Страноприимство и великодушие Гонората

Страноприимство и великодушие Гонората

20. 1. Большая у него при этом была забота о посетителях и странниках. Ибо кто когда-либо проходил мимо него? Кто, забыв о своей выгоде, не пренебрегал какой-либо благоприятной для плавания погодой или какими-нибудь попутными ветрами ради желания [увидеть] такого мужа? А если он не мог достигнуть острова, то сильное потворство (violentum obsequium)74 вод другому плаванию считал ужаснейшей бурей. 2. Все стремились туда; никто не спешил уйти оттуда; никто не снимался с якоря не утешенный, так как сам [Гонорат] окружал [их] любовью, попечением, молитвами и отпускал тех, с кем тогда впервые познакомился, словно давних друзей. Среди негостеприимности пустыни один его вид служил отрадой, так как он с такой радостью и готовностью принимал всех, словно давно ожидал. 3. Кроме того, у него было и имущество,

70 Иларий пересказывает отрывок из не дошедшего до нас произведения Сальвиана, Марсельского пресвитера, жившего некоторое время на Лерине. Что это было за произведение, неизвестно.

71 Еф4:2.

72 Кор 6:6.

73 Ср. Еф 4:15-16; 1 Кор 12:12.

74 Это выражение, по всей видимости, заимствовано у Овидия. 76

достойное его щедрой души, служившее делам веры. Ибо тому, кто с готовностью внял словам: Продай имение твое и раздай нищим... и приходи и следуй за Мною7 каждый, посвятивший свою душу делам милосердия, охотно предоставлял [ему] то, что нужно было раздать, спокойно поручая все свое тому, чьему примеру он последовал, оставив все. Поэтому к нему сходилось множество людей из различных опустошенных областей. 4. И поистине он был не из тех, кто, как бережливый или осмотрительный управляющий, с расчетом на будущее нечто распределял бы между членами своей ежедневно увеличивающейся вверенной ему общины, но еще больше приберегал бы. Но, напротив, он ежедневно поступал с вверенным ему имуществом так же, как некогда поступил со своим: то есть не сохранял ничего ни для себя, ни для своей братии, кроме пищи и одежд на ближайшие дни.