Приложение второе ИСТОРИЯ ЧЕТЫРНАДЦАТИ ДАЛАЙ ЛАМ

Приложение второе

ИСТОРИЯ ЧЕТЫРНАДЦАТИ ДАЛАЙ ЛАМ

Пост Далай Ламы Тибета представляет собой один из поистине уникальных институтов, когда-либо существовавших в мире. Вскоре после того, как Далай Лама умирает, назначают комиссию для поисков его перерождения. Большинство Далай Лам оставляли мистические ключи к разгадке тайны места их перерождения, которые и служили опорой этих поисков. Кроме того, оракулы, видные ламы, ясновидящие и другие категории людей, составляющие удивительное тибетское общество, стараются совместными усилиями установить местонахождение нового воплощения и восстановить его в правах. Образуют поисковые партии, устанавливают возможных кандидатов, а затем проводят основательные испытания. Каждому из юных кандидатов показывают вещи, принадлежавшие покойному Далай Ламе, такие как четки, ритуальные принадлежности, предметы одежды и так далее. Их перемежают с похожими, но посторонними вещами. Предполагается, что перевоплощенец должен безошибочно выбрать те вещи, которые принадлежали его предшественнику.

Кандидат, успешно прошедший испытания, получает официальное признание и с большими почестями возводится на трон. Затем ему назначают лучших в Тибете наставников, и двадцать-тридцать лет его последующей жизни посвящаются интенсивному духовному образованию в области буддийского искусства, наук и гуманитарных предметов. В завершение своего обучения молодой Далай Лама должен выдержать испытания в виде диспута с десятками самых ученых людей Тибета в присутствии примерно двадцати тысяч монахов и монахинь из всех крупнейших монастырских университетов. Только тогда он получает власть духовного руководителя страны. Нынешний Далай Лама является четырнадцатым по счету среди тех, кто занимал этот необычный пост.

Слово Далай на самом деле — слово монгольское, хотя традиция Далай Лам старше, чем этот титул. Первым из получивших титул Далай был Сонам Гьяцо, который в 1578 году обратил в буддизм монгольского правителя Алтан-хана и весь его народ. Алтан-хан предпочел называть Ламу не его тибетским именем, а использовал монгольское слово далай, которое соответствует второй части его имени, Гьяцо, что значит “океан”. В результате получилось Далай Лама, или “Учитель, [подобный] океану”. Слово Далай обозначает также нечто высшее или великое, поэтому другой перевод выражения Далай Лама — “Наивысший Учитель” или “Величайший Учитель”. Итак, первыми ввели в употребление титул Далай Лама монголы. От них он и распространился в Китае и на Дальнем Востоке, а затем в Европе и обеих Америках. Однако сами тибетцы никогда его не употребляли, предпочитая называть своего духовного главу такими тибетскими эпитетами, как Кундун (“Общее благо”), Йидшин Норбу (“Драгоценность, исполняющая желания”) и Гьялва Ринопоче (“Драгоценный Победоносный”). Поскольку Сонам Гьяцо считался перевоплощением Гендуна Гьяцо, а тот, в свою очередь, — перевоплощением Гендун Друба, учителя Алтан-хана стали называть третьим Далай Ламой. Двух же его предшественников стали называть первым и вторым Далай Ламами только после их смерти.

Хотя Далай Ламы считаются перевоплощениями одного и того же существа, тем не менее, каждый из них проявлял свое величие своим неповторимым образом и избирал свою собственную сферу деятельности или интересов.

Первый Далай Лама, Гьялва Гендун Друб, родился в местности Гурма, что в Жабто, в 1391 году в семье простого кочевника. Когда в возрасте семи лет он потерял отца, мать отдала его учиться в монастырь Нартанг (школы Кадампа). Ему было суждено стать самым великим ученым, вышедшим из стен этого монастыря, и его слава распространилась, как знамя победы, по всему Тибету.

В 1447 году, в Шигаце, он основал монастырь Ташилхунпо, которому предстояло стать самым крупным университетом-монастырем Южного Тибета. В своих письменных работах он уделял особое вниманий традициям практики школы Кадампа, а также пяти разделам Учения Будды (прамана, абхидхарма, праджняпарамита, мадхьямика и виная), которые распространялись в Тибете школой Сакья. Особенно он был известен тем, что, сочетая изучение и практику, провел в ретрите более чем двадцать лет. Умер он во время медитации в 1474 году.

Второй Далай Лама, Гьялва Гендун Гьяцо, родился в 1475 году в Йолкар Доржедэне. Сын прославленного йогина школы Нингма, в возрасте четырех лет он был признан перевоплощением Гендун Друба. Гендун Гьяцо изучал практики различных тибетских школ и много Писал о них, но особенно известен своими сочинениями по традиций Нингма, Шангпа-Капод и Гелуг-Ненпод. Главное внимание он уделял тантрической традиции. Особенно он знаменит тем, что “открыл” и освятил озеро Лацо, “озеро видений”, и основал близ него монастырь Чокоргьял. Он известен также тем, что построил здание Гандэн Подранга в монастыре Дрепунг. Умер он в 1542 году во время медитации.

