Ню-тоу Фа-жун (594-657) Песнь о сознании

Ню-тоу Фа-жун (594-657)

Песнь о сознании

Ню-тоу был учеником четвертого патриарха, Дао-синя, и братом в Дхарме пятого патриарха, Хун-жэня. Поскольку он покинул дом согласно наставлениям ученого наставника из школы Саньлунь («Три трактата») его начальное образование было теоретическим. Более того, он был хорошо знаком с конфуцианской и даосской философией и китайской историей. Он также обладал большими познаниями в области медицины и даосских ритуалов. Но он предпочитал медитацию Чань и двадцать лет занимался практикой далеко в горном лесу. Дао-синь услышат о Ню-тоу и, зная, что тот еще не достиг просветления, отправился в путь, чтобы помочь ему. После достижения просветления Ню-тоу приобрел сто учеников, число которых впоследствии увеличилось до трехсот. Он часто читал проповеди о «Лотосовой» и «Праджняпарамита-сутрах». Его идеи основывались также на «Вималакирти» и «Хуаянь (санскр. «Аватамсака»)-сутрах».

В «Песни о сознании» Ню-тоу объясняет, что наше сознание является изначально чистым, но если в него проникает одна мысль, чистота исчезает. Он придает большое значение методу практики, заключающемуся в наблюдении за возникновением и исчезновением мыслей. Однако на самом деле возникновение и исчезновение (буквально: рождение и гибель) мыслей в нашем сознании представляют собой род иллюзии, поскольку если предшествующая мысль остается неизменной и не исчезает, последующая мысль не возникнет и не будет уничтожена. Таким образом, изначально ни Будда, ни живые существа не имеют сознания. Но для того чтобы живые существа могли обрести состояние Будды, их иллюзорное сознание должно превратиться в отсутствие сознания. Метод Ню-тоу подчеркивает совместное использование пробужденности (кит. син) и спокойствия (кит. цзи). Вы не должны испытывать привязанности ни к тому, ни к другому. Вначале мы должны по-прежнему опираться на свои органы чувств, чтобы наблюдать за миром, но мы не должны разрешать своему различающему сознанию испытывать привязанность к миру. Если мы избавимся от разграничений, мир, который предстает перед нашими чувствами, исчезнет. Одновременно с исчезновением мира, исчезнет и наше сознание. Когда вы достигаете этого состояния, вы по-прежнему можете вести нормальную жизнь в этом мире – на самом деле, остальные будут видеть в вас обычного человека. Единственное отличие заключается в том, что теперь ваше сознание не движется, или, другими словами, не проводит разграничений. Поэтому в «Песни о сознании» говорится о том, что истинное просветление – это отсутствие просветления, а истинная пустотность не является пустой. Не покидая «пустотности», вы по-прежнему можете проповедовать Дхарму и даже продолжать заниматься практикой. Однако теперь вы занимаетесь практикой не для того чтобы стать Буддой, но потому, что практика – это просто то, что вы делаете. Обычным людям кажется, что для того чтобы делать что-то, нужна цель, но если заниматься практикой с определенной целью в сознании, это не позволит вам достичь состояния отсутствия сознания.

Сознания природа – невозникновенье;

К чему все знания и взгляды?

Исконной нет единой дхармы;

К чему вся практика и упованье?

Приход, уход – все безначально;

Бежишь к нему, его не видя.

Не нужно делать ничего;

Все ясно, тихо, самоочевидно.

Подобно прошлое опустошенному пространству;

Узнай лишь что-то, и утратишь главный принцип;

Заполнив чистым светом мир,

Который озарен, но залит мраком.

Коль нет в сознании единства,

Все дхармы есть непониманье.

Коль так они приходят и уходят.

Есть ли нужда в подробном изученье?

Возникшие без знака созиданья,

Возникновенье – с озарением едино.

А при желании сознание очистить —

Сознанья для работы нет.

Нет озарения во времени с пространством;

Вот истина, которой глубже нет.

Но знанье дхарм – к незнанью ближе;

Незнание – есть знанье глубины.

Сознанья помощь для покоя

Недуги излечить не может.

Забвенье смерти и рожденья —

Вот Изначальная Природа.

Не истолкован высший принцип;

Он не свободен и не связан.

Подвижен и всему созвучен,

Всегда он прямо перед вами.

Нет ничего перед тобою;

Нет ничего, но все как прежде.

Не стоит мудрость упражнять;

Субстанция пустотна и темна.

Возникнув, исчезают мысли,

Начальная – одно с конечной.

Коль мысль вторая не возникнет,

Иссякнет первая из них.

В прошедшем, будущем и настоящем – ничего;

Нет Будды и сознанья нет.

Живые существа сознанья лишены;

Они из не-сознания выходят.

Между священным и обычным различая,

Они в своих крепчают помраченьях.

Лишь волос оборвав, ты с вечностью простишься.

Стремясь к реальности, об истине забудешь.

Отбросить оба – вот лекарство,

Прозрачно, чисто, лучезарно.

Не нужно утруждать себя;

Живи привычками ребенка.

За счет внимательности чуткой

Колышется воззрений сеть.

Спокойствие без созерцанья.

И в темной комнате бездвижность.

Броженья чужд, вниманья полон,

Спокоен, но и ясен дух.

Явления реальны и вечны,

Обильны, но похожи с виду.

