толка. Насколько ей можно верить, это ещё вопрос, но тем не менее она сама по себе интересна.

Он был невысок, широкоплеч, с тёмными волосами и плоским лицом. Борода у него была редкая. Узкие глаза его смотрели так пронзительно, что все подходившие к нему дрожали, видя необузданную силу. Страшный в гневе и беспощадный к врагам, он был милостив к своим соратникам. Если эта характеристика верна, то Аттал был полукровкой, что как раз и определяло его поведение. Именно поэтому он выше всего ценил личную преданность, отвагу и мужество.

Это был типичный образчик зарождавшегося в Европе самовластия, или самодержавия, чуждого подавляющему большинству русов того времени. Разумеется, сторонники Аттала верили в его таланты и отвагу, поэтому под его властью объединились многие этнически чуждые народы: остроготы, гепиды, тюринги. герулы, турклинги, булгары, бестарны, скиры, алеманны, часть франков и бургундов. Русы, в том числе руги, отчасти тоже были с ним, но значительно уступая первым в численности.

Весь этот конгломерат воинственных народов, объединённых авторитетом вождя, привыкший к постоянным войнам и не желавший заниматься производительным трудом, требовал осуществления новых походов. Аттал как нельзя лучше понимал эти устремления. Оставалось только выбрать направление очередного похода. Византия отпадала, так как сменивший Феодосия II Маркиан в 450 году расторг договор, заключённый ранее между Феодосием и Атталом. Более того, он заявил, что его подарки для друзей, а для дерзких врагов у него есть оружие.

Аттал решил не рисковать и не пошёл против изготовившейся армии византийского императора. Он решил нанести удар на западе, в Галлии, тем более что был повод — просьба принцессы Гонории обручиться с нею. Были и союзники: один из франкских королей, изгнанный из своего отечества, да король вандалов Гензерих, взявший в Африке столицу римской провинции Карфаген. Но у этого, казалось бы, беспроигрышного похода неожиданно возникли большие трудности.

У Аттала на пути оказался достойный его по личным и боевым качествам противник — сверстник Аэций, некогда воспитывавшийся вместе с Атталом и хорошо знавший его характер. Аэций был красивым и физически сильным мужчиной. Сын германца и римлянки не имел себе равных в верховой езде, стрельбе из лука и в метании лёгкого копья. На его глазах мятежные легионеры убили отца, что не могло не способствовать развитию жажды власти над другими людьми.

Это был типичный образчик карьериста и авантюриста. Сильной стороной Аэция было то, что он умел всякий сброд организовать для борьбы за интересы Рима. Он не раз и не одному союзнику и правителю изменил, погубив многих. Но, как всякий авантюрист, плохо закончил свою жизнь. 24 сентября 454 года император Валентиниан заколол Аэция собственной рукой во время аудиенции.

Война началась в 450 году. На пути в Галлию войско Аттала разбило бургундов и уничтожило их королевство, затем, разрушая всё на своём пути, дошло до Орлеана, который и осадило, нарушив тем самым первое правило стратегии гуннского войска не осаждать укреплённых городов. Нарушение этого правила привело к тому, что войско Аттала, занятое осадой Орлеана, не успело перестроиться против спешащих на помощь этому городу Аэция с римлянами и Теодориха с визиготами.

Удар войск Аэция и Теодориха по осаждавшему Орлеан войску Аттала был успешным. Осаждающие понесли ощутимые потери. Войско Аттала вынуждено было отходить. Но так как его войско было обременено большой добычей, то Аэций догнал его у Каталаунских полей. На Каталаунском поле в 451 году разноплемённому войску Аттала противостояло не менее разноплемённое войско Аэция, состоящее из визиготов, алан, армориканцев, саксов, части франков и бургундов, литинианцев, рипариев, олибрионов и, конечно же, римлян, которых привёл Аэций.

Состоялась грандиозная, по меркам I тысячелетия с.л., битва народов. Обращает на себя внимание построение войск противников перед сражением. Построение войск уже в ту пору не было случайным. Оно строго определялось военноначальниками в силу их компетентности. Аэций, воспитывавшийся в своё время с Атталом и зная его характер, не без оснований предполагал, что Аттал пойдёт напролом и, используя оправдавшую себя в предыдущих сражениях тактику клина, будет стремиться клином гуннских витязей расколоть противника и добиться победы.

Поэтому Аэций решил свои лучшие войска сосредоточить на флангах. Римлян он возглавил сам и поставил на левом фланге, не желая их подставлять под клин противника. Визиготов и другие германские отряды во главе с Теодорихом — на правом фланге. В центре были поставлены все остальные: франки, бургунды, саксы, аланы и так далее.

