г. Писание

г. Писание

В–четвертых, нам надо поговорить о Писании. Это может показаться странной темой в контексте размышлений о том, как воскресение и новое творение должны отражаться в духовности и в поведении христиан и как будущая надежда, придающая форму нашей миссии, должна также формировать нашу совместную христианскую жизнь. Но я уверен, что без правильного осмысления этих вопросов мы будем искаженно понимать Писание или даже станем им злоупотреблять.[261]

Писание — Ветхий и Новый Заветы — история о творении и новом творении. А в этих рамках оно также рассказывает историю о завете и новом завете. И когда мы, христиане, читаем Писание, мы читаем его именно как представители народа нового завета и нового творения. Другими словами, для нас Писание не есть сборник банальных однообразных правил или доктрин. Мы видим в нем историю, в которой ныне и сами должны принять участие. Мы читаем его, чтобы понять: «что случилось до нынешнего момента», а также «как все должно закончиться». Иными словами, мы живем между окончанием Деяний и завершающим событием Откровения. И если мы хотим понимать Писание, если хотим, чтобы оно должным образом действовало в нас и через нас, то следует научиться читать и воспринимать его в свете этой великой истории.

Когда мы это делаем — в малых группах, в храме или лично, — мы должны дать место обещанному Богом будущему, чтобы его сила коснулась нас. Когда мы читаем Евангелия, мы должны снова и снова — господствующие течения западной культуры настолько сильны, что если им не сопротивляться, мы можем погрузиться в дуализм, — напоминать себе, что это история о том, как царство Бога было установлено на земле, как и на небе, через жизнь Иисуса, в которой достигла завершения великая история Израиля, была сокрушена власть зла и положено начало новому Божьему миру. Читая послания апостолов, мы должны постоянно помнить, что эти тексты были созданы, чтобы строить и направлять общину нового завета, людей, призванных осуществлять дело нового творения. Когда мы читаем Откровение, нам не стоит останавливаться на удивительном небесном видении, описанном в главах 4 и 5, думая, что это финальная сцена всей истории (как это звучит в гимне Чарльза Уэсли), когда искупленные повергают свои короны перед престолом. Нет, это видение относится к нынешней реальности, точнее — к ее небесному измерению. Нам следует дочитать Откровение до глав 20 и 21, где представлено окончание, придающее смысл всему произошедшему ранее, да и всему библейскому канону.

Подобным образом Ветхий Завет надо читать — к чему явно призывают сами эти тексты — как многовековую, причудливо развивающуюся историю о том, как Бог избрал народ ради выполнения Своего замысла спасти Свое творение, а не как историю о том, как Бог попытался призвать народ, чтобы избавить его от мира, а затем отбросил этот план и был вынужден взяться за другой (это, конечно, карикатура, но в ней можно распознать знакомые черты). А это означает, что хотя мы, христиане, должны читать Ветхий Завет как часть «нашей истории», это не означает, что мы все еще находимся на том этапе развития повествования. История Ветхого Завета указывает на нечто, стоящее вне ее, она подобна набору непересекающихся линий, которые сойдутся в необычайно богатом повествовании евангелий и обернутся неожиданной вспышкой новой жизни в Деяниях и посланиях.[262]

Поэтому назначение Библии в целом будет осознано более глубоко, если читать ее в свете нового творения. Священное Писание рассказывает о деле нового творения как бы для постороннего наблюдателя, и не только для того, чтобы дать нам верную информацию о новой жизни воскресения, дарованной Богом. На самом деле она поддерживает дело нового творения в церквах, малых группах и отдельных людях, которые стремятся найти свое место в мире, созерцая Иисуса, открывающегося в Библии, и строят свою жизнь на основе Писания. Таким образом, Библия — это история творения и нового творения, и она сама, через действие породившего ее Духа, есть орудие нового творения в жизни общины и каждого человека.

Другими словами, Библия — не только перечень истинных доктрин или сборник здравых нравственных повелений, хотя в ней масса того и другого. Библия — не просто собрание мыслей разных людей, которые стремились познать Бога и слушаться Его, хотя там есть и такое. И это не просто заповедь об откровениях в прошлом, чтобы читатель, изучая их, надеялся сам получить откровение. Вся эта книга посвящена новому творению, то есть воскресению, и потому, когда мы видим, что каждое евангелие заканчивается рассказом о воздвигнутом из мертвых Иисусе, а Откровение завершается описанием нового неба и новой земли, населенных народом Бога, воздвигнутым из мертвых, это не должно нас удивлять — ведь это и есть конечная цель всей этой продолжительной истории. (И именно по этой причине так называемые другие евангелия не вошли в канон. Не потому, что это были какие–то поразительные и подрывные тексты, которые церковь первых веков отбросила ради сохранения своей власти и поддержания контроля. Но эти книги не утверждали новое творение, а вместо того предлагали приватную и обособленную духовность. Неожиданная вспышка энтузиазма относительно «других евангелий» в западном мире сегодня отражает не желание заново открыть подлинное христианство, но отчаянную попытку спастись от него бегством. Новое творение требует от человека куда большего — хотя в итоге дает и намного больше жизни, — нежели гностический эскапизм.)

Весть о том, что Иисус стал Господом, приводит к тому, что мужчины, женщины и дети начинают верить Ему и слушаться Его силою Духа, так что их жизнь преображается через спасительную власть Христа; подобным образом, история творения и нового творения, завета и нового завета не просто дает слушателям информацию. Эта история призывает слушателей к участию в ней, погружает их в свой поток, утверждает их право находиться внутри нее и дает им силы для выполнения задач, направленных на достижение ее целей.

Все это подводит нас к одной из самых сложных проблем нашего времени.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.