Прийти, уйти, сидеть, стоять —

Привязан ни к чему не будь.

Ни к одному не тяготея направленью,

Возможно ли прийти иль удалиться?

Нет рассеянья, нет объединенья,

Нет спешки, но и промедленья нет.

Спокойствие и яркость – то, что есть;

Словами объяснить их невозможно.

Сознанье отчужденью недоступно;

С желаньями не следует бороться.

Пустая от природы, страсть исчезнет.

Сознанье пусть летит то вверх, то вниз.

Ни ясное, ни скрыто облаками.

Ни у поверхности, ни в глубине,

Во времена былые не было и старым;

Сегодня же оно не современно.

Сейчас оно не пребывает;

Сознание, что изначально.

Но изначально нет его:

«Начало» – настоящее мгновенье.

Всегда существовало бодхи;

Не нужно сохранять его.

А помрачений – не было и нет:

Не нужно их уничтожать.

Естественная мудрость просветленна;

Вернутся в таковость все дхармы.

Нет возвращенья, нет приятья;

Не созерцай, забудь храненье.

Не рождена заслуг четверка:

Три тела изначально есть.

Шесть чувств в свои вступают сферы;

Разграничение – не то же, что сознанье.

Нет беглых мыслей в единении сознанья,

Здесь гармоничны мириады обстоятельств,

Сознанье и природа изначально сходны;

Совмещены, но не зависят друг от друга.

Не возникая и явленьям подчиняясь,

Повсюду пребывает незаметно.

В непросветленьи просветленье коренится,

Непросветленное склоняя к просветленью,

К чему о прибыли с убытком говорить,

Хорошим называть или дурным?

Все, что сейчас активно,

Когда-то нерожденным было.

Знай, что сознанье – не-сознанье;

Болезни нет и нет лекарства.

Дела отбрось, коль помрачению подвержен;

Тому, кто просветлен, едино все.

Стремиться не к чему с начала всех начал;

Зачем тогда чего-то избегать?

Когда о демонах рассказывает кто-то,

Мы можем говорить о пустоте, но факт есть факт.

Людским сужденьям не противься;

Учи лишь прекращенью мыслей.

Когда исчезли мысли, нет сознанья;

Когда сознанья нет, нет действий.

Пустотность подтверждать не нужно;

Само есть от природы пониманье.

Рождение со смертью устранив,

Усвоит правило глубокое сознанье.

Открыв глаза и очертания узрев,

Сознание согласно с окруженьем.

Внутри сознанья окруженья нет;

И нет сознания в пределах окруженья.

Сознаньем окруженье отключи,

И оба в возмущение придут.

Когда сознание спокойно,

Не отвергает и не привлекает окруженье,

С сознаньем вместе окруженье растворится.

И с окружением рассеется сознанье.

Когда не возникает ни одно,

Покой присутствует с сиянием бескрайним.

И отраженье Бодхи возникает

В сознанья вечно чистых водах.

Заслуги – по природе – простаки:

Не видят разницы меж близким и далеким.

Ни благо, ни позор их не изменят;

Они свое не выбирают пребыванье.

Все отношения внезапно прекратятся;

Забыто все.

Подобен ночи вечный день,

И дню подобен мрак, что вечен.

С обличием наружным дурака,

Внутри сознание пустотно и реально.

Кто неподвержен окружения влиянью,

Великой силой обладает.

Нет ни людей, ни зрения:

Без зрения есть постоянный облик.

Собой проникнув все,

Всегда повсюду пребывает он.

Мышление неясность вносит,

Дух подавляя и смущая.

Сознанье пусть активность прекратит,

Ошибок станет только больше.

Повсюду – десять тысяч дхарм,

Врата открыты лишь одни.

Прихода нет и нет ухода,

Волненья и покоя нет.

Шраваков мудрость и пратьекабудд

Все это объяснить не может.

На самом деле, веши ни одной не существует;

Есть только замечательная мудрость.

Бескрайне изначальное лицо;

Его сознанье неспособно разглядеть.

Нет просветленья в просветленьи настоящем.

Нет пустоты в пустотности реальной.

Все Будды в настоящем, будущем и прошлом

На этот главный принцип опирались.

На кончик волоска его

Поместится миров, сколько песчинок в Ганге.

Не беспокойся ни о чем:

Сознанье ни на что не направляй.

Сознанье ни на что не направляя,

Узришь ты бесконечный свет.

Спокойно, без возникновенья,

В бескрайнем времени с пространством пребывай.

Что б ты ни делал, нет преград;

Приход и пребывание равны.

Спокойно мудрости светило,

Самадхи ярок свет.

Сад озарен, лишенный форм.

Нирваны город освещен.

О всех соотношениях забыв,

Дух постигаешь, веществу послушен.

Не поднимаясь с трона Дхармы,

Спокойно сну отдавшись в комнате пустой.

Тиха и безмятежна радость Дао,

Свободное блуждание в реальном.

Нет действий, нет приобретений,

Опоры нет – лишь проявления свобода.

Сознаний безграничная четверка, шесть парамит —

Все на пути единой колесницы.

Коль нерожденное сознанье есть,

Неразличимы меж собою дхармы.

Возникновенье – это не-возникновенье,

Об этом знанье дарит вечность.

Лишь мудрый это понимает,

Словами просветленье не раскрыть.