Аттал поступил так, как предполагал Аэций. Он возглавил своих витязей и поставил их в центре. На левом фланге против визиготов Теодориха выстроились остроготы Вала-мира, на правом фланге против римлян встали гепиды Ардариха и отряды других народов. Построение показало, что Аттал выбрал простое решение: проломить центр войска противника, полагаясь на силу, мужество и умение своих витязей, и одержать победу.

Но этого нельзя было добиться, так как войско противника не было ни ослаблено, ни расстроено. Недостатком этого построения было также то, что стеснённые с флангов витязи Аттала потеряли свободу манёвра, и им ничего не оставалось, как сражаться лоб в лоб с противником. Манёвр, столько раз приносивший гуннскому войску победу, был утрачен. Данное построение показывает, что Аттал как полководец значительно уступал Ругу и особенно Белореву.

В данном построении вырисовывалась опасность повторения Канн для войска Аттала. Начавшееся сражение эту угрозу подтвердило. Витязи Аттала вклинились в центре, а Аэций и Теодорих стали энергично теснить Ардариха и Валамира. Аттал, осознав наметившуюся угрозу, дал сигнал на отход в лагерь. Наступившая ночь помогла осуществить отход, но он дорого стоил прежде всего витязям Аттала. Сдавленные с трёх сторон, они мужественно сражались и смогли организованно отойти в лагерь, но потеряли многих своих товарищей.

Ценой их гибели были сорваны планы Аэция по окружению войска Аттала. Однако противник тоже понёс значительные потери. В частности, был убит король визиготов Теодорих, что также помогло отходу войска Аттала в лагерь. После выбора королём визиготов сына Теодориха Тарисмонда визиготы оставили римлян и ушли в свои края. Тарисмонд, видимо, боялся за казну своего отца, которую могли растащить его братья. Что ж, таковы были нравы в поднимавшейся тогда Европе.

Аттал, узнав об уходе визиготов, приказал свернуть лагерь и уходить. Аэций не преследовал его, потому что не хотел испытывать судьбу. Западные историки считают, что на Каталаунских полях решилась судьба Европы, где якобы Аттал (Аттила) потерпел поражение. Гибель короля визиготов Теодориха и последовавший в этой связи их уход от Аэция позволяет сделать вывод, что сражение закончилось для Аттала, несмотря на все его ошибки, вничью. Его положение после сражения было значительно лучше, чем у Кутузова после Бородино.

В основном существенно были ослаблены только силы витязей Аттала. В этой связи ещё больше возросло влияние в среде сторонников Аттала европейцев, что и дало ему возможность организовать и осуществить походы в Италию. Вторгшись в Италию, он взял самую сильную крепость — Аквилею. Разгромлена была вся долина реки По. Павия и Медиолан сдались, чтобы, отдав имущество, сохранить жизнь людей. Аэций в это время имел слишком мало войск, чтобы противостоять Атталу. Спасло римлян то, что в войске Аттала началась эпидемия. Поэтому когда римляне запросили мира, предложив ему громадный выкуп, Аттал согласился уйти из Италии.

После этого восстановить силы было уже невозможно, тем более что старшее войско (акациры) всё меньше и меньше поставляло степных витязей. В 453 году Аттал женился на бургундской красавице Ильдико, но умер в брачную ночь. Вот эти два события и решили судьбу Европы. В 455 году король вандалов Гензерих вторгся в Италию, взял Рим и отдал его на двухнедельное разграбление, так как противостоять ему было некому. Аэций был убит императором Валентинианом в 454 году. Так перестала существовать Западная Римская империя.

После смерти Аттала развалилась и его разбойничья империя, державшаяся только на его авторитете. Остатки его витязей оказались во враждебном окружении. К тому же они утратили связь со своим старшим войском (акацирами). Гибель их, таким образом, была предопределена. Бывшие вассалы стали претендовать на трон вождя. Когда сыновья Аттала стали спорить за права наследства, король гепидов Ардарих счёл себя обиженным из-за того, что его не включили в число претендентов на престол, и поднял восстание.

На стороне гепидов Ардариха выступили остроготы, язиги (сарматское племя), герулы и другие германские племена. На противоположной стороне выступили руги, анты, свевы и воины других народов, которые ещё оставались в лагере гуннского войска. Подкреплений с родины уже давно не поступало. Отсюда нетрудно увидеть, что этническая доминанта вновь оказалась решающей в переломный момент того времени.

На реке Недао произошло сражение. Силы были слишком неравны, гуннское войско потерпело поражение. В сражении погиб любимый сын Аттала Эллак. Братья Эллака Денгезих и Ирник увели остатки войска на восток, в низовья Днепра. Здесь они попытались организовать сопротивление готам, предложив союз Ромее. Но Ромея тогда была слишком зависима от готов и от предложенного союза отказалась. На востоке, в стане старшего войска (акацир), отношение к ставке гетмана полевого войска было отрицательным.