Третий Далай Лама, Гьялва Сонам Гьяцо, родился в 1543 году в Кангсаре в местности Толунг. Признанный в раннем детстве перевоплощением Гендуна Гьяцо, он был отдан учиться в монастырь Дрепунг. Сонам Гьяцо быстро прославился своей мудростью и образованностью и был назначен настоятелем Дрепунга. Его имя прославилось во всей Азии, и его учеником стал Алтан-хан, глава тумэд-монголов. В 1578 году он посетил Монголию, где при его участии тумэд-монголы официально приняли буддизм. Там он основал монастырь Тэгчен Чокор. Позднее он путешествовал по всему Восточном Тибету и Западному Китаю, где много учил и основал немало монастырей, самыми значительными из которых были Литанг и Кумбум. Он прославился тем, что в своей практике объединял две традиции, Нингма и Гелуг, а также тем, что принес цивилизацию диким пограничным странам Центральной Азии. Он умер в 1588 году во время своих проповедей в северо-восточных областях.

Четвертый Далай Лама, Гьялва Йонтэн Гьяцо, — единственный Далай Лама, родившийся за пределами Тибета. Он родился в 1589 году в Монголии как прямой потомок Алтан-хана, и этим исполнил обещание Сонама Гьяцо вернуться в Монголию в будущей жизни.

Поскольку он родился не в Тибете, его официальное признание и возведение на трон заняло больше времени, чем обычно, и в Тибет он попал только в двенадцатилетнем возрасте. Он, как и его предшественник, третий Далай Лама, получал от китайского императора богатые дары и неоднократные приглашения посетить манчжурский двор, но оба Далай Ламы отклонили эти приглашения. Четвертый Далай Лама не написал значительных произведений, вместо этого он отдавал все свое время и энергию изучению, практике и обучению других. Умер он в начале 1617 года.

Пятый Далай Лама, Гьялва Нгаванг Лобсанг Гьяцо, широко известный как “Великий Пятый”, родился в Чонге в год огня-змеи, менее чем через год после смерти Гьялва Йонтэна Гьяцо. Он был самым энергичным из первых Далай Лам. Пятый Далай Лама написал столько произведений, сколько все остальные Далай Ламы вместе взятые, много путешествовал и учил, придал новое направление политике в Центральной Азии. При его жизни три тибетские провинции (Центральная, Южная и Восточная), на которые в середине девятого века распалось тибетское государство после смерти царя Ландармы, снова сплотились в единый Тибет, духовным и светским главой которого в 1642 году стал Великий Пятый. Он был приглашен ко двору китайского императора династии Цин, чтобы реорганизовать буддийские монастыри. В 1652 году пятый Далай Лама посетил Пекин. Его сочинения посвящены самым разнообразным темам, но особенно он был известен своими работами по истории и классической индийской поэзии, а также жизнеописаниями выдающихся личностей своего времени. Его последним великим делом было начало строительства величественного дворца Потала в Лхасе, которое было закончено только после его смерти. Он скончался в 1682 году во время выполнения трехлетнего ретрита. Чтобы быть уверенным в том, что строительство Поталы будет завершено, он приказал, хранить в тайне свою смерть и место перерождения до тех пор, пока не будет закончена главная часть здания. Великого Пятого почитают также в качестве учредителя государственной системы медицинского обслуживания и зачинателя программы народного образования.

Шестой Далай Лама, Гьялва Цангьянг Гьяцо был единственным Далай Ламой, не соблюдавшим монашеских обетов. Родившись в семье Чимэд Лингпа в Южном Тибете на границе с Индией (ныне его родина относится к индийской территории), он был обнаружен спустя два года. В 1688 году он был взят на воспитание в монастырь Нангкаце. Все это сохранялось в тайне и было обнародовано только в 1695 году, после окончания строительства Поталы. Для посвящения Цангьянга Гьяцо в монашеский сан и его обучения был послан второй Панчен-лама. В 1697 году он был возведен на трон, но предпочитал монашеской жизни игры и светскую жизнь, и когда ему исполнилось двадцать лет, он, возвратив монашеские обеты и сняв монашеское одеяние, перебрался из официальной резиденции в Потале в небольшой домик, построенный им у подножия горы. Его помнят и любят за написанные им романтические поэмы, жизнелюбие и равнодушие к власти. Однако его постигла трагедия. Среди монголов многие были недовольны тем, что он не соблюдал внешних приличий; они вторглись в Лхасу и захватили его. В 1706 году, когда его везли в Монголию, он умер. Тем не менее, тибетцы считают его настоящим перевоплощением Великого Пятого и истолковывают его необычное поведение, как тантрическую мудрость, которую он проявлял для передачи своему народу экстраординарного учения.

Седьмой Далай Лама, Гьялва Калсанг Гьяцо, родился в 1708 году в Литанге, в Восточном Тибете. Вскоре он был найден, но из-за трений с Монголией не мог получить официального признания. Наконец, в 1720 году его привезли в Центральный Тибет и возвели на трон, но только после того, как благодаря народному восстанию удалось изгнать монголов из Лхасы. К сожалению, это было сделано с помощью манчжур, которые считали Монголию своим главным врагом и, участвуя в этом конфликте, преследовали свои политические интересы в Центральной Азии. Такой союз с ними неизбежно привел к дальнейшим политическим осложнениям. Однако седьмому Далай Ламе предстояло сыграть важную роль в религиозной истории Тибета, а своей простой и чистой монашеской жизнью он завоевал сердца своего народа. Он много писал, особенно на тему, так называемых, “популярных тантр”: Гухьясамаджи, Херуки Чакрасамвары, Ваджрабхайравы и Калачакры. Наибольшую известность получила его изящная духовная поэзия и множество написанных им молитв и гимнов. Умер он в 1757 году.

Восьмой Далай Лама, Гьялва Джампал Гьяцо, родился в следующем году в Тобгьяле, провинция Цанг. Он был признан и привезен в Лхасу в 1762 году. Именно этот Далай Лама в 1783 году построил в парке к западу от Лхасы легендарный дворец Норбулингка. Обучал Джампала Гьяцо третий Панчен-лама, и он обнаружил удивительные духовные качества, которые сочетались с отвращением к политическим интригам. При его жизни Тибет впервые столкнулся с британскими колониальными интересами в Азии. Именно поэтому в 1802 году Тибет принял в качестве своей защиты политику изоляции. В 1804 году Джампал Гьяцо умер.

Каждому из четырех сменявших его приемников была суждена короткая жизнь. Есть разные догадки о том, было ли это следствием интриг или результатом проникновения болезней из-за расширения контактов с внешним миром, или же объяснение кроется в исчерпании благой кармы тибетского народа (благая карма учеников всегда считалась тибетцами важнейшей причиной долголетия высокого ламы).

Как бы то ни было, девятый Далай Лама, Гьялва Лунгтог Гьяцо, родившийся в 1805 году, умер весной 1815 года. Предсказывали, что этот Далай Лама будет иметь препятствия, ставящие под угрозу его жизнь, но если бы ему удалось дожить до старости, он совершил бы самые великие из всех деяний Далай Лам. Его кончину оплакивал весь Тибет.

Десятый Далай Лама, Гьялва Цултрим Гьяцо, родившийся в 1816 году, был признан и возведен на трон в 1822 году. Он был слаб здоровьем и умер в 1837 году в возрасте двадцати одного года.

Одиннадцатый Далай Лама, Гьялва Кедруб Гьяцо, родился в следующем году в Гартаре, в Восточном Тибете. Он был возведен на трон в 1855 году, но через одиннадцать месяцев умер.

Двенадцатый Далай Лама, Гьялва Тринлэ Гьяцо, родившися год спустя, был единственным из Далай Лам, которого выбирали по “жребию золотого сосуда”, веденного указом китайского императора. Вследствие того, что в Тибете некоторое время не было ни одно сильного Далай Ламы, внешняя политика страны становилась все более нестабильной. Этот Далай Лама тоже умер молодым в 1875 году.

Тринадцатый Далай Лама, Гьялва Тубтэн Гьяцо, родился в 1876 году в селении Тагпо Лангдун, на юго-востоке Тибета, в крестьянской семье. Ему, признанному в 1878 году и спустя год возведенному на трон, суждено было обеспечить сильное духовное и политическое руководство, необходимое для возрождения Тибета — страны, которую век колониализма опутал сетью интриг, вовлек в конфликты и борьбу за власть. Получив в 1895 году полномочия, тринадцатый Далай Лама стал свидетелем англо-российского конфликта конца девятнадцатого века, британского вторжения 1904 года, а затем вторжения китайцев в 1909 году. Последнее посягательство тибетцам удалось отразить ценой трехлетней борьбы, и в 1912 году все китайские солдаты в Тибете капитулировали и были выдворены из страны. К сожалению, Далай Ламе не удалось добиться принятия Тибета в Лигу Наций. Англия, опасаясь, что независимый Тибет станет легкой добычей российской экспансии, настояла на том, чтобы международная общественность признала право сюзеренитета Китая над Тибетом (хотя и не право суверенитета). Тем не менее, тринадцатый Далай Лама запретил китайцам въезд в Тибет, и такое положение сохранялось де-факто в течение всей его жизни. Это был первый из Далай Лам, установивший обширные связи с Западом, и его искренне любили все, кому довелось с ним встречаться. Книга сэра Чарльза Белла “Портрет Далай Ламы” (Portrait of the Dalai Lama. London: Collins, 1946) свидетельствует о том уважении, которое питали к нему британцы.