Обострение обстановки на западе и востоке заставило Денгезиха уйти в Ромею. Но в Ромее было много сторонников готов, которые не желали их прихода туда. Один из них — арианин Аспар — внезапно напал на остатки гуннского войска и разбил их. В сражении был убит Денгезих, голову которого отправили в Константинополь. В оправдание этой варварской акции было объявлено, что гунны «прорвались» через Дунай. Но когда в 471 году Аспар был убит и его гвардейцы-готы перебиты исаврийскими войсками под командованием будущего императора Зинона, выяснилось, что гунны переходили Дунай не для войны, а чтобы вступить в подданство империи.

Им были выделены территории в нынешней Добрудже. А так как гунны говорили на языке русов, то этноним «гунны» постепенно забылся, а остался этноним «русы». Именно они на Балканах пришли на смену фракийцам и македонянам, ассимилированным уже греками. Вместе с остатками тех и других гунны и образовали первую волну русов, заселивших Балканы в I тысячелетии с.л. Не случайно также, что в VI веке часть булгар во главе с князем Аспарухом вслед за аварами двинулась на запад, пришла на Дунай, была благожелательно принята бывшими гуннами.

Более того, местные русы приняли этноним пришельцев «булгары», который со временем изменился на «болгары». Произошло слияние, подобное тому, которое произошло в своё время между кимрами и скифами. Так закончили своё существование гунны — воины восточных русов и ариев, всемирно-историческое значение которых состоит в том, что они вновь возродили Русколань и восстановили русо-арийское единство от Лабы (Эльбы) на западе до Тихого океана на востоке.

Касаясь Аттала (Аттилы) нужно сказать, что он отказался от своих этнических корней и создал нежизнеспособную систему объединённых на основе грабежа и разбоя этнически чуждых друг другу народов. Эта система была переходной формой между естественно сложившимся федеративным объединением этнически родственных народов и империей. Поэтому его походы не могли достичь цели планомерных завоеваний, несмотря на громкие заявления. Это были обычные разбойничьи походы, которые рано или поздно должны были закончиться катастрофой.

Именно благодаря Атталу гуннское войско нецелесообразно растратило свои силы, и Европа стала той Европой, которую мы сейчас знаем. Если бы на месте Аттала оказался гетман, подобный Белореву или Ругу, господство гуннского войска в Европе было бы закреплено надолго и развитие Европы пошло бы совершенно иным путём. Результатом же его действий было то, что гуннское войско сравнительно быстро было вытеснено из Западной Европы. Однако прошлое. как известно, повторяется. Считается, что в первом случае в виде трагедии, во втором — в виде фарса.

В XX веке русские (советские) тоже оказались в Европе и тоже через германскую агрессию. И конец тот же. Русские, несмотря на громкие заявления о единстве с Европой, из Европы выдавлены. Причём даже политические коллизии и временные рамки оказались в известной степени схожими. У Аттала была федерация разноэтничных народов имперского типа, существовавшая за счёт гуннского войска.

В XX веке Варшавский Договор и СССР, блок государств и союз республик разноэтничного состава, существовавший за счёт Русского Народа. Схожим было предательство союзников. Схожим является объединение бывших врагов у СССР и гуннов с их бывшими союзниками. Схожим является перерождение правящих верхов у гуннов и правящих верхов в СССР. Схожим оказался выход РСФСР из состава СССР по причине постоянного ущемления интересов, с отходом от ставки гетмана старшего войска — «акацир». Схожим оказался даже период господства гуннов — около 70 лет, почти столько же просуществовал и Советский Союз.

Еде тут больше трагедии, а где фарса, трудно разобрать. Видимо, в том и другом случае трагедия и фарс тесно переплелись между собой. Правила развития человеческого общества в этом отношении жёстки. Трагедия раньше или позже становится реальностью, если правящие верхи пытаются строить государство и систему общественной власти за счёт системообразующего этноса. Это нужно знать не только правящему классу, но и рядовым гражданам, чтобы не подвергаться сомнительным перестройкам и губительным национально-государственным катастрофам.

Главной же причиной этой трагедии было то, что гуннское войско при движении на запад постепенно утратило связь с жреческим центром на востоке. Затем, гетман Аттал подчинил себе старшее войско «акацир», совет глав Родов и Волхвов и убил брата Бледа. То есть, нарушил Заповеди Вышних Богов и Великих Предков, а также Родовые Устои и Правила. Это привело к отколу старшего войска от полевого войска и перерождению системы управления, которая обрела черты государственно-имперской власти.

Таким образом, утрата связи с жреческим центром на востоке привела к деградации духовно-нравственных начал прежде всего в среде предводителей гуннского войска, вследствие чего произошёл его раскол и последующая гибель полевого войска. Однако вернёмся к дальнейшему повествованию. Но это повествование придётся начинать с Востока, где в это время происходили события, имевшие громадное значение для дальнейшего развития нашей страны.