Тубтэн Гьяцо завершил свою учебу совсем молодым, а затем, в 1914 году, выполнил трех летний медитативный ретрит. В последние годы своей жизни он пытался модернизировать Тибет, хотя его усилия встречали значительное сопротивление существовавших тогда сил. В 1932 году он предсказал предстоящее вторжение Китая в Тибет и убеждал свой народ подготовиться к этому. Он много писал, хотя тогдашняя ситуация требовала от него посвящать большую часть времени обновлению страны и возрождению духа тибетского народа. Он совершал поездки в Монголию, Китай и Индию и много лет отдал на то, чтобы охранять свою малую страну от посягательств сверхдержав — Англии, России и Китая. Умер он в 1933 году.

Четырнадцатый Далай Лама, Гьялва Тэндзин Гьяцо, родился 6 июня 1935 года в селении Такцер, в Восточном Тибете. Через два года его нашли и признали, а в 1939 году он был привезен в Центральный Тибет и возведен на трон. Это и есть тот Далай Лама, которого мы на Западе узнали и полюбили. Китайское вторжение в Тибет в пятидесятые годы и последовавший за этим массовый исход тибетских беженцев, хотя и представляют собой ужасную человеческую трагедию, послужили тому, что впервые Далай Лама и высокие тибетские Ламы стали доступны западному миру. В наше время четырнадцатый Далай Лама совершает многочисленные поездки по Западу с целью просвещения. Глубина его знаний, мудрость и глубокая интуиция, проникающая в природу человеческого бытия, сделали его друзьями сотни тысяч людей во всем мире. Его юмор, теплота и сила сострадания предстают живым свидетельством мощи и действенности тибетского буддизма, а также его ценности для человеческого сообщества.

Идея тулку, или Воплощенного Ламы, была неотъемлемой частью тибетской культуры. Далай Лама — только один из тысячи таких перевоплощений, тулку, но все же он занимает среди них особое место: он — “царь-тулку”, он вне, выше рамок той или иной школы тибетского буддизма. Будучи светским правителем всего Тибета, кроме того, он являлся духовным лидером не только Тибета, но и всех стран, где преобладает тибетский буддизм, как Монголия, Западный Китай, Северная Индия и так далее. Число его приверженцев не ограничивается шестью миллионами тибетцев: это миллионов буддистов, живущих на обширных территориях, по площади превосходящих всю Европу. Теперь, когда Тибет больше не существует как независимое государство, светская роль Далай Ламы несколько уменьшилась, но его духовное влияние только возросло. Кроме того, необычайно возросло уважение международного сообщества к тибетским ламам и тибетскому буддизму.

Падение Тибета и его будущее возрождение было предсказано жившим в восьмом веке индийским мудрецом Падмасамбхавой, который предрек кроме того следующее: “Когда будет летать железная птица, а кони понесутся на колесах, Дхарма будет принесена в страну Красного Человека”. Возможно, страдания Тибета и то удивительное достоинство, с которым встретили его тибетцы, явились необходимым катализатором, способствовавшим тому, что внимание всего мира было привлечено к духовному богатству тибетской культуры.

Когда Его Святейшеству Далай Ламе XIV был задан вопрос на эту тему, он ответил: “Пророчество пророчеством, но западный мир действительно проявляет сильный интерес к буддизму. Все больше университетов вводят в свои программы изучение буддизма, во всем мире возникли сотни буддийских центров медитации. Сам я твердо верю, что буддизм — это достояние всего человечества, а не отдельного народа или государства. Он многое может дать человечеству в плане понимания и развития ума. Благодаря пониманию природы ума и повышению его творческих возможностей, мы способствуем миру и счастью. И нас, тибетцев, очень радует, что мы можем сделать такой вклад ... В буддизме есть много такого, что может принести пользу всему миру, много методов развития высшей любви, сострадания и мудрости. Увеличение этих качеств полезно всем... Совсем не обязательно формально становиться буддистом, чтобы пользоваться буддийскими методами. Цель этого учения — приносить благо живым существам... Наш мир крайне нуждается в мире, любви и понимании; и если именно такой вклад сможет внести буддизм, то мы будем счастливы. Все мы едины на этой планете. Все мы — братья и сестры, у нас одно и то же физическое и психическое устройство, одни и те же трудности и одни и те же потребности. Все мы должны по мере своих сил способствовать полному раскрытию возможностей человека и улучшению качества жизни... Человечество взывает о помощи. У кого есть, что предложить, должны откликнуться. Это время настало...”